Глава 90. Жертва

Кимберли казалось, что они добились значительного прогресса, прорываясь сквозь ряды врагов с яростью, рождённой отчаянием.

Подношения, которые они сделали — освящённый фруктовый пунш и протеиновые батончики — творили настоящие чудеса, эффективно противодействуя любой магии, которую могли сотворить культисты. Большинство их противников были безымянными, безликими фигурами в капюшонах, и вели они себя соответствующе.

Она не могла выразить это словами, но когда она собрала волосы в хвост, активировав своё клише «Резинка», и её Выносливость резко подскочила, она ощутила невероятную уверенность в бою. Не высокомерие. Она не чувствовала себя непобедимой. Она чувствовала уверенность, потому что точно знала, с каким «типом» противника ей предстоит столкнуться.

Ей было трудно подобрать слова, но это чувство преследовало её в каждой сюжетной линии со времён «Блуждающего Рассвета».

Предполагалось, что высокая Выносливость делает тебя лучшим бойцом, но не было до конца ясно, как именно. Не то чтобы она внезапно изучила боевые искусства. Это «Удобная Предыстория» сделала её экспертом в самообороне.

Нет.

Высокая Выносливость давала ей особое чутьё на противников. Антуан тоже подтверждал, что испытывал нечто подобное. В сюжете «Антуан Стоун и Затонувшая колыбель» именно его бойцовское чутье не раз спасало положение. Ветераны тоже говорили об этом, но не описывали, как это ощущается.

Это было врождённое понимание того, как враг будет действовать и реагировать. В конце концов, они были злодеями из кино. У них был сценарий, которому они должны были следовать.

Будут ли они нападать толпой? Нет. Эти культисты атаковали по очереди.

Будут ли они атаковать издалека? Нет. Они могли проноситься над головой, как гигантские вороны, но единственным врагом, который использовал свою теневую магию на расстоянии, был Том.

Низкоуровневые культисты пытались бить, хватать и даже пинать, но их теневая магия лишь усиливала их физическую мощь. Они даже не пытались колдовать, хотя, казалось, были на это способны.

Кимберли схватила приближающегося нападавшего за жилет с эмблемой Клуба Вечных Сберегателей, развернула его и впрыснула ему в рот и нос струю красного фруктового пунша. Он был слаб, и вся его преданность пленённому богу проявлялась лишь в абсолютно чёрных глазах. Эти чёрные глаза мгновенно погасли.

Он рухнул на колени, когда сила бога покинула его. Бросив один-единственный взгляд на багровый барьер в другом конце комнаты, он попятился к двери. Вид закованного гиганта, застывшего на спине, был достаточным, чтобы обратить его в бегство.

Один из Ночных Кладовщиков, культист в полной силе, пролетел мимо Кимберли и наверняка бы нанёс ей серьёзный урон, но пуля, выпущенная Келси, настигла его в грудь, и он рухнул с воздуха. Пуля отскочила от его тёмного плаща, но выбила из него дух.

Кимберли, лишь взглянув на него, поняла, что он останется лежать на земле некоторое время, приходя в себя после возможного перелома рёбер.

Потому что он был создан для этого, такое поведение было свойственно всем культистам. Фраза «Зализывают раны» вспыхнула в сознании Кимберли, когда она увидела раненого Кладовщика на красных обоях, но слова продержались недолго.

Это не было клише. Что же это? Тактика? В Атласе были записи об этом. Ей нужно будет посмотреть. Кэмден, вероятно, уже выучил это наизусть.

Кимберли и Келси прокашивали ряды нападавших, как могли. Многие падали легко, другие заставляли их дорого заплатить. У Кимберли были сломаны пальцы. Правый глаз заплыл и не открывался. Но приспешники были нейтрализованы; те, кто не сбежал, валялись на земле.

Оставался Том.

Том, однако, стоил двадцати других культистов вместе взятых. У него не было тактики «Зализывать раны». Он был настоящей проблемой, и хотя он не мог просто схватить их своими тенями, как надеялся — не с той защитой, которую они наложили на себя, облив одежду благословенным фруктовым пуншем, — он всё ещё был грозным противником.

Но и Кимберли тоже.

Том приблизился для атаки, но она сунула руку в карман куртки, схватила несколько щепоток смеси для фруктового пунша от Доктора Антуана Стоуна (которая рекламировалась как средство, успокаивающее всевозможные недуги, от язвы желудка до стоматита) и дунула ею Тому в лицо.

Кимберли надеялась, что это будет завершающий удар. Именно поэтому она не использовала этот приём раньше. Они начинали понимать, как устроены драки в кино. Нужно было приберегать свои самые мощные атаки на конец, иначе они не будут считаться мощными.

Должно быть, она поступила правильно, потому что облако сахарной пудры, благословлённой враждебным Богом, произвело на Тома неизгладимое впечатление. Он не мог даже нормально дышать, тени ускользали от его тела, лишая его силы.

Разобравшись на время с Томом, Кимберли переключила внимание на Келси.

Келси была зажата под десятками теневых шипов и, судя по её виду, была очень серьёзно ранена. Дар последней девушки, умереть последней, не означал, что её нельзя было ужасно искалечить, и теперь, став целью атак после смерти Райли, Келси была Покалечена и Изувечена.

У Тома в запасе было множество заклинаний. Он был бойцом дальнего боя, это Кимберли знала, и она старалась по возможности использовать культистов в качестве живых щитов.