Глава 65-66
Глава 65. Конец
— Они попались!
— Окружить!
Южная армия, ожидавшая их в засаде, появилась со всех сторон по команде противника. Второй принц и его рыцари были окружены со всех сторон — спереди и сзади, слева и справа.
— Как… как это могло случиться?
На мгновение на лице Второго принца отразилось отчаяние. Затем он наконец понял, что зашел в ловушку своими собственными ногами.
— В атаку!!!
— Вааа!!
Южная армия, выдававшая себя за республиканскую, теперь атаковала обескураженную армию второго принца. Зайдя так далеко, второй принц понял, что сбежать невозможно, и приказал своим рыцарям.
— С… Сопротивляйтесь!
Но окруженная армия второго принца не могла должным образом противостоять врагам.
— Экх!!
— Угх…
Видя, что его люди гибнут направо и налево, второй принц запаниковал.
— Как… Как это могло случиться…
— Ваше Высочество, вы должны отступить.
Его рыцари изо всех сил пытались помочь ему бежать, но и сами с трудом справлялись с атаками врага, которые сыпались на них со всех сторон. Затем, с одного направления, появилась группа рыцарей, скачущих прямо навстречу второму принцу.
— Байрон, предатель этой страны и грешник, пошедший против небес, сегодня я получу твою голову!
Резко крикнув, Милтон лично повел группу рыцарей в сторону второго принца.
— Боже… этот ублюдок!
Несмотря на то, что он скрипел зубами, второй принц не осмелился сражаться с Милтоном. Он испугался, увидев необычайную разрушительную силу, которой тот обладал, пока направлялся к нему. Рыцари второго принца изо всех сил пытались обороняться, но отряд Милтона настиг их. Леон Валод храбро замахнулся на них своим гигантским мечом.
— Вы ублюдки! Я убью вас всех!!
Видя, что он ведет себя как бешеный медведь, другие рыцари не осмеливались приблизиться к нему. Но затем…
— Я буду твоим противником.
Один рыцарь выступил вперед. Это был Джером, правая рука Милтона.
— Ты?
На лице Леона Валода появилась жестокая усмешка, когда он смотрел, как его противник приближается к нему.
— Значит, тебя недостаточно избили?
Противник, убежавший с поджатым хвостом во время одиночного сражения, напрашивался на новый бой.
— Приходи ко мне столько раз, сколько захочешь!
Леон Валод напыщенно ответил Джерому. Но ему действительно не следовало этого делать.
— Вздох…
По мере приближения к противнику Джером контролировал свое дыхание. И в тот момент, когда они столкнулись…
— Умри!
Леон Валод первым взмахнул своим мечом. Когда его атака прорезала воздух и достигла шеи Джерома…
Па!
Меч Джерома превратился в луч света.
— Это… это невозможно…
После того как их пути пересеклись, на лице Леона Валода появилось выражение ужаса, когда из его головы потекла кровь. Невероятно быстрое владение мечом. Только после того, как его разрезали, он понял, что его разрезали. И тут он наконец увидел это.
«П—правая рука?»
В отличие от прошлого, Джером держал свой меч в правой руке.
Пухуа!
Как только он это понял, тело Леона развалилось на две части.
— Я же говорил тебе, не так ли? Что еще посмотрим, кто попадет в ад?
Когда Джером сказал это, Южная армия громко заревела.
— Вааа!!
— Урааа! Сэр Джером Тейкер, ура!!
* * *
— Гух…
Второй принц впал в отчаяние, когда его верный рыцарь погиб от одного удара. Затем перед ним наконец появился Милтон.
— Вы Байрон фон Лестер, не так ли?
Видя, как высокомерно говорит Милтон, второй принц заревел.
— Ты смеешь?! Я являюсь членом королевской семьи Королевства Лестер. Может быть, это и война, но как ты смеешь, простой граф… Боже!
Он упал с лошади, когда Милтон ударил его. Вскоре он тоже спустился с коня и подошел к упавшему второму принцу.
— Ты думаешь, что если я с тобой легко обхожусь, то я на самом деле мягкий?
Треск. Хрусть.
Байрон был в ужасе, когда Милтон подошел к нему, хрустя костяшками пальцев. Мало того, что ситуация была пугающей, так он еще и растерялся от того, что его впервые в жизни ударили. Тем не менее, Милтон продолжал безжалостно расправляться с ним.
