Глава 136. Доктор Брум

[От третьего лица].

В маленьком уединенном домике в Восточном лесу неподалеку от Магнолии воздух был наполнен ароматом бесчисленных трав и зелий. Полки, уставленные древними томами и различными снадобьями, создавали в помещении почти лабиринтную структуру.

Домик, освещенный лишь мягким, мерцающим светом свечей, больше походил на аптеку, чем на дом. Именно здесь Полюшка, ужас леса, известная также как почитаемый маг-целитель Хвоста Феи, работала над своим новым пациентом.

Одним из самых частных её пациентов.

В центре комнаты, на кровати, сплетенной из лозы и листьев, лежал без сознания молодой человек в разорванном и опаленном одеянии, залитом собственной кровью.

Это был Адам, и к Полюшке его привели друзья и родные, обратившись к ней за помощью.

Спокойно глядя сквозь рабочие очки на раненого, Полюшка с обычно суровым выражением лица изобразила шок и обеспокоенность.

Закрыв глаза, старая целительница медленно сняла перчатки, обнажив пальцы, за плечами которых были бесчисленные годы кропотливой работы, и глубоко вздохнула.

— Я убью этого ребенка, — пробормотала Полюшка, но тут ее взгляд остановился на отверстии в животе Адама. Рана словно была прижжена, как будто нанесенная какой-то невероятной магической энергией. Ее глаза сузились, когда она рассмотрела узоры вокруг раны.

Увидев все необходимое, она быстрым шагом направилась к одному из шкафов, порылась в различных склянках и баночках, тщательно отобрав несколько штук.

С одной полки она взяла банку, наполненную светящимися голубыми листьями, с другой — пузырек с темной вязкой жидкостью. Через несколько минут, собрав все необходимые ингредиенты, она, не теряя времени, начала их измельчать, перемешивая до получения густой темной пасты.

После этого она вернулась к Адаму и тщательно промыла его рану водой, настоянной на антибактериальных травах, и взяла несколько рулонов плотных бинтов, обмакнув их в приготовленную пасту.

Паста, которая раньше была темного цвета, при контакте с бинтами стала излучать слабое свечение.

— Твою мать, я его заживо зарою, — прорычала Полюшка, осторожно накладывая бинты на рану в животе Адама.

Глубоко вздохнув, Полюшка сняла очки и потерла виски, потому что, несмотря на то, что она была целительницей, ей очень хотелось ударить своего пациента прямо сейчас.

В комнату вошел Гилдартс, тот самый, что привел Адама к старому лекарю, и протянул Полюшке чашку с чаем. — Как малой? — осторожно спросил он, ибо даже могучий Гилдартс побаивался ее.