Глава 58. Ансамбль (I)
— Теперь я понял, почему эти Бегемоты-исполины слушаются твоих приказов, — сказал Е Иньчжу. — И почему называют тебя Пурпурным Императором. После окончания этого семестра я не вернусь в Море Лазурных Небес. За четыре месяца мы должны добиться кое-чего в Пустошах Крайнего Севера.
— Давай возьмём срок в четыре месяца, — сказал Цзы. — Если за это время мы не сможем найти ни единого следа, я смирюсь. Тогда придумаем другой способ. Кстати, Иньчжу, ты не заметил, что твоя музыка, кажется, оказывает особое воздействие на магических зверей? Это подтвердилось по крайней мере на наших Бегемотах. Мои братья Бегемоты очень ждут возможности снова услышать твою игру на цитре.
Е Иньчжу задумчиво сказал: — Я тоже это заметил. Не знаю, может быть, это потому, что магические звери более наивны по своей натуре и легче поддаются эмоциям в музыке. Хотя они не понимают мелодии, их восприятие эмоций намного острее, чем у людей.
Цзы покачал головой и сказал: — Нет, всё не так просто. Если говорить о мастерстве игры на цитре, то хотя ты уже хорош, ты всё равно не сравнишься со своим учителем Цинь Шаном. Но его игру я тоже слышал, и она не вызвала никакой реакции. А твоя музыка, даже если это были лишь неуклюжие упражнения в самом начале, оказывает определённую помощь в увеличении моей силы. Возможно, это потому, что ты развиваешь Сердце Чистого Дитя. Я помню, как дедушка Цинь говорил, что ты — один на миллион гений игры на цитре, обладающий врождённым глубоким пониманием музыки. Иньчжу, сила одного человека в конечном счёте ограничена. Даже такой Аметистовый Бегемот, как я, не сможет в одиночку противостоять всем зверолюдям. Если ты действительно потомок Восточной империи Дракона, то с твоими нынешними способностями твоё будущее никак не может быть посредственным. Хотя ты ещё молод, тебе уже следует начать собирать свою собственную силу. Раз твоя музыка обладает способностью увеличивать силу магических зверей, почему бы этим не воспользоваться? Любой магический зверь желает эволюционировать. Используя это, если всё получится, возможно, ты сможешь собрать целую армию магических зверей.
Выслушав Цзы, Е Иньчжу почувствовал некоторую растерянность. В конце концов, он ещё не так давно вышел в свет, и хотя понимал слова Цзы о создании собственной силы, сильного желания у него не было.
Цзы, конечно, видел замешательство Е Иньчжу и глубоким голосом сказал: — Иньчжу, одно ты должен чётко понимать. Если ты действительно потомок Восточной империи Дракона, то твои враги — это все человеческие государства на континенте Лонгинус. Твои родители и учитель, вероятно, не рассказывали тебе о вашем происхождении именно по этой причине, исключительно ради твоей безопасности. Континент был спокоен много лет, и после тысячелетних преобразований даже потомки бывшей Восточной империи Дракона давно ассимилировались в различных странах. Даже если и остались настоящие потомки, по силе они далеко не могут сравниться с нынешними человеческими государствами. Даже если я стану Королём зверолюдей и буду полностью поддерживать вас, это не сравнится с силой Семи башен Фалани, которая накапливалась десятки тысяч лет. Ты понимаешь, что я имею в виду?
Е Иньчжу кивнул: — Цзы, после битвы в городе Кония император Миланской империи, дядя Сильвио, даровал мне этот маленький город и окружающие горы Бруннера. Он примыкает к Пустошам Крайнего Севера. Если в будущем у тебя здесь возникнут проблемы, отправляйся туда. Жаль, что там слишком мало места, иначе, возможно, там можно было бы создать собственную силу, как ты говорил.
Выслушав Е Иньчжу, глаза Цзы загорелись: — Нет, Иньчжу, ты ошибаешься. Я думаю, это очень хорошее место. Тогда, когда я силой прорвался сквозь пространство к тебе и привёл этих сородичей, я также бегло осмотрел местность. Бруннера — это высокогорный хребет. Там есть немало вершин высотой более четырёх тысяч метров, и он радиально расходится вокруг, образуя естественный барьер для Миланской империи на северо-западе против зверолюдей из Пустошей Крайнего Севера. Хотя твой город Кония очень мал, площадь гор Бруннера слишком велика. Вероятно, никакое владение великого аристократа в Миланской империи не сравнится с твоим по площади. Просто из-за того, что горы Бруннера примыкают к Пустошам Крайнего Севера, холодные течения с севера делают климат там чрезвычайно суровым, поэтому люди не придают этому значения. Но ты подумал о том, что именно благодаря своей удалённости, суровому климату и безлюдности это место меньше всего привлекает внимание? Более того, оно примыкает к Пустошам Крайнего Севера. Если когда-нибудь я объединю зверолюдей, мы сможем заключить более крепкий союз. Я считаю, что сейчас нет места, которое подходило бы нам лучше, чем город Кония.
Е Иньчжу, поколебавшись, сказал: — Но тот город слишком мал. Население всего около двадцати тысяч, и они живут только охотой. Я очень хорошо помню последнее нападение зверолюдей. Если бы не удача, то, вероятно, даже один Золотой Бегемот смог бы легко прорвать оборону города Кония и разрушить весь город.