Шмяк! Удар! Хлесть! Шлепок!
— Угх! Гухх!
Бил, пинал, топтал…
Милтон ухватился за эту редкую возможность избить члена королевской семьи и продолжал безжалостно колотить его.
— Королевская семья? Ублюдок, который переметнулся к республиканцам, ищет королевскую семью теперь, когда это стало выгодно?
— Угхх… п—прекрати…
— Приличия? Развязал гражданскую войну в этой стране и ищешь соблюдения приличий? Ты хочешь умереть?
— Пожалуйста, ст—угх! Кха!
— Из-за того, что ты начал эту дурацкую гражданскую войну, мне пришлось сражаться в еще одной бесполезной войне! Аргх!!
— Уг—ух…
В конце концов, второго принца избивали до тех пор, пока он не перестал говорить. Избив его от души, Милтон передал его своим солдатам.
— Обработайте его раны, но больше ничего не нужно. И свяжите его пока с остальными его рыцарями.
— Да, милорд.
Итак, Милтон захватил в плен лидера повстанцев, второго принца. И хотя республиканская армия все еще оставалась на Севере, гражданская война, по сути, закончилась.
* * *
— Очень впечатляет, виконт Сабиан.
Захватив второго принца, Милтон первым делом похвалил движущую силу этого сражения, виконта Сабиана.
— Нет, милорд. Это заслуга рыцарей, которые безропотно согласились с моей стратегией несмотря на то, что я был посторонним.
Виконт Сабиан смиренно отказался от похвалы за свой вклад.
— Я особенно обязан сэру Тейкеру. Хотя, возможно, таков был план, повернуться спиной к врагу было нелегко, особенно учитывая честь рыцаря. Поэтому я сильно благодарен ему за готовность довести дело до конца.
На искреннюю благодарность виконта Сабиана Джером спокойно и благородно ответил.
— Я просто выполнял приказ своего сеньора.
Виконт Сабиан восхищался поведением Джерома.
«Он чрезвычайно предан. Неужели граф Форрест настолько велик, что такой рыцарь, как он, настолько предан ему?»
Когда он возглавлял Южную армию, виконт Сабиан был удивлен, что они оказались намного более впечатляющими, чем он думал. В частности, личные рыцари и солдаты графа Форреста были отличного качества и высокого уровня. Он был потрясен тем, что сэр Джером Тейкер был Экспертом в таком молодом возрасте. А то, что он был экспертом самого высокого класса, означало, что в будущем он скоро станет Мастером. Того, что такой рыцарь был готов служить Милтону, было достаточно, чтобы повысить его ценность. И это удивление только росло по мере выполнения плана.
Если бы стратегию виконта Сабиана можно было описать одним словом, то это была бы приманка. Чтобы вытащить на поверхность второго принца, который прятался, как черепаха, виконт искал способы сделать его беспечным. И чтобы второй принц, потерпевший сокрушительное поражение в предыдущей битве, стал неосторожным, ему нужно было одержать множество побед. Пассивный бой во время осады позволил принцу легко одержать победу над ними, но этого было недостаточно.
Поэтому Сабиан незаметно предложил план Джерому, самому сильному рыцарю в Южной армии. Он спросил, может ли тот намеренно проиграть одиночный бой. Но он не думал, что Джером действительно согласится на это. Учитывая гордость первоклассного эксперта и его собственное положение чужака в Южной армии, он думал, что его скорее всего отвергнут. Но Джером принял этот план словно ничего такого в этом не было.
С тех пор как Милтон передал виконту Сабиану командование этой битвой, Джером считал этот план приказом своего сеньора. Для него было немыслимо отвергнуть приказ господина ради собственной гордости. В итоге он намеренно проиграл одиночный бой и даже унизил себя, сбежав с поединка.
В результате боевой дух армии второго принца взлетел до небес…
По иронии судьбы, именно в этот момент уверенность второго принца превратилась в тщеславие.
