Глава 163.

— Мы не можем просто сидеть здесь и терпеть.

— Ты прав, мы должны немедленно объединиться с нашими союзниками и противостоять гнету монархии.

Те, кто утверждал, что республиканизм должен быть возрожден, начали действовать, один за другим. Хотя это были гражданские лица, которые не имели должного вооружения или подготовки, если бы их собралось достаточно много, они стали бы грозной силой. Но самое главное, это была гражданская война, происходившая внутри страны. 

Если 100 000 элитных войск нападут из-за пределов страны, то против них можно будет сражаться. Однако, если внутри государства разразится гражданская война с участием 100 000 мирных жителей, это не то, что можно решить путем безрассудной борьбы. Это можно подавить силой, но если не устранить само недовольство, то возникнет только больший разлад. 

В настоящее время большинство людей, требующих возрождения Республики, были теми, кто испытывал гнев и чувство опасности от злодеяний Милтона Форреста. Разрешить это недоразумение было первоочередной задачей, но проблема заключалась в том, что сделать это было невозможно.

— Герцог, это предел.

— Я согласен, сэр. Мы не можем просто позволить им продолжать бунтовать, сэр.

— Если мы не покажем свою силу сейчас, то не сможем больше продолжать поддерживать порядок, сэр. Пожалуйста, прими решение, герцог.

Все чиновники, помогавшие герцогу Палану, собрались, чтобы сказать, что они должны применить силу для подавления толпы. 

— Нет, этого нельзя сделать. Мы не можем атаковать свой собственный народ копьями и мечами.

Однако герцог Палан продолжал демонстрировать непоколебимую и твердую позицию. Он поручил своим солдатам охранять важные объекты и крепости и приказал категорически запретить силовое подавление.

«Это трудно. Это поистине нечто очень сложное».

Герцог Палан начинал как член Центральных Рыцарей Королевского Дворца и стал средоточением власти, как только стал Мастером, но… Он никогда не делал ничего даже отдаленно похожего на управление. Король Август опасался захвата власти герцогом Паланом, поэтому никогда не давал ему ни владений для управления, ни каких-либо военных полномочий. Герцог Палан просто существовал как хранитель королевства. Как только королева Лейла взошла на трон, он взял на себя роль защитника границ королевства. На самом деле, единственной причиной, по которой Милтон смог отправиться за границу и сражаться за чужое королевство, было то, что герцог упорно защищал страну. Однако он был частью вооруженных сил, а не в роли лидера. 

После окончания первого идеологического конфликта герцог Палан получил территорию — весь северный регион, который изначально был Республикой Хилдесс. С точки зрения площади, можно сказать, что территория герцога была самой большой в королевстве Лестер. По правде говоря, это было сделано по необходимости. Королева Лейла отдала герцогу Палану, Мастеру, эту землю, чтобы хоть немного успокоить недовольство жителей Республики. Независимо от того, была ли это Республика или Королевство, Мастер был тем, кого следовало уважать. Итак, герцог Палан стал номинальным главой, в то время как королева Лейла направила компетентных чиновников для решения практических вопросов управления. 

В конечном итоге герцогу Палану не хватало способности контролировать хаос, который творился на его территории. Однако он также получил инструкции от королевы Лейлы не подавлять народ силой. Если бы герцог хоть раз применил силу, то все, чего добилась королева до сих пор, кануло бы в Лету. Итак, герцог Палан был глубоко встревожен.

— Мы не можем подавлять людей силой.

— Но положение уже плохое, сэр, они совершенно не слушают и не идут на контакт, герцог.

— Даже если они не будут нас слушать… Ах! Да, именно так.

В голове герцога Палана мелькнула идея. Почему граждане не слушают? Потому что они не общались с ними. Это было не общение, а односторонний приказ разойтись, конечно, горожане не послушались. 

«Разговор… давай сначала поговорим».

Приняв решение, герцог Палан немедленно заговорил.

— Приведите их представителя в поместье… нет, пригласите их.

— Сэр?

— Если есть проблема, то необходимо поговорить. Скажите им, что я лично проведу встречу.

Чиновники выразили беспокойство по поводу его слов.

— Беспорядки происходят одновременно во многих местах, сэр. Пусть вы и говорите привести представителя, но это не так просто, сэр. Ведь мы даже не знаем к кому конкретно обращаться.

— Он прав, сэр. И даже если мы их позовем, мы не знаем, придут ли они вообще.

Чиновники выразили неодобрение, но герцог Палан продолжал настаивать на своем решении.

— Мне все равно, один или двое. Хоть десять. Неважно, сколько людей придет, скажите им, что все, кто недоволен, могут прийти и поговорить со мной.

— Всех, сэр?

— Верно. Я поприветствую их не мечом, а словами. Думаю, что это тот путь, который не противоречит воле Ее Величества Королевы.