Глава 1228 — Не Отступать
Моррелия проморгала пот и кровь со своих глаз, пока в гневном оскале обнажала зубы. Ярость Берсерка пульсировала в её венах, усиливая каждое движение, каждый удар, но ещё и сужая её зрение. Каждое волокно мышц жаждало высвобождения, дабы рубить, резать и колоть, пока сражение не закончится. Однако она не могла как прежде терять себя перед яростью, больше нет. Сдержав себя монументальными усилиями Воли, она взяла под контроль свой разум и заставила его подчиняться.
«Перестроить ряд!» Взревела она, оторвав взгляд от монстров впереди. «Где прикрывающий огонь?»
«Монстры породились позади них, трибун,» доложил Гайрекс, большая часть его плюмажа центуриона сгорела, «они скоро со всем разберутся.»
«Уж пусть постараются,» прорычала она, засовывая два своих меча в ножны.
Было до скрежета в зубах больно отринуть себя от ярости, однако она сделала это, сосредоточив свои эмоции на той точке на грани, где она в любой момент могла впасть в буйство. Это было психическое упражнение, в котором она была вынуждена быстрыми темпами совершенствоваться, и с которым по прежнему испытывала трудности. По видимому её мать была мастером в нём, способная в любой миг погружаться и покидать ярость, но Моррелии было далеко до этого уровня. С новым рангом и руководящей ролью она попросту не могла более буйствовать, как пожелает.
Собравшийся строй Глубинного Легиона слева и справа от неё уверенно держался против приливной волны монстров. Перед ними зиял тот же самый проём в подземный туннельный комплекс, который она неделями защищала, и за всё это время Подземелье не прекращало порождать монстров.
«Задняя линия будет занята ещё несколько минут,» рявкнула она гонцу, «проинформируй центурионов.»
Женщина умчала на невероятной скорости. Менее чем за минуту она преодолеет весь фронт, прежде чем вернётся за следующим указанием, ожидая рядом с другими двумя гонцами.
Гайрекс широко зевнул, пока ещё один глубокий рёв раздавался из глубин перед ними, проносясь над шумом битвы.
«Недостаточно весело для тебя, центурион?» Спросила Моррелия, раздражённо изогнув бровь.
«У меня больше недели не было полноценного сна, трибун,» оправдался он. «Наверняка можно простить лёгкий зевок.»