Не обращая внимания на то, что ранее он потерпел тяжелое поражение, у него была иллюзия, что он сможет одержать безоговорочную победу, если будет смотреть на своих врагов свысока. Тогда-то и был приведен в действие финальный план виконта Сабиана. Республиканский флаг будет использоваться для выманивания гордых врагов из замка, а группа элитных солдат под личным руководством Милтона будет ждать, чтобы окружить их, как только они покинут безопасное место.
Результатом стал грандиозный успех. Второй принц был взят в плен, а ущерб, нанесенный их собственным войскам, был минимальным. Если бы осада проходила по первоначальному плану со стандартными фронтальными атаками, потери составили бы от 3 000 до 5 000 человек. Но благодаря стратегии виконта Сабиана, потери составили менее 500 человек.
Милтон повернулся к виконту, который сдержал свое обещание.
— Благодаря вам удалось свести потери к минимуму. Если есть что-то, что вы хотите получить в награду, скажите мне.
Размышляя, виконт Сабиан открыл рот…
— Война еще не закончена. Вы не возражаете, если я скажу позже?
Милтон криво улыбнулся его нежеланию отвечать на вопрос сразу.
— Вы абсолютно правы. Сделаем, как вы говорите.
Милтон сказал так, как будто для него это не имело никакого значения. Но в глубине души он примерно представлял, что хотел сказать виконт Сабиан.
«Теперь его лояльность возросла до 65. Думаю, можно сказать, что сейчас он все больше склоняется ко мне?»
Милтон с удовлетворением посмотрел на виконта Сабиана.
* * *
Вопреки словам виконта Сабиана, на самом деле война закончилась с захватом второго принца. И как только он был захвачен, принцесса Лейла начала активно призывать оставшихся повстанцев сдаться. Они капитулировали на удивление легко, когда услышали, что «с теми, кого угроза второго принца заставила восстать, будут обращаться снисходительно». Принцесса решила сначала арестовать призывников и разобраться с ними позже.
Даже если бы второго принца уже не было, потребовалось бы немало времени, чтобы разобраться с остальными мятежниками, если бы они безрассудно бегали вокруг, но благодаря своевременной реакции принцессы Лейлы они тихо исчезли.
Но был один человек, которого эта ситуация не устраивала…
— Все стало сложнее.
Это был Зигфрид из Республики Хилдесс.
— С этим точно будет нелегко справиться.
Для Зигфрида смотреть на сфокусированную элитную армию перед ним было все равно, что разжигать аппетит.
* * *
Маркиз Мариус пришел просить его о подкреплении, когда второй принц находился в осаде. Услышав просьбу, Зигфрид собрал и двинул свое войско, но причина была не в том, чтобы помочь второму принцу, который терпел поражение, если уже не был повержен. Нет, он двигал свою армию, чтобы атаковать Лорентию, столицу королевства Лестер. В первую очередь, второй принц был лишь расходной шахматной фигурой; фигурой, которая дала бы ему оправдание и возможность переместить своих людей в королевство Лестер. Зигфрид никогда не считал его своим союзником.
Пару раз выручив второго принца, продемонстрировав их силу и увеличив свою зависимость от них, Зигфрид добился полного доверия и заговорил о браке. Конечно, разговоры о браке были полной и совершенной ложью.
Второй принц не мог знать, потому что между королевством и Республикой не было официального обмена, но Бахастен, фюрер Республики Хилдесс, был холост. Естественно, Роксаны не существовало. Даже если было официальное письмо, как может быть дипломатический брак с женщиной, которая даже не существует? Все это было полной чушью.
Республика Хилдесс планировала воспользоваться этой возможностью, чтобы полностью поглотить королевство Лестер и использовать его в качестве плацдарма на юге. С захватом Севера все приказы Зигфрида, полученные от фюрера, были выполнены. Но потом он стал слишком жадным.
Чтобы получить влияние на северный регион королевства Лестер, Республика Хилдесс использовала второго принца и его последователей в качестве части военной экспедиции. Если их атака на столицу будет успешной, тогда превосходно. Если она провалится, значит, провалится, и Республика Хилдесс перейдет к следующему плану. И когда маркиз Мариус попросил войска, Зигфрид немедленно собрал армию и лично повел ее на столицу.
* * *
Все, от герцога Палана до Южной армии…
Зигфрид считал, что это идеальное время для захвата беззащитной столицы, когда все силы были сосредоточены на армии второго принца. В случае успеха он предполагал, что выполнит на 150 процентов, нет, на 200 процентов приказ, полученный от Республики.
