Глава 160

— Но должен же существовать хоть какой-то способ исцелить это, верно?

— Мистер Ланбертон запросил доставку сока Мирового Древа. Демоническая сила не должна была успеть слишком сильно повлиять на маленькую мисс, а сок по идее должен поглотить лишнее.

— ..Это тот сок Мирового Древа, который эльфы используют для изготовления меда? То же самое, что они разбавляют капелькой на литр воды?

— Да. Разбавленный сок используется для массового производства, но их более качественный мед содержит одну каплю чистого сока. Я никогда не пробовал такой, но слышал, что он по-настоящему божественен.

Риззли ухмыльнулся, подумав о меде, в то время как Исаак выглядел безучастным.

— И они собираются дать нам целую бутылку?

— Сок Мирового Древа — наиболее эффективное средство противодействия демонической энергии. Кроме того, я и сам попросил, чтобы мое племя принесло Снежный Цветок.

— Что еще за Снежный Цветок?

— Это очень ценное растение — хотя и не на уровне сокровищ, — которым владеет наше племя. Это сильнодействующее лекарство. Если человек его употребит, то никогда не заболеет обычными болезнями и останется вполне здоровым на всю оставшуюся жизнь. За всю историю существования моего народа мы даровали Снежный Цветок представителям человеческой расы всего три раза.

— И ты планируешь подарить такую ценность этой малышне? — спросил Исаак.

Риззли нежно посмотрел на Лайлу, а затем и вовсе погладил ее по голове.

— Потому что ясно, как божий день, что ее ждет тяжелое будущее — даже хуже, чем то, от чего она страдает сейчас. Разве она еще совсем недавно не была на грани смерти из-за того инцидента?

— …Это то, что означает быть «главным героем»? Один больничный – и ты в центре всеобщего внимания. Нет. Чем больше я об этом думаю, тем больше бешусь. Я понимаю, что беспокоишься о невиновной жертве трагедии, но разве не я здесь самая настоящая жертва? Почему для меня никто ничего не делает и не предлагает?

— А вы бы приняли наши подарки, если бы мы их предложили?

— В чью пользу? — хватая новую сигарету, без колебаний ответил Исаак, и Риззли улыбнулся так, словно именно этого ответа он и ожидал.

— Вот почему все подарки, которые были предназначены для вас, сейчас передаются Лайле. Какими бы ни были ваши намерения, она по-прежнему остается вашей дочерью.

Исаак съежился, услышав слово «дочь». Затем посмотрел на Лайлу, потерявшую сознание и задыхающуюся. Сунул сигарету обратно в карман.

— Я умер, затем ожил, затем обзавелся дочерью, хотя у меня даже жены нет. Клянусь, моя жизнь — это мелодрама.

Лицо слушавшего жалобы Исаака Риззли застыло.

— Но вы, кажется, немного изменились? – спросил он.

— Я? Я должен. Я не могу стоять без дела, когда они буквально вымаливают пня под зад. Я планирую вести себя так, как мне и положено.

— Почему-то это звучит пугающе.

— Итак, насчет тех событий. Кто выстрелил в затылок Калдену?

— Что? Мистер Калден мертв?! — крикнул Риззли в полном удивлении. Исаак нахмурился.

— Ты не знал?

— Нет!! Я имею в виду, кто его убил?!

— Я пришел сюда, чтобы спросить тебя.

— Что? Почему это меня?

— Потому что Калден умер в мэрии.

— Это невозможно! Там были только мы с Лайлой. Даже площадь перед мэрией была пуста. Все купцы уехали в Порт Сити, сказав, что пришло их время, да и «Синие Розы» вернулись к себе. Рядом не было ни единой живой души. Я схлестнулся с внезапно напавшими на нас боевыми рыцарями, а затем ощутил демоническое присутствие на крыше мэрии. Тот человек похитил Лайлу и сбежал, поэтому я погнался за ним. Но я ничего не смог поделать, потому что Антон держал Лайлу в заложниках своей разрушительной демонической энергией. Вот так меня тоже схватили.

Лицо Исаака посерьезнело.

— Значит, Калдена не было в мэрии?

— Нет.

— …Я так сосредоточился на самом факте его смерти, что даже забыл проверить, где именно он умер.

Исаак подумал, что Калден умер в мэрии, поскольку там было найдено тело. Корднелл также засвидетельствовал, что накануне Калден жаловался на то, что его работе нет конца и края, и поэтому делегировал церемонию вручения Корднеллу, оставшись на месте, чтобы закончить свои дела. Именно поэтому Исаак и не стал уточнять.