Глава 510

Возле входа в шахту тридцать шесть стражей-извергов бдительно охраняли вход и выход.

Из входа внезапно вырвалась струя темного тумана. Вскоре из темного тумана показался Ву Ци, его лицо было мрачным, а глаза сузились. Все охранники-фиенды бросили на него короткий взгляд, а затем бесстрастно закрыли глаза. Во дворце Мяо Ина действовали строгие правила. Богиня Мяо Синь лишь приказала им охранять вход в шахту, поэтому они просто делали то, что она им говорила, и не обращали внимания ни на что другое.

Плавая в воде, тело Ву Ци внезапно дернулось. Из его спины вынырнули десятки фьендов, издавая тоскливый вой, они угрожающе бросились вдаль. В мгновение ока они преодолели десятки миль и вцепились в четырех казнящих учеников. «Детонация!» крикнул Ву Ци, сжав ладонь в крепкий кулак. Трагический вой вырвался из уст четырех казнимых учеников, их тела взорвались кровью и кровью, разлетаясь во все стороны и быстро пожираемые извергами.

С мрачной и бессердечной ухмылкой на лице, Ву Ци бросил взгляд на тридцать шесть охранников-извергов.

Он увидел, что они открыли глаза и уставились на него с отвратительной улыбкой, их взгляды были наполнены жаждой крови. Для них видеть, как Ву Ци убивает этих учеников-исполнителей, было все равно что смотреть на группу ничтожных муравьев, сражающихся друг с другом. Им было лень размышлять о том, есть ли в этом инциденте что-то неправильное, и они просто наблюдали за происходящим с приятным настроением.

Они были Бессмертными из Лиги Фьендов, которые культивировали в течение многих, многих периодов времени. Время лишило их почти всей человечности. Поэтому понять их мысли с помощью менталитета обычных людей было крайне сложно. Вполне возможно, что их не тронуло бы даже то, что У Ци на их глазах пытался убить Лу Бувэя, не говоря уже о том, что убитый им человек был всего лишь четырьмя неважными учениками-исполнителями.

В конце концов, У Ци и Лу Бувэй были просто учениками внешней секты дворца Мяо Ин, надсмотрщиками, которые отвечали за различные задания. Их жизнь и смерть не касались этих стражей-извергов.

Но на спине У Ци выступил холодный пот. На самом деле, убив четырех учеников-исполнителей, он рисковал, и, к счастью, сделал правильную ставку. Эти стражи Фьенда совсем не возражали против смерти нескольких жалких учеников, и они не доставили Ву Ци никаких неприятностей.

Лу Бувэй, я должен признать, что я слаб в понимании разума обычных людей. Но ты не сможешь победить меня в понимании разума этих Бессмертных!

На его лице появилась гордая улыбка, он погрозил кулаком стражникам-фендерам и сказал: «Прошу извинить меня за плохое выступление, сеньоры. Я долгое время сдерживал себя, чтобы не попробовать крови».

Все тридцать шесть стражей-извергов кивнули на его слова, высунув языки, чтобы смочить губы, с кровожадной улыбкой на лице. Но вскоре они покачали головами и с грустными лицами посмотрели на вход в шахту. Богиня Мяо Синь приказала им охранять это место, и они старательно выполняли свой долг на протяжении многих лет. Для них это почти ничем не отличалось от стояния перед стеной и размышления над своими проступками, и на самом деле в их сердце росла обида.

Сжав кулак и поклонившись стражам, У Ци превратился в луч света и устремился во дворец Мяо Ин. С медальоном богини Мяо Синь его никто не остановил, и он смог пройти весь путь до резиденции короля Чжан Цю.

Несколько учеников-экзекуторов, одетых в зеленые даосские халаты, караулили у входа в резиденцию, вызывая одного за другим слуг и служанок, чтобы те принесли в покои различные изысканные вина и деликатесы. Через дверь доносились радостные голоса веселящихся короля Чжан Цю и лорда Лонг Яна.

Похоже, они играли в шахматы, и лорд Лонг Ян был явно лучше короля Чжан Цю, так как последний смеялся и просил отменить свой предыдущий ход, но лорд Лонг Ян отказал ему в этом.

Внезапное появление Ву Ци вызвало небольшой переполох. Охранники, которых привел сюда король Чжан Цю, не обратили на него никакого внимания, лишь бросили на него равнодушный взгляд и перевели глаза в другое место. А вот несколько учеников-экзекуторов, посланных сюда Лу Бувэем, потрясенно переглянулись. Один из них быстро переставлял ноги и собирался броситься в камеру.