Однако…
Их встретил элитный корпус под командованием герцога Палана, когда они направлялись на юг, в королевство Лестер.
Глава 66.
Зигфрид думал, что войска герцога Палана присоединятся к Южной армии, чтобы сразиться с войском повстанцев. Поскольку это была гражданская война, а второй принц находился в самом ее центре, он решил, что они сосредоточат свою власть там. Но герцог, словно того и ждал, встретив республиканскую армию во главе с Зигфридом, которому после пары пробных стычек пришлось сдаться.
Хотя войско, которую он собрал для нападения на столицу, состояла из элитных солдат, но их всего было 5 000 человек. Герцог Палан не был легким противником, которого можно было победить небольшим количеством солдат. И поэтому Зигфрид решил сначала отступить и понаблюдать за ситуацией. Если армия второго принца победит южную или даст хороший бой, то войны герцога могут дрогнуть. Однако новости вернулись с победой южан.
Мало того, что потерь было мало, так они еще и захватили второго принца, а с его союзниками расправились. Чем дольше будет длиться противостояние, тем в более невыгодном положении они окажутся.
— С этим ничего не поделаешь. Я думаю, это все, что мы можем сделать?
С легким вздохом Зигфрид решил удалиться, тихо пробормотав два имени.
— Милтон Форрест из Южной армии и принцесса Лейла…
Зигфрид улыбнулся, пробормотав имена двух людей, которые превратили его планы в пепел.
— Я запомню их.
* * *
Гражданская война завершилась. Но даже если все закончилось, это была не та ситуация, когда они могли быть счастливы или радостны. Эта война оставила после себя множество зияющих ран в Королевстве Лестер.
Она опустошила страну, и когда армия покорения первого принца была разбита, погибло бесчисленное множество людей, отцов и сыновей.
И поскольку второй принц привел Республику Хилдесс, Северный регион, естественно, перешел под их контроль. До начала гражданской войны у них была только половина власти в регионе. Всего за один год стране был нанесен огромный ущерб.
Народное негодование взлетело до небес, а престиж и авторитет нынешнего короля Августа фон Лестера упал до основания. Но можно ли считать это иронией времени? Чем темнее становилось, тем более ослепительными были некоторые из них.
Граф Милтон Форрест. Он возглавил Южную армию и спас жителей столицы как раз перед тем, как она почти пала, и нанес сокрушительное поражение армии второго принца, спасая страну. В барах барды пели песни, восхваляющие Милтона, а на улицах дети размахивали деревянными палками, крича: «Я граф Форрест». Словно спасенные божеством, все люди прославляли это одно имя.
Родился Милтон Форрест, герой королевства Лестер.
* * *
Во время возвращения с армией принцесса Лейла разговаривала с Милтоном внутри своей кареты.
— Ну и как ощущения?
— О чем Вы, Ваше Высочество?
Видя, что Милтон делает вид, что не понимает, она улыбнулась, как будто считала это милым.
— Разве вы не стали героем страны, как я и обещала? Итак, что вы об этом думаете?
Милтон почесал затылок.
— Моим подчиненным это понравилось больше, чем мне. Ну, я тоже не считаю, что это так уж плохо.
Пока они возвращались в столицу, бесчисленные дворяне подходили к Милтону, отчаянно пытаясь обратить на себя его внимание. Одни преподносили ему дорогие подарки, другие представляли своих прекрасных дочерей. Не так давно дворян, не знавших его, было больше, чем тех, кто знал. Но теперь, когда он стал героем страны, все обратили на него внимание.
«Это очень забавный мир».
Милтон улыбнулся принцессе Лейле.
— Неважно, насколько популярным я стану, я все равно не буду так хорош, как Вы, Ваше Высочество. Насколько Вы расширили свое влияние?
Принцесса Лейла ослепительно улыбнулась.
— Удовлетворительно. Все именно так, как я и ожидала.
Если Милтон стал героем страны, то принцесса Лейла имела самые большие шансы стать следующим монархом.
Всему миру было известно, что…
Именно принцесса Лейла убедила графа Милтона Форреста, который вел честную и преданную жизнь, не поддаваясь влиянию денег и славы на Юге, спасти страну.
