Глава 131: Письмо

Гарри сидел в комнате и писал письмо, вычеркивая отрывки и вставляя новые, вспоминая все мелочи, которые только мог вспомнить. Он писал не своей семье, что было обычной причиной для написания писем во время учебы в Хогвартсе. Нет, он записывал свои так называемые будущие знания. Крестражи Волан-де-Морта, их местонахождение, способы уничтожения, теория о том, что от частого расщепления души он окончательно сошел с ума, и что осколок, скорее всего, можно найти в знаковом шраме на лбу Невилла Лонгботтома.

Гарри также написал имена всех Пожирателей смерти, которые он помнил, и способность Волан-де-Морта вступать в союз с дементорами по первому требованию.

В каком-то смысле Гарри записывал свою последнюю волю и завещание. Но поскольку у него не было важных вещей, которые он хотел бы кому-то завещать, он оставлял информацию, которую не хотел, чтобы она умерла вместе с ним.

Он прятался от возможного вклада в битву с Волан-де-Мортом, который он мог бы внести с помощью того, что он знал. Прятался за своим страхом, что его каким-то образом завербуют в битву. Прятался под предлогом, что сначала ему нужно самому извлечь выгоду из Выручай комнаты.

Что ж, эпоха наживы подходила к концу.

Шляпа была украдена на весь год, что стало возможным только с помощью комнаты. В следующем году Гарри, скорее всего, уже не понадобится её помощь, так как шляпа сообщила ему, что он приближается к уровню окклюменции, непроницаемому для большинства. Это был долгий и трудный путь, значительно облегченный медитативными практиками, которые он освоил еще до поступления в Хогвартс.

Дуэльный манекен тоже подходил к концу.

Он был лишь подспорьем для дилетантов и постепенно он совершенствовался настолько, что больше не был нужен.

Тем более что вскоре ему предстояло получить частные уроки от бывшего чемпиона, что, скорее всего, было важнее для его развития, чем помощь заколдованного куска дерева.

Закрыв глаза и откинувшись на спинку кресла, он почувствовал, как в камень вплетены чары и как тяжелая магия Хогвартса контрастирует со слабой магией, присутствующей в некоторых вещах, которые его товарищи по курсу привезли с собой из дома. Его магическое чутье приближалось к тому уровню, когда он мог с уверенностью начать различать магию, с которой хотел бы иметь контакт, и магию, которой хотел бы избежать.

В общем, хотя комната и была невероятно полезна для его быстрого превращения в человека с развитыми знаниями и способностями, он приближался к тому моменту, когда ее помощь больше не будет незаменимой для его развития как волшебника.