22. Under Fire

— Я так понимаю, вы не собирались рассказывать мне об этом.

Так как он поймал её в момент, когда они оба поворачивались, говорил очень тихо и не позволил ускользнуть своей вежливой улыбке, Лея простила Оби-Вану его неудовольствие. Она ответила:

— Вы не спрашивали.

Это была ошибка, она знала. Враждебная реакция на то, что было совершенно искренним вопросом. Она просто не хотела танцевать вокруг ответа прямо сейчас, а избежать этого становилось всё труднее.

Он не ответил, так как они приветствовали неймодианскую делегацию. Надеясь, что его скованность и напряжение больше связаны с Торговой Федерацией, а не с ней, Лея изо всех сил старалась вести себя профессионально.

Ей хотелось бы, чтобы она могла послать ему какое-то утешение в Силе, какую-то мысль, что всё было хорошо. Это всегда было хорошо — когда она так получала какую-то весточку от брата и чувствовала правду, которою так легко исказить словами.

Сейчас такой возможности не было, и Лея старалась быть вежливой и не слишком заметной гостьей.

— Я не хотел делать из этого обвинение, — добавил он через некоторое время, когда появилась возможность. — Это было так неожиданно…

— Я должна была вам сказать, — согласилась Лея, скрывая движение губ за чашкой. — Было невежливо и непрофессионально промолчать. Я не уверенна, что вы хотите сейчас об этом говорить. Или считаете нужным.

Он задумался об этом ненадолго, но не смог придумать ответа, и они вернулись в толпу, к гостям сенатора Органы, а потом наконец встретились с набуанской делегацией. У Падме блестели глаза, она высоко задирала голову, но, похоже, она хорошо проводила время. Она оживлённо спорила с одним из гостей с Кристофсиса, спрашивая, где они планируют разместить военную базу, если это будет одобрено, и как отнесутся к этому его сограждане. Не самый дипломатический подход, но он, казалось, пытался флиртовать с ней, приводя свои контраргументы, и Лея отвела их с Оби-Ваном, как только смогла.

Они не были нужны в этом разговоре.

Однако, когда они уходили, она заметила Раша Кловиса, смотрящего на смеющуюся Падме, и прихватила ещё один напиток.

— Я не знаю, как к этому относиться, — Оби-Ван снова вернулся к их разговору. Они сделали паузу, чтобы он мог помочь ей поправить накидку — кто-то её чуть не затоптал. — Вы говорите, что это не имеет значения, и я хотел бы согласиться, но я не знаю, кто вы.

Он явно думал что-то вроде «и это касается меня», это было буквально написано у него на лице, и Лея надеялась, что больше этого никто не видел.

— Это достаточно просто объяснить, — сказала Лея, касаясь своих волос, чтобы убедиться, что всё на месте. — Когда мы обосновались на Набу, я оставила свою старую фамилию позади, и Шми Скайуокер предложила мне свою. Я полагаю, вы могли бы сказать, что меня удочерили, или что-то в этом роде.

Он явно собирался спросить её о старой фамилии, но спохватился и не стал упоминать об этом снова, пока они не обошли комнату ещё раз, подавив не менее четырёх конфликтов, которые, казалось, могли перейти от криков к насилию (это были места, где Палпатин был всего несколько мгновений назад).

— Энакин не знает о вас?

— Он понятия не имеет, что я существую, — сказала Лея.

— Я упоминал о вас при нём, так что это немного неправда. — Это было смешно.

— Вы собираетесь рассказать ему?

— Хотите, чтобы я это сделал?

Этот вопрос оставался без ответа почти до конца вечера. На самом деле в какой-то момент они разошлись, Лея встретилась с сенатором Дарсаной и другими представителями систем вокруг Гли Ансельм, а Оби-Ван отошёл, чтобы поприветствовать кого-то, с кем он познакомился ещё во времена падаванства.

Очевидно, его достоинство было слишком хрупким, чтобы позволить ей в это время быть рядом.