Ходили слухи, что граф Милтон Форрест настолько восхитился достоинством, мудростью и красотой принцессы Лейлы, что поклялся ей в верности. И благодаря их встрече была спасена страна. И завершающим штрихом стало заявление герцога Палана о поддержке принцессы.
Герцог Палан был абсолютно нейтрален в борьбе за трон между первым и вторым принцами, но теперь он сделал официальное заявление, признав принцессу Лейлу своей сеньорой. Имея на своей стороне и Мастера, и героя страны, она была ближе всех к трону.
— Поскольку нынешний король потерял доверие народа, если на него немного надавить, захват трона не займет много времени.
Принцесса Лейла с горечью рассмеялась.
— Может, он и мой отец, но он очень жаден до власти.
— Хм…
— И вдобавок ко всему, эта лиса в столице беспокоит. Она не из тех, кто легко смирится с поражением.
— Лиса?
Принцесса Лейла с минуту пристально смотрела на Милтона, затем тихо вздохнула.
— Думаю, вы тоже должны это знать, граф Форрест.
Она заправила волосы за уши и продолжила.
— Жена первого принца, Клаудия, дочь маркиза Вамоса. Вы слышали о ней раньше?
— Только имя…
— Как только вы доберетесь до Столицы, она наверняка подойдет к вам, граф Форрест. Будьте осторожны с ней. Она не просто женщина.
Слушая, как принцесса Лейла говорит о ней, Милтон подумал про себя.
«Может ли она быть хуже тебя?»
Но говорить ей об этом напрямую — значит напрашиваться на неприятности, поэтому Милтон сменил тему.
— До столицы остался всего один день езды. Теперь я хочу комфортно отдохнуть под крышей.
Услышав его слова, принцесса Лейла извинилась.
— Мне жаль, но я думаю, что нам, возможно, придется спать под открытым небом еще пару дней.
— Миледи? Почему?
— Я хочу, чтобы мой отец осознал.
— Осознал что?
Милтон понял ее туманные слова только после того, как услышал следующее.
— Что его дни теперь сочтены.
Ее лицо расплылось в улыбке.
* * *
Церемония Триумфального Возвращения.
Как одна из традиционных церемоний королевства Лестер, она была самой большой из тех, на которых чествовали вернувшихся после победы в крупной войне. За всю историю королевства эта редкая церемония была проведена только для двух человек. Все жители столицы выходили с цветами, а дворяне спешивались с лошадей, чтобы поприветствовать их.
И король страны лично спускался на площадь, чтобы помочь вернувшемуся герою встать на платформу, а сам он смотрел на героя снизу вверх, чтобы выразить ему свою благодарность. Король не хвалил своего вассала за его службу, а выражал благодарность своему вассалу. Другими словами, это было событие, которое могло пошатнуть образ королевской власти. Один из двух героев, ранее удостоившихся этой церемонии, был королевской крови, так что все было в порядке. С другим тоже все было хорошо, потому что король считал его близким братом.
Но были ли такими отношения между Милтоном и королем Августом? Абсолютно нет. Для короля, жадного до власти, было невозможно провести Церемонию Триумфального возвращения. Не ускорит ли это падение его королевской власти? Конечно, у него не было намерений подержать его. Но…
— Что? Вы хотите, чтобы я провел Церемонию Триумфального Возвращения?
Хотя у него и не было такого намерения, дворяне утверждали, что достижения Милтона Форреста на этот раз были заслуженными.
— Ваше Величество, граф Форрест закончил гражданскую войну, защитил страну и остановил вторжение нечестивой Республики. В свете этих достижений было бы неплохо провести церемонию и поднять общественное настроение.
— Верно. Если Ваше Величество проявит благосклонность к графу Форресту, народ тоже обрадуется.
Многие из его подчиненных настаивали на проведении церемонии. Король Август был ошеломлен. Даже если он сам этого не хотел, все дворяне настаивали на том, чтобы Церемония Триумфального Возвращения состоялась. Это было свидетельством того, что его авторитет как короля упал до основания. Крайне недовольный, он встал со своего места и яростно закричал на дворян.
— Это даже не было национальной катастрофой, он просто закончил гражданскую войну!
Это определенно была национальная катастрофа.
— И разве Север все еще не в руках республиканцев?
