23. Полигон Кленовый лист
Жизнь может быть радостной только с жизнерадостными людьми.
Рубеус Хагрид, безусловно, был одним из самых жизнерадостных, кого Волдеморт когда-либо видел в своей предыдущей жизни.
«Квиринус, смотри, я тоже этому научился», — Хагрид громко рычал, ковыряясь своей дубовой палочке, пока стены поднимались и росли со скоростью, видимой невооруженным глазом.
Волдеморт мысленно похлопал его по спине, в то время как его руки продолжали двигаться вперед, заставляя стену перед ним быстро расти.
Они создавали живое поле боя.
Согласно видению Волдеморта, поле должно было начинаться у хижины Хагрида и распространяться по Запретному лесу, укореняясь в нем подобно лиственному корневищу.
Затем, в запретном лесу, стены расступались влево и вправо, и вычерчивались две дуги, чтобы начать ограждение.
Окончательная форма будет напоминать кленовый лист, существующий в запретном лесу, а прожилки кленового листа — это пути внутри.
Три верхушки кленового листа будут представлять три различных уровня сложности: левая сторона — для 1-го и 2-го года обучения, правая — для 3-го и 4-го года обучения, а средняя — для 5-го, 6-го и 7-го года обучения.
Полигон для тренировок первого и второго курса — это в основном притаившиеся безобидные существа, с финальным боссом, боггартом, который выглядит мощным, но на самом деле не очень вреден и не представляет опасности даже для первокурсника.
На практических занятиях третьего и четвертого курсов, где опасность резко возрастает, есть последний босс — занудная горгулья – тварь не из тех, которые вырубаются простым Ступефаем с первой атаки.
Среднее пространство для прохождения старшекурсниками, грозит встречей с финальным боссом, который еще должен быть определен. Поступило предложение от Хагрида насчет гиппогрифа — орлиноголового, с лошадиным корпусом и крылатого зверя, но у Волдеморта была другая идея на уме, он хотел дементора! Но прекрасно понимал что не сможет так просто получить его.
И все это было лишь предварительной идеей, для начала знакомства учеников с монстрами и опасностями. Волдеморт надеялся, что позже появится возможность изменить врагов всех трех уровней.
Например, тролль слева, дементор справа, а дракон посередине — это было бы здорово!
Нет уверенности, что окончательная идея воплотится в жизнь, но название для полигона уже определено: Полигон «Кленовый лист», благодаря его форме.
«Квиринус, нам вдвоем трудно сделать проект такого масштаба, может, нам стоит попросить помощи у других профессоров?» -Хагрид держал руки в деле, но его рот обращался к молодому коллеге с новым предложением.
«Профессор МакГонагалл? Я говорил с ней, но в последнее время у нее не было времени».
Профессор МакГонагалл была первой, к кому обратился Волдеморт; как мастер трансфигурации, она была лучшим выбором.
«Нет, я говорю о профессоре Кеттлберне, он знает о магических существах больше, чем я», — Хагрид сказал взволнованно, с легким восхищением между словами.
«О, я забыл о нем, но есть ли у него время?» — Волдеморт спросил: «В редкие праздники он не разделяет этот день со своей женой и детьми?».
«У него нет жены и детей», — Хагрид сказал с широкой ухмылкой: «Магические существа — его жена и дети, и если бы он узнал, что ты собираешься создать практическую область, в которой основное внимание будет уделяться магическим существам, он был бы только за».
Волдеморт был слегка ошеломлен. Не тем, что он не знал, что профессор был неженат и бездетен. Он знал только, что этот человек прошел срок преподавания длиной в шестьдесят два года! И все это время профессор жил один … это было печальной историей.
«И профессор Флитвик», — добавил Хагрид.
«Профессор Флитвик? У него тоже нет жены и детей?» — Волдеморт спросил в обычной манере.
Хагрид посмотрел на коллегу со смущенным лицом и серьезным тоном сказал: «Квиринус, хотя в Хогвартсе много профессоров, но не все они холосты. Хотя …… большинство из них считают Хогвартс своим домом, и учеников своими истинными детьми воспитанниками».
Волдеморт сразу же кивнул, но вдруг он обратил внимание на то, что профессора в Хогвартсе, действительно, преимущественно одиноки. Было ли это каким-то проклятием?
«Ты очень нравишься профессору Флитвику, а он любит дуэли и выиграл чемпионат по дуэли, название которого я не знаю, так что ты можешь пригласить его», — закончил свое предложение Хагрид.
«Хагрид, попросить тебя стать моим доцентом было самым лучшим решением», — Волдеморт решительно кивнул и сказал: «Давай сделаем перерыв и напишем два письма к нашим уважаемым коллегам».
