Глава 33

Прошло полдня с тех пор, как Папесса Елена издала приказ об уничтожении ереси. Эффективность работы Тимора, который возглавлял элитный церковный орден Ла’Флоренсию, была поразительной: на задержание радикалов, которые, как считалось, были тесно связаны с Ирвачёвым, ушло всего полдня или около того. Даже старшие руководители звёздной церкви, «Зелёное одеяние», не были исключением. Большинство из них задрожали от страха и не сопротивлялись аресту, но судьба тех, кто всё равно храбро обнажили свои мечи и оказали сопротивление, была трагична. Их заклеймили еретиками, попереломали руки и ноги, а после ареста их подвергли жестоким пыткам. Независимо от того, выкладывали они информацию или нет — это не имело значения, потому что приговором для ереси может быть только смертная казнь. За полдня число задержанных по подозрению в ереси составило приблизительно тысячу человек, в то время как число людей, которые были немедленно заклеймены еретиками составляло более 3-х сотен человек. В виде первого шага в наказании фракции Ирвачёва, можно сказать, это был большой успех. Тем не менее, Ирвачёв, который являлся ключевым моментом, успел бежать, а возвращение «Звёздного нефрита» всё ещё не было достигнуто.

На верхнем этаже Звёздной башни, на аудиенции у Папессы, Икон с сожалением докладывал: «Мы успешно захватили всё зелёное одеяние. В дополнение к этому, уровень колебания среди обычных верующих также сведён к минимуму… … Однако Ирвачёв и его фракция, а также глава Дома Арт Рейкен ещё не арестованы».

Икон, получив приказ Елены, немедленно помчался в особняк Ирвачёва, но он уже был пуст; он также не смог найти «Звёздный нефрит», в результате всё закончилось тем, что он ускользнул. С особняком Рейкена, в который он пошёл следом, было то же самое. Вероятнее всего, информация о том, что инквизиторы собираются нагрянуть, просочилась. Однако одно стало ясно: Рейкен и Ирвачёв действуют вместе. Ирвачёв держал в своих руках два краеугольных камня: «Звёздный нефрит» и великий барьер, само собой разумеется, что если не сделать что-нибудь как можно скорее, то наступит ужасная ситуация.

— Икон, у тебя есть догадки где он может быть?

— Я только что связался с инсайдером, что скрывался на его стороне, похоже, что он обустроил для себя убежище в нижней части подземного лабиринта. Мы телепортируемся на этаж поближе к нему и отправимся в погоню, этому человеку больше некуда бежать, я уверен, что смогу поймать его!

Таким же образом, как просочилась эта информация, во фракции Ирвачёва также скрывался свой лазутчик. Это было самостоятельное решение Икона, он предвидел, что произойдёт нечто подобное, и заранее принял меры: взял его семью в заложники и заставить его стать лазутчиком.

— Я оставляю это тебе. Если получится, попробуй поймать живым только Рейкена. Он должен выложить про колдовскую книгу, в которой записано, как управлять великим барьером… … Если бы мы знали, что такое произойдёт, то церкви уже давно надо было самой управлять великим барьером, было коренной ошибкой беспокоиться о потомках великой личности.

Техника барьера тайно передавалась от отца одному из детей в Доме Арт. До тех пор, пока существует колдовская книга, в которой обо всём написано, необходимость в Рейкене отпадает. Однако, как к потомку великого человека из прошлого, Елена относилась к нему с величайшим уважением. И это обернулось против неё же. Папесса Елена собиралась воспользоваться этой возможностью, чтобы сокрушить Дом Арт. Икон всё понял и низко поклонился.