Это была вина сына короля Августа, Байрона фон Лестера.
— Церемония Триумфального Возвращения? Никогда, такого не произойдет. У графа Форреста для этого недостаточно достижений.
Король Август принял решение и вышел из зала. Некоторые из дворян, настаивавших на Церемонии, переглянулись.
— Мы сделали все, как было приказано, но он действительно не согласился.
— Но мы ведь выполнили приказ, не так ли?
— Верно Мы сделали то, что нам приказали, так что теперь остается лишь наблюдать за происходящим.
* * *
— Аах… как и ожидалось от моего отца. Он никогда не обманывает моих ожиданий.
Принцесса Лейла улыбнулась, узнав от информаторов, которых она тайно внедрила в столицу. Он был человеком, который всю свою жизнь прожил с силой, зажатой в кулаке.
Семья, страна, честь…
Ничто не может быть для него дороже власти.
Вот почему он игнорировал своих детей, совершавших братоубийство, и был так холоден, даже когда женщины, с которыми делил постель, умирали. Среди этого равнодушия и холодности принцесса Лейла пережила столько горя.
— Ты отнял у меня самое дорогое…
Принцесса Лейла закрыла глаза.
Она могла представить себе свою прекрасную мать и надежного старшего брата. И снова открыв их…
«На этот раз я заберу дорогие тебе вещи».
Пламя мести горело в ее глазах.
* * *
Южная армия под командованием Милтона Форреста прибыла на окраину столицы Лорентии.
И, конечно же, король Август не сделал никаких приготовлений к проведению Церемонии Триумфального Возвращения. Он только послал гонца с приказом Милтону явиться во дворец.
Однако возникла проблема.
На границах Лорентии Южная армия внезапно прекратила движение. Они не только прекратили движение, но и разбили лагерь прямо перед столицей. Казалось, что они все еще находятся в эпицентре войны. Когда эта новость распространилась, она вызвала переполох в Лорентии, от простолюдинов до знати.
— Правда ли, что Южная армия разбила лагерь менее чем в двух часах езды от Столицы?
— Так говорят.
— Но почему? Южная армия не может быть…
— … это может случиться.
Столичная знать была полна беспокойства. Не так давно второй принц привел повстанцев почти к самой столице. И в тот момент их спасла армия южан под командованием Милтона Форреста. Но на этот раз это была Южная армия, которая расположилась лагерем прямо перед Лорентией. Чувство тревоги было вполне естественным. Но был кто-то, кто испытывал еще большее беспокойство, чем они. Это был Август, нынешний король.
«Как они посмели… Как посмели…»
Переполненный гневом, он не мог вымолвить и слова.
Это была демонстрация силы. И при этом очень очевидная демонстрация. Что могло побудить Милтона не прийти, когда было приказано, и разбить лагерь прямо у стен столицы? Он показывал, что может напасть на Лорентию в любой момент.
Это было достаточно унизительно, но на этом проблемы не закончились.
Если…
Это была лишь небольшая вероятность, но если Южная армия действительно нападет, то у короля Августа не будет возможности ответить. Все солдаты в столице были выведены герцогом Шоном Паланом. И он даже объявил принцессу Лейлу своей сеньорой.
На всякий случай король послал гонца, но не думал, что это поможет.
Сначала король Август дрожал от гнева, но вскоре этот гнев превратился в страх. Хотя принцесса Лейла была его дочерью, без сомнения, она затаила на него обиду. Когда семь лет назад умерли ее мать и старший брат, он ничего не сделал и сохранял нейтралитет. Думая, что она погибла вместе с ними, но она оказалась жива. И хотя дочь, которую все считали погибшей, вернулась, он совсем не был счастлив.
В настоящее время сила дочери превосходила его…
И те чувства, которые она испытывала к нему, были явно губительны для него. Каждый раз, когда он думал об этом, у него холодела шея. Любовь и тепло семьи? Он не ожидал ничего подобного. Во-первых, сам король Август стал королем, наступив на тела членов своей семьи. Не было никакой гарантии, что его собственная дочь, принцесса Лейла, не сделает такой же экстремальный выбор. Бормоча что-то себе под нос, король Август дрожащей рукой схватил свой бокал.
— Я породил ядовитую змею.