Хагрид охотно согласился и, пока Волдеморт писал письма, предложил оформить приглашение как предварительную встречу на вечернюю выпивку.
«В «Трех метлах». Я угощаю!» — сказал Волдеморт тоном, не терпящим отказа: «Профессору платят больше, чем доценту».
«Ну, ты всегда прав», — Хагрид кивнул и добавил: «Но мы можем написать больше писем с обращением к другим профессорам. Всегда есть что попробовать из их особенностей».
«Кроме Снейпа», — Волдеморт сказал с улыбкой, и Хагрид кивнул в глубоком понимании.
***
Три метлы, Хогсмид, вечер
«Да, у Квиринуса миллион капризов в голове, и от одного его вида я чувствую себя дураком», -Хагрид громко похвалил, а Волдеморт беспомощно пожал плечами и улыбнулся Розмерте — та давно смотрела на него с улыбкой на лице.
«Вы можете отдохнуть у меня, оставшись на ночь», — Воспользовавшись тем, что Хагрид отвлекся от хвастовства перед профессором Кеттлберном, она шепнула Волдеморту: «У меня есть комнаты наверху».
На самом деле никаких комнат для постояльцев в заведении Розмерты не было, но Волдеморт понял, что она имела в виду.
«Нет, в последнее время я был слишком занят, и у меня много дел», — Волдеморт отказался.
На лице Розмерты появилось разочарование, которое Волдеморт просто проигнорировал, посмотрев на профессора Кеттлберна, который прибыл после обеда и уже успел помочь и советом и чарами в устройстве полигона.
«Профессор, мне нужен ваш совет по поводу магических существ», — сказал Волдеморт и смущенно признался: «Знаете, я не очень-то в этом разбираюсь».
«Конечно», — Профессор Кеттлберн, у которого были сломаны рука и нога, кивнул и сказал: «Я все еще помню, как вы учились в школе и боялись этих существ, но они не были опасны».
Волдеморт улыбнулся и кивнул, только взглянув чуть иронично на сломанные руку и бедро профессора — тело профессора доказывало, что его словам нельзя верить.
«Недавно у меня появился «Нюхач», и я подумал, что надо его вбросить в наш полигон!» — . Профессор Кеттлберн пояснил свой выбор: «Это добавит много веселья».
Волдеморт пожал плечами, не имело значения, было ли в полигоне такое безобидное маленькое существо, или бы его не было – не важно! Не проблема. Если этот проныра просто украдет что-то из карманов и кошельков неумех.
«Итак, а у вас есть что-нибудь «покрепче»? Например, как рогатый горбун?» — спросил Волдеморт.
Глаза Хагрида загорелись, ему понравилось предложение Волдеморта.
«Это не сработает, Горбунам нужны обширные леса, а в неволе они становятся капризными», — Профессор Кеттлберн указал одной рукой на свою сломанную руку: «Вот что они делают от расстройства, это слишком опасно для студентов».
Волдеморт кивнул, профессор Кеттлберн прошел его проверку на прочность и бережливость к студентам — в таком случае, можно смело поручить ему задание по поиску подходящих для полигона магических существ.
«Все Невидимые звери добры, не имеют особого желания нападать, но любят домогаться, и их можно приручить», — Профессор Кеттлберн начал красноречиво говорить, а Волдеморт и Хагрид могли только слушать.
«Птицы-змеи, рекомендую! Они опасные, но я вывел гнездо, которое может пригодиться ……».
«Червяк билливиг, разозли его и будешь плавать в собственной моче ……».
«Садовые Гномы! Как мы забыли про гномов? Эти паскудники — заноза в любой заднице, как раз то, что нужно для второкурсников ……».
Чем больше он говорил, тем больше возбуждался, и Хагрид стоял в стороне, слушая со звездами в глазах, представляя как рядом появится возможность ухаживать за новыми милыми тварюшками.
Волдеморт слушал внимательно и отмечал самые реальные и полезные варианты оснащения Полигона. Остальное не могло заставить себя заинтересоваться, хотя, он подумал, не открыть ли ему зоопарк магических существ в магическом мире, чтобы он мог на досуге хорошо изучить магических существ, а также заработать денег.
«Я сейчас напишу Помоне и попрошу ее обязательно приехать», — Эти слова Кеттлберна наконец привлекли внимание Волдеморта.
«Миссис Спраут свободна?» — спросил Волдеморт.
«Она должна прийти к нам на поддержку!» – твердо сказал Кеттлберн: «Без нее мы не создадим подходящую среду для жизни магических существ. Наши проказники начнут шалить и даже высокие стены не смогут их удержать».
Волдеморт задремал, но в его сердце росло предвкушение — казалось, что все больше и больше профессоров вовлекаются в это дело.
