Глaва 1571. Чeловек во дворце

Опция "Закладки" ()

Существовало и другое объяснение. Это могла быть не нефритовая табличка, а воспоминания звездного неба Безбрежныx Просторов. Воля снизошла на континент Бессмертного Бога, на тело молодого человека с луком, стоящего вдалеке. По телу юноши прошла дрожь, а из горла вырвался пронзительный крик. Его волосы поседели, глаза покраснели, взгляд стал холодным как лёд. Под влиянием новой воли он преобразился в совершенно другого человека.

Он парил в небе, излучая ауру выше уровня 9 эссенций. Мэн Хао спокойно встретил взгляд юноши. Молодой человек внезапно указал на Мэн Хао и произнес:

— Взываю к бурям!

Вокруг Мэн Хао тут же поднялся черный ветер, быстро принявший форму девяти черных драконов. Из драконьих пастей ударил черный ветер. Этот ветер мог уничтожить Небо и Землю.

— Взываю к ливням! — прогремел голос юноши.

Его трясло, словно управлявшая им воля своим решением использовать эту магию серьезно ранила его тело. K ветру прибавился дождь, только дождевые капли были черного цвета. В мгновение ока Мэн Хао оказался под настоящим ливнем.

— Магические бобовые солдаты! — прорычал молодой человек.

Барабанящие капли дождя трансформировались в крохотных и свирепых человечков. Судя по всему, это были жертвы, погибшие от этой магической техники много веков назад.

— Разрушение Гор!

— Раскол Земли!

Молодой человек закашлялся кровью, воля внутри иссушала его тело. И всё же он без колебаний насылал всё новые заклятия. Невероятное колдовство под названием Разрушение гор и Раскол земли сотрясло весь мир.

— И наконец… Темная Луна, Чистое Небо!

Молодой человек запрокинул голову и издал пронзительный вопль. Его тело постарело настолько, что от него повеяло аурой разложения. Воля внутри него вспыхнула всей своей силой, соединившись с колдовством, отчего на лбу Мэн Хао появился образ тёмной луны.

— Истребление! — вскричал юноша.

Мэн Хао просто стоял под шквалом черного ветра и дождя. На него нападали крохотные человечки, земля под ногами разрушалась, горы разваливались на части. Метка тёмной луны на лбу должна была вот-вот уничтожить его.

Испытав на себе всю силу божественных способностей и магических техник, Мэн Хао сделал глубокий вдох и поднял голову на седовласого юношу, чьи глаза от предвкушения буквально горели.

— Сперва солнце, разгоняющее тьму, потом старик и отражение в колодце. И теперь многоуровневая божественная способность… Как после такого не проникнуться уважением к трансцендентному практику континента Бессмертного Бога!

Мэн Хао взмахнул рукавом. Молодой человек горько рассмеялся. В следующий миг его тело было уничтожено. Однако для Мэн Хао он был лишь сгустком ци и крови. Хоть он и погиб, в его глазах это было простым развеиванием ци и кровь.

К этому моменту Мэн Хао раскрыл загадку этого места. Теперь ему предстояло проверить девять прядей души, отличных от остальных. Окинув взглядом города континента Бессмертного Бога, он двинулся вперед.

Местная архитектура отличалась от той, к которой он привык по миру Горы и Моря. Здания на этом континенте имели мягкие сгибы, отчего выглядели более изящными.

Вскоре Мэн Хао возник в воздухе над кланом Ван. Магическая формация была практически готова, уже совсем скоро они смогут покинуть это место. Его взгляд скользил по представителям клана Ван, пока не остановился на худощавом старике, сидящем в позе лотоса в стороне. Почувствовав на себе его взгляд, тот поёжился и посмотрел в небо. Было в этом старике что-то вульгарное, и в то же время нельзя было не заметить отпечаток прожитых лет. Многих веков.

Старик поменялся в лице и быстро опустил голову. Мэн Хао понял, что тот нервничал. Ненадолго задержав взгляд на Ван Тэнфэе, он двинулся прочь. В этот момент худощавый старик с облегчением выдохнул. Ему до сих пор не верилось, что Мэн Хао сумел достичь такого устрашающего уровня культивации.

Покинув клан Ван, Мэн Хао отправился на поиски Дао Небес. Идея парагона Грёзы Моря сработала, но, к сожалению, её план провалился. Дао Небес стал чем-то вроде камня, брошенного в море. Его проникновение оставило после себя лишь небольшие круги на воде. Парагон Грёзы Моря посчитала континент Бессмертного Бога реальным миром. Разумеется, это место было чем угодно, но только не настоящим миром. Непохожесть Дао Небес даже с его невероятным скрытым талантом сделала его не таким как все. Он отличался от всех здесь живущих, вот только мертвецы не могли ему об этом сказать.

Во имя мира Горы и Моря Дао Небес пожертвовал всем. По мнению Мэн Хао, такое было достойно уважения. Мгновением позже он уже стоял перед товарищем по Эшелону. Стоило ему коснуться его лба, как Дао Небес заморгал. При виде Мэн Хао у него от удивления перехватило дыхание. Когда Мэн Хао направил в него божественное сознание, его начала бить крупная дрожь, зубы застучали. Черный туман был изгнан, а его тело резко истощилось. Несмотря на сильную слабость, он всё же сумел подняться. Его глаза ярко горели.

— Ты пришел… Я верил, всегда верил. За две тысячи лет здесь я узнал их секрет. Континент Бессмертного Бога очень странное место. Всё здесь… похоже, живет согласно уникальным естественным законам. Подозреваю… они все чужаки, а не практики!

Дао Небес отдал последние силы, чтобы это сказать. Закашлявшись кровью, он рухнул на землю и потерял сознание. Страшно представить, какие испытания выпали на долю Дао Небес за эти два тысячелетия. Мэн Хао сложил ладони и низко поклонился ему, после чего отправил его в мир Горы и Моря.

— Ты прав, это очень странное место, — прошептал он. — Здешние люди действительно чужаки, а не практики. Тут ты тоже угадал.

После этого он растворился в воздухе. Ему предстояло посетить восемь людей, кто, хоть и был сгустком ци и крови, не имели в себе черного тумана. Всё это было очень странно. У него имелись определенные подозрения на этот счёт. Сначала он отправился во дворец в столице одной из империй смертных.

Стояла тишина. На лестнице, ведущей к главным дверям, сидел мужчина, разодетый в шелка, словно принц. Он то и дело прикладывался к кувшину с вином, но, завидев Мэн Хао, поставил его рядом.

— Готов спорить, тебе показалось странным, что у меня нет этих проклятых духовных прядей воли Безбрежных Просторов? — с улыбкой спросил он.

Оставить комментарий