Глава 876

В большом зале императорского дворца Лянчжу король Синь Шань яростно смотрел на У Ци.

Ярлык, который навесил на него У Ци, был слишком тяжелым и серьезным. Хотя он и был старшим принцем императора Хаоцзуна, он не мог стерпеть такого обвинения. Неблагородство было серьезным грехом в Великом Юе. Если человека публично признавали неверным, у него тут же отбирали все, чем он владел. В этот критический момент, если бы его твердо уличили в неблагородстве, он мог бы даже лишиться жизни.

Сбоку от него король Ли Шань, который также был облачен в королевское одеяние и казался самым слабым человеком в этом большом зале, вокруг которого сгрудилось всего несколько тысяч гражданских и военных чиновников, прочистил горло и медленно вышел вперед. Погрозив кулаком королю Синь Шану, он сказал: «Брат, король Дун Хай прав. Мы должны выяснить, что стало причиной смерти отца, и найти виновного. Трон мы сможем обсудить позже!»

Как только он это сказал, лидеры различных фракций кивнули в знак согласия. От этого лицо короля Синь Шаня стало еще более уродливым. После долгого молчания он щелкнул рукавом и сказал: «Змея не может двигаться без головы…»

«Да, змея не может двигаться без головы, но Великий Юй — не змея». Его снова прервал У Ци. «Если король Синь Шань беспокоится о государственных делах, у нас есть восемнадцать королей в совете, которые все уладят. Они люди благородного характера и высокого престижа, опытные и благоразумные, и всегда были лучшими помощниками Его Величества».

Король Синь Шань бросил взгляд на У Ци и насупился. Он задумался на мгновение, затем холодно рассмеялся и сказал: «Хорошо! Мы сделаем так, как вы скажете! Вы действительно думаете, что я хочу быть наследным принцем? Если бы не беспокойство за Великого Юя, неужели ты думаешь, что я хотел бы стать наследным принцем? Неужели ты принимаешь меня за человека, жаждущего власти?»

Он снял тяжелое одеяние и бросил его на землю, затем яростно закричал: «

Я должен прямо сказать вам, что вы будете нести ответственность, если что-то пойдет не так с Великим Юем!» Он холодно рассмеялся, показывая пальцем на носы У Ци и других, один за другим, и продолжил: «Помните, у нас сейчас нет императора, и все государственные дела решаются королями в совете. Поскольку Лига Неба и Буддизма создает проблемы даже сейчас, не вините меня за то, что я буду безжалостен, если случится что-то плохое!»

Гневно топнув ногой, он вышел из зала с высоко поднятой головой. Уходя, он громко крикнул, приказав императорской страже собраться и открыть все дворцы и пагоды, объяснив это тем, что хочет ввести армию во дворец и искать следы убийцы императора Хаоцзуна. Вскоре после этого он исчез, но его рев все еще был слышен издалека: «Я самый преданный сын отца! Если я узнаю, кто убил отца, я разрежу его на тысячу кусков!».

Король Синь Шань покинул большой зал, за ним следовало не менее тридцати тысяч гражданских и военных чиновников. Все эти люди были членами императорского клана и представителями могущественных кланов. Судя по количеству, около двадцати процентов высших сил Лянчжу поддерживали его. По сравнению с королем Ли Шанем, которого поддерживало всего около трех тысяч человек, король Синь Шань имел абсолютное преимущество как в фактической силе, так и в голосах.

У Ци усмехнулся и сказал под нос: «С таким количеством людей, поддерживающих его, неудивительно, что он осмелился провозгласить себя наследным принцем».

Король Ли Шань хмыкнул, увидев, что король Синь Шань увел с собой столько чиновников. Он огляделся вокруг, и его взгляд встретился с несколькими мужчинами средних лет в княжеских одеждах. Яркие искры разлетелись во все стороны, когда их взгляды столкнулись в воздухе. Неизвестно, кто сделал это первым, но внезапно раздалось несколько приглушенных ударов, и воздух в зале загудел, а несколько принцев одновременно отступили на шаг назад.

Кроме короля Синь Шаня и короля Ли Шаня, которые создали свои собственные фракции, в большом зале находились еще восемь принцев, и они тоже объединились в три фракции. Кроме них, здесь были все восемнадцать королей совета, кроме Цзи Ао, которого повысили до короля Вэй Шаня и отправили командовать армией Ты Сюна в западном регионе равнины Ты Сюна.

Когда король Синь Шань ушел со своими людьми, пять стариков в одеяниях королей медленно подошли к королю Ян Шану, сжали кулаки и склонили перед ним головы. Не говоря ни слова, король Ян Шань сделал ответный жест, после чего все шесть королей встали в прямую линию, плечом к плечу. Судя по всему, они принадлежали к одной фракции, которая была самой сильной среди всех королей, заседавших в совете.

Король Ян Шань, король Инь Шань, король Цан Шань, король Хао Шань, король Дин Шань, король Гу Шань… В большом зале воцарилась мертвая тишина, когда шесть королей стояли вместе. Обменявшись взглядами, король Ли Шань и другие принцы отошли в сторону, а остальные одиннадцать королей, разделенные на четыре фракции, молча подошли и встали в круг вместе с шестью королями.