Глава 189. Горящий ад

[От лица Адама Клайва].

В момент появления Ямамото атмосфера превратилась из удушающей жары во всепоглощающее пекло, от которого трудно было дышать, как будто находишься на поверхности солнца. Вскоре материализовался источник этого невероятного жара — фигура в традиционном одеянии, глаза не просто строгие, а несущие в себе вековую рассудительность и авторитет.

— Ты — предатель Общества душ, твоя жизнь подошла к концу, — объявил Ямамото, и вокруг него вспыхнуло пламя.

Он был настоящим? Предатель? Потому что я решил, что не буду чьей-то лабораторной крысой?

Я действительно не хотел с ним драться.

Я действительно не хотел.

Но, похоже, у меня не было выбора.

Я выхватил свой клинок, вспыхнув реяцу: — Указ и судья всех в этой вселенной. Занрюзуки!

На мгновение его глаза сузились, как будто он был искренне разочарован тем, что я решил сражаться, почти, как если бы он думал, что я должен просто принять свою казнь. Затем без предупреждения он взмахнул мечом: — Преврати все творение в пепел, Рюджин Дзякка! — выпуская мощное инферно, которое двинулось ко мне, как приливная волна чистого, испепеляющего огня.

Я быстро переместил свой клинок. Окружающее меня пространство исказилось, а обжигающее пламя, которое было на расстоянии вдоха, вдруг словно замедлилось, оказавшись в ловушке моего Занпакто, давая мне кратчайшие мгновения для размышлений.

— Орбита, — прошептал я. При этих словах от Занрюзуки исходила пульсация полупрозрачной энергии, создавая вокруг меня нечто вроде пузыря. Внутри этого пузыря пространство было подвластно мне.

Пламя Рюджин Дзякка, испепеляющее и смертоносное, сдерживалось, с каждой секундой продвигаясь вперед, но не в силах пробить барьер. За пределами этого пузыря я видел мир в другом свете, более медленную и податливую версию реальности.

С усилием, вызванным мощным реяцу Ямамото, прижимающимся к моему, я расширил пузырь, создав вокруг нас большую сферу контролируемого пространства. Теперь, в пределах этой небольшой ограниченной области, у меня было преимущество. Я мог двигаться быстрее, думать яснее и, надеюсь, склонить чашу весов в свою пользу.

Ямамото на мгновение удивился, но быстро сообразил. Он с любопытством наблюдал за искаженным пространством, похоже, впечатленный: — Впечатляющая способность — управлять самой тканью пространства. Интересно, как она проявит себя в борьбе с самым старым и мощным Занпакто?

Вместо ответа я бросился на него. В этой области мои движения были усилены, но, несмотря на это, стало ясно, что Ямамото отнюдь не новичок. Он не только мгновенно адаптировался к созданной мной измененной реальности, но и парировал мои удары с практической легкостью воина с многовековым стажем.

Ему потребовалось меньше секунды, чтобы адаптироваться, и еще меньше, чтобы понять намерения, стоящие за моими атаками.

Когда наши клинки столкнулись, вокруг него вспыхнуло пламя, сжигая всю влагу в воздухе до такой степени, что дыхание стало похоже на пытку.

Я улыбнулся, обрадованный, но не успел насладиться ситуацией, как почувствовал укол в груди. Яд Маюри… действие яда становилось все более выраженным.

Я почти забыл, что этот сумасшедший ублюдок отравил меня. Моя сила замедляла последствия этого, но замедление не означало, что проблема решена.