Когда они снова встретились, она начала так:

— Если вы не хотите ему говорить, у меня в любом случае нет мнения по этому вопросу. Если вы считаете, что ему нужно знать, вы должны сказать ему и представить его мне.

— Я подумаю об этом, — сказал Оби-Ван. — Его ситуация так отличается от других посвящённых. Я стараюсь не усложнять задачу, заставляя его думать о своей прежней жизни.

О его доме, — хотела сказать Лея. Его семье. Ей это не понравилось, но она попыталась понять.

(Мысль о том, что Люка оторвали бы от неё, он никогда не знал бы, где она, никогда больше не заговорил бы с ней, не укладывалась в её сердце.)

— Я не хочу усложнять жизнь ни ему, ни вам. Во всяком случае, не напрямую. — Она не была уверенна, к каким последствиям могут привести её действия, но у неё было представление о том, насколько плохо всё может закончиться.

Гипотетически.

Исторически.

— Что ж, я ценю это. И приму ваши слова к сведению.

Они делали последний круг по комнате, больше двигаясь, чем разговаривая, чтобы убедиться, что всё в порядке, когда сенатор Садашасса догнала их, улыбаясь Оби-Вану и подмигивая Лее.

— Я вижу, вы двое держите ситуацию под контролем.

Лея не была уверенна, почему он проигнорировал подмигивание — потому, что не знал, что с этим делать, или потому, что считал, что проигнорировать безопаснее.

— Мы делаем всё, на что способны.

— Вы не возражаете, если я одолжу вашу подругу на минутку? — спросила его Ши, протягивая руку Лее. — У меня есть кое-кто, с кем я хочу её познакомить.

— Конечно. — Оби-Ван отошёл в сторону. — Я приду и найду вас, или вы меня найдёте?

— Вас будет легче заметить, — сказала Лея, признавая, что даже в туфлях, немного увеличивающих её рост, она точно не выделялась в толпе.

Оби-Ван продолжил путь.

— Он интересный человек, — прокомментировала Ши. — Как так получилось, что ты с ним?

— Я была в Храме и наткнулась на него там в садах. Затем снова увидела его в административном здании. Он слышал о моём проекте.

— Значит, это всего лишь профессиональное участие?

Из-за окружающего шума было трудно понять, сколько в этой фразе было от шутки.

— Я не думала, что джедаи могут по-другому.

— Ты не настолько наивна, — сейчас Ши точно дразнилась. — Хотя с большинством из них трудно.

— Надо просто быть профессиональной, — заявила Лея, решив, что не хочет поддерживать эту тему. — Строго, полностью профессиональной.

— Принято к сведению.

Они подошли к гостю с Рилота, которого Ши представила как Чама Синдуллу. Он довольно натянуто поприветствовал Лею, когда её представили как набуанскую спутницу джедая. Она не приняла это на свой счёт. Синдулла искоса разглядывал всех в комнате.

— Чам, это моя подруга, о которой я тебе говорила. Она работала над отчётом о сделках Торговой Федерации и о том, как они влияют на экономику некоторых систем. Лея, ты не могла бы поделиться с ним своим взглядом на ситуацию с Рилотом?

Было трудно сдержать мысль «ваш сенатор всё саботирует, чтобы связаться с лордом-императором ситхов», но Лея справилась и сказала:

— Я не против поделиться своими наблюдениями. Не могли бы вы помочь мне исправить любые моменты, где вы увидите ошибки? Данные не говорят мне всего.

Его лекку слегка дёрнулся, а ответная улыбка была почти насмешливой, но Синдулла сказал:

— Конечно, я внесу любые исправления.

— Хорошо. Потому что мои данные представляют мне в долгосрочной перспективе нежизнеспособную ситуацию для Рилота, и я хотела бы знать, не упускаю ли я какие-нибудь смягчающие факторы, или мне нужно указать это как самый срочный приоритет.