Глава 14: 555-7468

Я ведь не мог по-настоящему жаловаться на кошмары, верно? Это было худшее, что я видел со стороны этих наших демонических врагов, по крайней мере в плане собственного страдания.

Но когда я проснулся весь в поту, трудно было не пожалеть, что выбрал именно эту сюжетную линию.

Как бы странно это ни звучало, но Карусель редко лишала игроков сна — исключением была «Спокойной ночи, сосед». Конечно, она могла разбудить нас, чтобы погонять по углам с монстрами, но это было для камеры; в остальном между сценами обычно давали отдохнуть.

Здесь же каждый раз, как я засыпал, я узнавал о новых клише, которые были у Возвращенцев. И чтобы получить эти знания, мне приходилось бродить по какому-то сюрреалистичному, адскому варианту пиццерии, где за мной иногда гнались тени, а иногда — одержимые аниматроники с треснувшими конечностями, позволяющими им выворачиваться и изгибаться так, как их конструкцией вообще не предусматривалось.

Насколько я помнил, меня ни разу не поймали.

Что ещё хуже — у меня было ощущение, что клише «Ночные Ужасы», которое имели Возвращенцы, взаимодействовало с моим экстрасенсорным фоном, давая мне представление об адском мире, скрывающемся за всем этим. Но поскольку это был сон, я с трудом вспоминал подробности.

После первой ночи я положил рядом с кроватью блокнот и ручку, надеясь всё записывать. Так что когда проснулся и вытер промокшую от пота кожу полотенцем, я сразу начал писать — всё, что мог вспомнить из кошмара.

Несмотря на всю сюрреальность происходящего, мне казалось, что этот бесконечный, преувеличенный лабиринт, составленный из предметов пиццерии, — реальное место, а не плод воображения.

И хуже всего было то, что я помнил нечто… лишь частично. Что-то, что я видел, но не мог вспомнить, проснувшись, кроме одного чувства — подлинного ужаса.

Ощущение, что, несмотря на комедийную обёртку, мы столкнулись с чем-то когда-то по-настоящему пугающим. И я видел это в темноте, когда пробирался сквозь лабиринт из игровых автоматов и пицца-буфетов.

Я видел людей, просивших меня о помощи.

На память нельзя было положиться, чтобы сделать такие выводы. Но сердце — запомнило.

Сердце запомнило, потому что в голове звенела одна мысль. Мысль: «Мы не пришли сюда, чтобы спасти вас». И именно эта мысль помогла мне понять, что за боль тянула грудную клетку.

Для нас это был фальшивый ад. Но не для всех.

Возвращенец

Сюжетная Броня: 25

Ночные Кошмары

Вся информация от аналитических клише, связанная с этой сущностью, будет приходить в виде кошмаров или видений.

Фанат Правил

Эта сущность придерживается набора правил или целей, которых всегда стремится достичь (получится ли — уже другой вопрос).

Хуже Смерти

Эта сущность не стремится убивать жертв, но в итоге те пожалеют, что не умерли.

Твоя Душа — Моя

Сущность охотится за человеческими душами.

Искажающий Истину

Эта сущность не лжёт напрямую, но использует игру слов, чтобы обмануть и извлечь выгоду из ситуации.

Пенопластовый Топор

Хотя существо и обладает большой силой, его физическое превосходство чем-то ограничено.

Страна Фей

У существа есть родной мир, измерение или область, имеющая значение для сюжета.

Слово против Меча

Финальная битва будет не битвой силы.

С положительной стороны — я узнал три новых клише, которыми обладали эти враги.

Во-первых, я узнал, что они ограничены физически. Думаю, я видел это ограничение в действии, когда похитили Эйвери. Тени, похоже, не могли прикасаться к людям в своей теневой форме, а только будучи в теле. Им нужно было вселиться в машину Эйвери или в надетые на себя кожаные костюмы, какими бы нелепыми те ни были.

Во-вторых, я подтвердил, что финальная битва не будет физическим столкновением. Судя по тому, что я видел, это будет битва умов, и значит — на первый план выйдет Кэмден, наш Учёный.