Глава 133.2. Гиацинт (часть 2)

Конечно, многие собрались, чтобы допросить Гиацинт, но всякий раз, что бы они не делали, Гиацинт ясно говорила:

— Мендини оппа пытался приставать ко мне. Как мой рыцарь, он просто сделал то, что ему нужно было сделать.

— Мендини не мог этого сделать! Ты лжешь, чтобы защитить этого рыцаря!

— Вторая старшая унни [1], это не ложь.

— Он сказал, что все, что он сделал, это подошел к тебе, потому что заинтересовался твоей картиной. А ты отрезала ему руку? Я не знала, что ты — такая злая.

Единственными выжившими после инцидента были Мендини, Гиацинт и Муюн.

Тем не менее истории, рассказанные двумя сторонами, были совершенно разными, а тем, кому больше верили, был, к сожалению, Мендини.

— Я говорю правду. Но чего ты собираешься добиться, постоянно настаивая на том, что это ложь? Ты говоришь мне отдать жизнь Муюна? Давя на меня всеми этими солдатами?

Несколько сотен солдат находились внутри и снаружи ее комнаты.

Однако Гиацинт не уступила ни пяди.

Обычно она прогибалась.

Женщина, которая звалась второй старшей сестрой, немного отодвинулась.

— Конечно! Мы — основатели Гильдии Солнца. Посторонний, который внезапно появился, пытался убить одного из столпов. Разве не очевидно, что он сам отказался от своей жизни?

— Если мы не сможем преодолеть разницу во взглядах, у нас не будет другого выбора. Разве для таких ситуаций системы «Испытание Мечей»?

— Ты…?!

Женщина распахнула глаза.

Испытание Мечей…

Эта система была создана для борьбы за правду, когда возникала ситуация, в которой люди не могли преодолеть свои разногласия, и те не могли быть решены с помощью основных правил.

Это была просто эгоистичная система, по которой утверждалось, что более сильный человек — был прав.

Однако это было умеренно приемлемым, исходя из факта, что мечи говорили правду. И об этой системе вспомнила никто иной, как Гиацинт.

И Муюн стоял за спиной Гиацинт, как великая гора.

«Она — мудра».

Гиацинт была молодой и добросердечной, но она не была просто нежной девочкой.

Чтобы защитить себя и Муюна, она инстинктивно чувствовала, что это был единственный способ. Ей нужно было двигаться вперед и не приклонять колени, чтобы выживать.

Муюн планировал насильно тащить ее вперед, если понадобится, но было хорошо, что она поняла все сама.

— Ты понимаешь, что говоришь?

— Понимаю. Это испытание друг против друга, против печати друг друга.