Глава 36
Глава 36
«Так как ваша супружеская жизнь?» — спросил один из соседей по каюте Супакрита Экса. Но вновь(пере)произведенный сержант не ответил.
Лежа на собственной койке через узкий проход, капрал Богуслав Эрнандес поднял голову с подушки и посмотрел на неподвижную фигуру сержанта. «Довольно хороша, я бы сказал. Он уже спит.»
«Я все еще думаю, что он сумасшедший,» — сказал четвертый житель каюты, капрал Тед Влачос. Он сидел на краю койки прямо над Эрнандесом. «Меня не заставишь делить постель с этой женщиной. Чуть обидишь ее — вжик — только успей отскочить подальше.»
Его коллега-капрал не ответил, так как не мог придумать ответ, который не был бы чрезмерно грубым. Влачос должен быть счастлив этим. Насколько знал Эрнандес, у ублюдка не было партнера по койке по крайней мере шесть месяцев, хотя, будучи бисексуалом, он имел более широкий выбор, чем большинство.
Влачос был … неприятен. Он храпел, принимал ванну не чаще, чем требовали правила, жевал пищу с открытым ртом, неизменно глупо шутил — этот список можно продолжать и продолжать. То, что его повысили из рядовых, было одной из загадок вселенной.
«Уходим через пятнадцать секунд,» — раздался голос капитана «Хали Саул» в комме. «Если вы к тому времени не обезопасили себя и что-то пошло не так, не приходите ко мне скулить.»
Богуслав усмехнулся. Ганни Эль, с другой стороны … Это была пожилая женщина с грубыми манерами, резким характером, почти полным неуважением к протоколу — и умением общаться с дураками, которое было одним из чудес вселенной.
Он убедился, что привязан к койке. Затем снова посмотрел на Супакрита. Увы, сержант не привязал себя перед тем, как уснуть. С другой стороны, он выглядел таким спокойным и расслабленным, что Богуслав подумал, что он, вероятно, переживет любые неудачи, которые вообще можно было пережить. В любом случае, шансы на это были микроскопическими.
Поехали.
* * *
Переходные трубы и кабели отсоединены. Потрепанное грузовое судно (чей гипергенератор был тщательно отремонтирован после недавних проблем с обслуживанием, большое спасибо) отошло от станции Пармли на тщательно отмеренных импульсах ее маневренных двигателей. «Хали Саул» не спешила и ей потребовалось несколько минут, чтобы достаточно отойти, чтобы перейти к своим основным термоядерным реактивным двигателям и ускориться вдаль от станции на спокойных 20 g. (Ганни Эль была экономной — некоторые могли даже зайти так далеко, чтобы назвать ее скупой — со своей реакторной массой.) При такой скорости ей потребовалось неторопливые пятьдесят пять секунд, чтобы достичь обязательных трехсот километров — свободной от импеллеров зоны безопасности вокруг станции. Два фрегата класса «Тернер», «Габриэль Проссер» и «Денмарк Весей», не отставали от нее, пока все три судна не пересекли периметр и не выключили двигатели.
Затем они немного сблизились, и ее мощные тяговые лучи потянулись, захватили их и поместили в импровизированные гнезда на ее корпусе.
Прошло еще три минуты, пока каждый из фрегатов установил переходную трубу к гораздо большему грузовику и проверил ее на давление и безопасность. Конечно, фрегаты были полностью автономными и самодостаточными космическими кораблями, но почему их экипажи должны оставаться взаперти внутри их крошечных корпусов, когда на борту Хали Саул были гораздо большие открытые пространства (конечно, в пределах разумного)? Проверки давления удовлетворительно завершились и командир каждого фрегата сообщил о готовности на командную палубу грузовика. Затем —
«Все, Пармли. Мы уходим,» — объявила Ганни Эль по комму. Включился клин Хали Соул, и грузовой корабль мгновенно прыгнул на сто семьдесят g. Пять минут спустя она преодолела более тридцати семи тысяч километров, направляясь к гипергранице со скоростью почти двести пятьдесят километров в секунду.
* * *
Капитан Антон Петерсен нажал на кнопку своего пульта управления, и на настенном экране в конференц-зале появился новый набор чисел. «Это мои прогнозы по комплектации и обучению спецподразделений. Кстати, нам нужно имя для них. Я знаю, что лучший способ уронить боевой дух — назначить кого-то в «спецподразделение.»
Хью Араи хмыкнул. «Без шуток. В КБИ это эвфемизм для чистки туалетов.»
Петерсен улыбнулся. «В КФМ у него более широкое применение, но нет ничего, что приносит хорошее настроение назначенным.»
«Назовем их «Королевскими Коммандос»,» — предложила Руфь.
«Это не коммандос!» — пренебрежительно сказал Джереми Экс. Эти парни и девушки не собираются штурмовать крепости. Их работа будет больше похожа на переворачивание камней, чтобы увидеть, что может ползать под ними.»
«Это именно то, что делают «коммандос», Джереми,» — мягко заметил Хью. «На ум приходят мои доблестные товарищи из КБИ. «Штурм крепостей»?» Он вздрогнул. «Это для морской пехоты! Нет, уверяю вас,» — продолжил он, — «эти ребята, вероятно, в ближайшее время будут соответствовать стандартам КБИ. Пройдут некоторую тренировку, хорошее обучение и получат большой опыт, чтобы достичь этого звания. Так что я предлагаю вам древнее и уважаемое название, возможно, на данный момент немного преждевременное.»
«Значит, назовем их «Королевскими мышеловами», — сказала Берри.
«Это нелепо… » Но военный министр замолчал, нахмурившись.
«Неплохо, по-моему,» — сказал Хью.
Руфь фыркнула. «Ну, вы даете. Ищете королевскую благосклонность, как-будто если вы потеряете ее, последствия будут личными и немедленными. Но я думаю, что это немного … я не знаю. Неуважительно. Ну, может, не неуважительно. Пренебрежительно?»
«Пфэ.» — фыркнул Джереми, чей хмурый взгляд исчез. «Делать хорошо — не значит подлизываться. Кроме того, они бывшие рабы. Легко радуются случайным лакомым кусочкам. Все, что нам нужно, это придумать шикарный логотип подразделения, и они будут мурлыкать как… »
Хью поморщился. «Пожалуйста, не говори это.»
» …коты. Со свежевыловленными грызунами, извивающимися в их пастях.»
Руфь все еще выглядела скептически, но ее всегда активный ум был заинтригован. «Как насчет… головы рычащего кота над … Чем? Может быть, скрещенными мечами?»
«Ой, фу!» — запротестовала Берри. «Я не хочу, чтобы они рычали. Голова кота, хорошо, но это должен быть Чеширский Кот. Еще лучше, только его улыбка, прежде чем он полностью исчезнет. Над…»
Ее глаза уставились в одну точку, когда она обдумывала проблему. «Испуганные грызуны, глядящие вверх — по два с каждой стороны. И над улыбкой… Может быть, скрещенные лассо?»
Классическая геральдика была чем-то вроде хобби для Петерсена, но он сумел не вздрогнуть от предложения королевы. Чеширский кот подойдет, как и испуганные грызуны. Скрещенные лассо, с другой стороны, не подходят вообще.
К счастью, традиция была под рукой. «Для герба я рекомендую пару львов — sejant или rampant, оба подойдут — или скрещенные ключи. Чтобы избежать ворчания церквей, однако, если мы выбираем последнее, нам следует использовать другой дизайн, чем ключи Святого Петра.»