Глава 1287 — Тур Энтони Часть 28

Отлично. Просто отлично. Я наконец вытащил Моррелию, а она берсерка включает. Едва ли сейчас от неё можно дождаться порядочного разговора. Значит ли это, что мне придётся сражаться и делать всё убедительно, пока она расходится на всю катушку?

Это… не будет просто.

Для начала я позволил своим конструкциям разума забросать её водными стрелами, почти бесконечный град водных шаров врезается в её броню с громкими, сотрясающими всплесками.

Её кажется это не особо беспокоит. Пусть её бьют будто бы размашистыми молотами, это едва ли её сдвигает. Как только она снова оказалась на ногах, клинки вскинулись, сверкая красным светом, и она начала разрезать мою магию, подходя ближе.

Ох, а теперь идёшь на сближение? Уверена, что это мудро?

Вероятно да, не то чтобы я мог применить опустошающий укус, не переживая о том, чтобы раскусить её напополам. Раздражённый тем, насколько сложной стала ситуация, я задействовал свою регенеративную железу, чтобы начать исцелять мою ногу. Моя мобильность в данный момент слегка подбита, что означает, что мне придётся сражаться более прямолинейно. Обычно это бы не было проблемой, но атаки мечом от Моррелии… неприятны.

Её движения и близко не такие же искусные, как у Родича, однако они всё равно чрезвычайно эффективные. Тот факт, что она смогла прорезать мою ногу, находясь без равновесия в воздухе, заставляет переживать. Она возможно первая из тех, с кем я сражался в Свободном Холме, кто действительно может нанести вред моему панцирю.

[Ну ладно, покажи, что можешь! Хочешь кусочек меня? Приди и возьми!]

Никаких больше жалких базовых заклинаний. Я выбрасываю созданную стихийную магию и начинаю сосредотачиваться на чём-то более остреньком. Учитывая чуть больше свободы, Моррелия вернулась снова к режиму рывков. При том, насколько громоздки эти доспехи, двигается она на молниеносной скорости. Вот на что на самом деле способны Легионеры?

И снова двойные клинки взлетели, но я не дрогнул. Вместо этого я рванул в лоб, опытно изгибая своё тело, чтобы отразить удар.

И когда свет мечей угодил в цель, я был ошарашен. Они невероятно тяжелые, и неописуемо острые. Будто два осколка чистой ярости, они врезались в мой панцирь и начали вгрызаться в сжатый гравитацией алмаз. Этого недостаточно. Пусть и нанесли глубокую рану, удары были поглощены, и моя сила, размер и масса были попросту слишком большими, чтобы быть отброшенным назад её атаками. Я рванул вперёд, челюсти широко распахнуты.

ХРУСТ!

Я не использую Навыков из страха нанесения непоправимого урона, однако применяю как можно больше моей физической силы. Мои физические челюсти с ужасной силой сомкнулись на Легионере, и на мгновение я испугался, что перегнул палку.

Только вот… она в порядке. И от моих мандибул откололся кусочек! Из чего, чёрт побери, они делают эти доспехи?!

Два клинка нанесли колющий удар вперёд, отправляя свет мечей копьями нестись в сторону моих глаз, и мне пришлось прерваться, упасть и откатиться. Позволив Моррелии зависнуть в воздухе, я отпустил, отстранился и свалил куда подальше.

[Чёрт побери, Моррелия! Ты становишься такой же нелепой, как твой папаня!]

Этот парень был жутко страшным, и по пути разрубил меня напополам. Не особо приятные воспоминания.

И в тот момент, как эти слова раздались по связи разума, жгучая, полная ярости энергия, окружающая бойца, угасла, пусть и лишь слегка, с пришедшей мне в ответ наконец связной мыслью.

[Тебе повезло, что с моей матерью не встречался] сказала Моррелия.

Ура! Наконец-то пробился!