— Маленький город — это не проблема, — сказал Цзы. — Разве его нельзя перестроить?
Выслушав Цзы, глаза Иньчжу постепенно загорелись. — Я тоже об этом думал. Город Кония расположен к югу от гор Бруннера, окружённый с трёх сторон горами, с единственным узким проходом, ведущим через горы прямо на равнину Апулия в Миланской империи. Нынешний город Кония слишком мал. Если воспользоваться рельефом местности и перекрыть южный проход из города Кония, используя окружающие вершины как барьер, тогда в горах Бруннера можно будет создать огромный город, похожий на котловину. Но горы Бруннера слишком обширны, и чтобы создать там силу, нужно в первую очередь обеспечить защиту всей горной цепи. Это невозможно сделать за один день, и необходимые ресурсы будут астрономическими. Поэтому, хотя я изначально и представлял себе будущее Города Цинь, я сразу же отказался от этой идеи.
Цзы на мгновение задумался, затем сказал: — Вот что. Поиск божественных зверей сам по себе — дело призрачное, шансы на успех невелики. Когда мы вернёмся с этого поиска божественных зверей, мы уделим больше времени, и я пойду с тобой в город Кония, чтобы внимательно осмотреть его. Подумаем, как его следует развивать в будущем. Нам предстоит пройти долгий путь, спешить не стоит. Ты также сможешь попутно установить в городе Кония телепортационный магический круг, чтобы в будущем всегда иметь возможность вернуться в свои владения.
— Хорошо, так и сделаем, — Е Иньчжу кивнул; его настроение было несколько подавленным. У него ещё не было чёткого плана на своё будущее, но одно он знал наверняка: он должен обладать силой, потому что без силы любой мог его обидеть. Стать могущественным — это было первое, что нужно было сделать. Что касается происхождения Восьми Восточных Сект Дракона, то, когда он снова увидится с родителями и дедушкой, ему нужно будет всё выяснить.
Цзы сказал: — Кстати, раз уж ты собираешься создать собственную силу, то кадры необходимы. Когда мы отправимся на поиски божественных зверей, ты можешь взять с собой нескольких друзей, которым полностью доверяешь. В глубинах Пустошей Крайнего Севера обитает много могущественных магических зверей. Хотя там нет драконьего рода, там есть немало существ восьмого и девятого рангов. В то время я возьму Диса и Паркинса с собой. Мы все можем принимать человеческий облик, и они не побоятся, что их раскроют. Ты просто скажи, что мы твои друзья. Тогда мы сможем помочь твоим доверенным друзьям заключить контракты с магическими зверями, что укрепит вашу дружбу и увеличит вашу силу.
Услышав это от Цзы, Е Иньчжу первым делом подумал о Суле. Хотя у Сулы уже был маленький серебряный дракон Инь Би, он всё равно хотел взять Сулу с собой. В его сердце Сула был полностью надёжным спутником. И у него не было обременительного семейного положения. Что касается остальных, то полностью доверять он мог, вероятно, только Ма Ляну из Секты Живописи и Чан Хао из Секты Шахмат. Они, как и он сам, происходили из Восьми Восточных Сект Дракона, и, естественно, проблем с ними не возникнет. Хотя с остальными студентами у него тоже были хорошие отношения, большинство из них были аристократами Миланской империи, и в будущем им, безусловно, предстоит разойтись, да и кто мог поручиться, что они не раскроют его секрет и секрет Цзы?
Подумав об этом, Е Иньчжу вспомнил о Хай Ян, но быстро отмел эту мысль. Хотя в глубине души он знал, что Хай Ян тоже абсолютно надёжна. Но ведь она внучка Сидорфа!
— Цзы, я пойду, — сказал он. — Когда закончу учёбу, я приведу людей прямо сюда, чтобы найти тебя.
— Иди, — сказал Цзы. — А я воспользуюсь этим временем, чтобы продолжить тренироваться. Надеюсь поскорее прорваться на уровень магического зверя восьмого ранга.
Аметистовый шар снова активировался. На земле поднялся телепортационный магический круг, унося Е Иньчжу с его особой пространственной аурой.
Когда он вернулся в общежитие, снаружи уже пробивался слабый свет, приближалось утро. Е Иньчжу тихонько вошёл в спальню, сел на свою кровать, скрестив ноги. До полного рассвета оставалось ещё немного времени, и было бы хорошо восстановить хоть немного ментальной силы. Расход энергии на дальнюю телепортацию действительно был ужасен. Хорошо, что он немного восстановился у Цзы, иначе последний телепорт полностью истощил бы его.
Всё было как обычно. Когда наступил рассвет, Сула встал с постели, чтобы приготовить завтрак. Примерно за полчаса до начала занятий он разбудил медитирующего Е Иньчжу.
Завтракая, Е Иньчжу наблюдал за Сулой и заметил, что тот стал гораздо молчаливее. Хотя внешне его эмоции не претерпели особых изменений, выражение его глаз стало гораздо глубже.
— Сула, мне нужно кое-что с тобой обсудить.
Сула поднял голову и посмотрел на Е Иньчжу: — Что такое?
Е Иньчжу сказал: — Скоро будут выпускные экзамены. Какие у тебя планы после каникул в этом году?
…