Глава 69

— Э-э?

Только тогда Персефона заметила золотую стрелу, застрявшую у неё в груди. Она вытащила её.

Когда рука богини коснулась стрелы, золотая стрела, выполнив свою цель, растворилась в воздухе и исчезла.

— Это… Золотая стрела Эроса?

Бог любви Эрос предстает в облике ребёнка, вооружённого луком и стрелами.

Он обладает как золотой стрелой любви, так и свинцовой стрелой ненависти.

Золотая стрела заставляет того, в кого она попала, безумно влюбиться в первого, кого он увидит, а свинцовая стрела вызывает такую же сильную ненависть к первому, кого увидит пораженный ею.

Из-за природы любви стрела быстра и незаметна, и Персефона, измотанная долгим сражением, не смогла её избежать…

— Так значит, это была золотая стрела?

— Ох…

И всё же Персефона, только что пораженная золотой стрелой, посмотрела на меня.

Теперь я должен был принять любовь своей племянницы.

…Что же мне теперь делать?

Я беспомощно смотрел в сторону, откуда прилетела стрела Эроса, а Персефона заговорила:

— Но со мной всё в порядке, правда? Может, он промахнулся? Хе-хе.

— …Даже Зевс бы влюбился, будь он поражен этой стрелой.

Богиня, которая сейчас смеялась, глядя на меня, несомненно испытывала сильное чувство, даже если она и делала вид, что ничего не произошло.

Я не мог игнорировать тот факт, что её поразила стрела Эроса. Что же мне теперь делать?

Её отец — Зевс, царь богов, а мать — Деметра, богиня земли…
Если я допущу ошибку, может разразиться настоящая война.

— Но… правда, всё в порядке. Кстати, ты собираешься вернуться в Подземный мир сейчас?

— Я сначала приведу всё в порядок, а потом вернусь.

Последствия битвы с Гигантами полностью разрушили окружающую местность.
Это было похоже на следы от молний Зевса или трезубца Посейдона:
земля повсюду была изрыта трещинами, а количество разломов было бесчисленным.

Вершина горы Этна, где был запечатан Тифон, была разрушена ударом,
и некогда красивые равнины, леса и реки превратились в руины.

Множество нимф либо погибли, либо разбежались…

Наблюдая за следами разрушения, которые могли бы заставить содрогнуться даже Пана, бога природы, моя племянница протянула руку.

И вместе с этим пришла её тёплая, мягкая божественная сила.

— Дядя Аид! Дай мне помочь тоже. Как богиня весны и семян, я справлюсь с этим.

Шшшууу —

Зелёная волна растеклась из руки Персефоны, мягко окутывая землю.
Трава проросла рядом с поваленными деревьями, а мёртвые равнины вновь зазеленели.

Ну, в этом был смысл. Богине весны проще восстановить всё, чем мне, правителю Подземного мира.

Было бы куда легче, если бы здесь был Пан или Деметра…

— Как тебе? Я справилась? Обычно я использую это, когда играю с нимфами, но, похоже, в таких случаях это тоже полезно…

— …Да. Ты молодец.

Моя племянница, болтавшая без умолку, явно ожидала похвалы, и это выглядело весьма мило.

Даже среди прекрасных богинь Олимпа она выделялась своей необычайной красотой.

Она унаследовала золотые глаза и волосы своего отца Зевса. Её фигура была безупречна, с идеальными изгибами.

Любой другой похотливый бог с радостью принял бы любовь такой богини, как она.

— О чём ты задумался, стоя здесь? Расскажи мне тоже!

Но она ведь моя племянница…

— Фух… Всё готово. Я всё закончила.

Пока я искал следы Гигантов и отслеживал их, Персефона успела восстановить часть разрушенной земли.

— Отличная работа.

— Хе-хе… Так ты теперь точно вернешься в Подземный мир, да? Я тоже хочу пойти!

Я замер на месте от слов, прозвучавших из уст Персефоны, улыбающейся, словно распустившийся цветок.

Да, вот в чём была проблема…