◆

В комнате, где спала герой, появился белый ворон. Он проник через полностью открытое окно, и элегантно расправил крылья как будто он тут хозяйничал. Матари, которая ухаживала, посмотрела на него боковым зрением и снова опустила взгляд на кровать. Всё потому что она знала, что это был тот ворон, который раньше курлыкал радом с героем. Ворон молча наблюдал за героем, не издавая каких-то особых звуков. На подоконнике красовалась ручная работа героя — светло-голубой толстый цыплёнок, называемый «Полёт к свободе»; затем шла резаная из дерева фигурка уродливого ворона, и белый ворон встал рядом с ними, как будто его зажали между ними. Вспомнив героя, которая была в хорошем расположении духа и шумливая, у Матари невольно расплылась улыбка. И в следующий момент ворон подал свой голос, он заговорил на человеческом языке, милым девичьим голосом.

— Это случилось раньше, чем я думала. Впрочем, я знала, что если ты будешь так сражаться, рано или поздно это произойдёт. Но если это выбор героя, то мне остаётся только наблюдать.

— Г-говорящая, птица?

— Я ждала целых триста лет, так что подожду ещё немного. Я устала от этого, теперь мы отправимся в этот мир вместе… В конце концов, между нами есть неразрывная связь, — сказав это, ворон расправил крылья и приготовился улететь прочь.

— П-подожди!

Матари торопливо попыталась преградить ему путь, но он проскользнул мимо её рук и вылетел. Матари высунулась из окна верхней частью тела и посмотрела вверх, только чтобы увидеть, как белый ворон уже пролетел далеко над небом. На таком расстоянии его уже никак получится догнать. Покружив три раза в небе над павильоном «Гокуракутей», он вскоре повернулся в сторону солнца и исчез. Матари вздохнула и откинулась на спинку стула, только чтобы увидеть, как одно красивое белое перо медленно падало вниз. Вскоре после этого перо приземлилось на левую руку героя. Белое перо приземлилось так, что накрыло герб, татуированный на левой руке героя. На её левой руке был герб: меч, обмотанный цепью с парой белых крыльев. Меч, пойманный в эту ловушку прочного связывания, казалось, олицетворял нынешнего героя.

◆

Этаж в нижней части подземного лабиринта

Икон и офицеры инквизиции, которые ворвались, чтобы уничтожить еретиков, были окружены бесчисленными демонами. Согласно полученной информации, фракция Ирвачёва должна была прятаться в скрытой комнате на этом этаже. Однако перед тем, как войти в скрытую комнату, их ждало безжалостное боевое крещение с демонами. Все инквизиторы, которые выступили первыми, были убиты. Остальные инквизиторы также находились в затруднительном положении. Демоны самых разных размеров — от мало до велико — выстроились, чтобы атаковать со всех сторон комнаты; в этом не было собственной воли демонов, они действовали так, будто ими манипулировали. Элитные инквизиторы, по приказу Икона, быстрыми движениями сформировали строй и подавляли каждый проход, перехватывая его. Но их численность различалась. Она была слишком разной. Пока они убивали одного демона, откуда-то с тылу уже тут как тут появлялось подкрепление. Трупы демонов, которые сваливались в кучу, становясь препятствиями, сметались руками тех же демонов, и новые руки тянулись одна за другой. Каждый из них не был трудным врагом, но их количество делало невозможным отстаивать защиту. Инквизиторы, которые использовали «узость» прохода, чтобы противостоять демонам, постепенно были вынуждены отойти к середине комнаты. Даже если демоны расходовались, у них имелись новые руки, а вот у людей нет.

— Г-господин Икон! Мы больше не может держаться! Слишком большая разница в числах!!

Душераздирающий крик дошёл до ушей Икона. Икон заскрипел зубами от унижения, но спокойно оценил боевую обстановку и отдал приказ, который показался ему наилучшим.

— Ничего не поделаешь, разрешаю использование передаточных камней! Я прикрою тылы! Всем немедленно убираться отсюда!

— Н-но, в таком случае, господин Икон, вы!

— Другого пути нет. Вы просто временно отступите и приведёте подкрепление! Скажите госпоже Елене задействовать Ла’Флоренсию! Давайте, поторопитесь!

— Вас, вас понял!

— Пошли! … «Астигматизм»!