Глава 46
Жон с тревогой заходил в гостиную доктора, услугами которой они воспользовались. Из дальней комнаты было слышно, как стонет Сан, пока доктор осматривала его. Звук доносился, несмотря на все его старания, и если обучающемуся охотнику было так больно, значит, дело было серьёзным.
И это я поставил его в такую ситуацию, подумал Жон. Он словно нанёс удар кинжалом в его нутро. Он считал свой план умным и даже безобидным, но Сан добровольно подверг себя опасности и потенциально мог быть отравлен. И всё из-за плана Жона.
— Жон. — сказала Сиенна. — Успокойся.
— Как я могу быть спокойным? Из-за меня Сан находится в другой комнате и не знает, что происходит с его телом.
— Именно поэтому мы здесь и выясняем это. Не каждый может выдержать то, что произошло, так, как это может сделать охотник, и не ожидать, что кто-то поможет в ликвидации последствий. Если это поможет, я очень сомневаюсь, что Сан находится в опасности. Они хотят, чтобы он прибыл для дальнейшего лечения, и зарабатывании на нём прибыли, а не просто убить. Полиция начала бы расследование, если бы такое случилось.
Она была права. Жон взял свои эмоции под контроль и заставил себя сесть в одно из мягких кресел. Остальные члены Белого Клыка неохотно ждали снаружи в фургоне, не желая пугать доктора, набиваясь в её доме. На соседнем столике стояли две полупустые кружки с остывающим чаем. Ни у кого из них не было настроения.
Когда ближайшая дверь со щелчком открылась, Жон тут-же вскочил на ноги. Сиенна тоже, хотя и с большей грацией. Доктор устало провела ладонью по лицу. Было уже поздно, и они не очень-то любезно прервали её режим сна.
— Как он? — спросил Жон. — С ним всё будет в порядке?
— Я верю, что он цел и невредим.
— Вы верите! Разве вы не врач?
— А разве здесь не мой дом? — ответила Саманта. — У меня нет и десятой части моего оборудования и записей, которые можно было бы изучить или использовать. Я взяла кровь — повторно, заметьте. Уже три раза подряд, так что он в любом случае будет чувствовать себя неважно, что бы с ним ни случилось. Я могу сравнить новый образец с исходным, который я взяла раньше.
— Будет ли разница? — спросила Сиенна.
— Конечно. В больнице ему что-то дали. Он не смог сказать мне, что это было, или они не сообщили ему об этом в тот момент. Я не могу определить, насколько он будет в безопасности в итоге, но полагаю, что в долгосрочной перспективе препарат безвреден. Если бы это было не так, они бы не решились отправить его домой только с обезболивающими.
По той же логике, что и у Сиенны, то есть они исходили из того, что у этой сомнительной больницы есть хоть капля здравого смысла. Жон не был уверен, что ему нравится идея ставить на кон жизнь друга.
— Я проверила несколько образцов таблеток, которые ему дали, — продолжила доктор. — Всегда есть небольшая вероятность того, что ему дали поддельный рецепт. Уже это было бы достаточно серьезным преступлением.
— Значит, вы нам верите. — заметила Сиенна.
— Трудно не верить. — Доктор вздохнула и перешла на другое кресло, развалившись в нём. Она выглядела измученной, но ещё больше — расстроенной. В ней кипела тихая ярость. — Я видела этого парня здоровым и бодрым всего несколько часов назад. Если бы вы спросили меня, как он себя чувствует, я бы сказала, что он — образец здоровья. А теперь он вот такой. Я врач, и я знакома с людьми, которые притворяются или непреднамеренно делают вид, что их симптомы хуже, чем они есть на самом деле. Я могу сказать, когда человек притворяется. Ваш друг — нет.
Значит, всё это было правдой. Они и раньше так считали, потому что Хей ещё не предоставлял им неверной информации, но всегда оставался шанс, что это подстава или разовая история. Или просто неправда. Не исключено, что у Сана просто была сильная реакция на лекарства или внезапно начались ужасные спазмы, но он в этом сомневался. То, что опытный медик в это не верил, было для него и для Белого Клыка лишним доказательством.
— По вашему профессиональному мнению, этого достаточно для того, чтобы мы действовали? — спросил Жон.
— С точки зрения закона? Нет. Но для вас — да. — Она кивнула, и Жон вспомнил, что эта женщина принадлежит к 4Fang, а значит, человек она или нет, но симпатии у неё есть. Или она была достаточно впечатлена их работой, чтобы поддержать их. — Это явный случай недобросовестной практики, и сейчас анализ крови — лишь формальность, чтобы выяснить, что именно ему вкололи.
— Но с юридической точки зрения этого недостаточно?
— Если бы вы сейчас обратились в полицию, было бы проведено расследование. Возможно, оно даже станет расследованием под руководством Совета. — Возможно, так оно и будет, учитывая, как отчаянно совет хотел, чтобы его считали инициативным после ток-шоу. — Проблема в том, что всё будет происходить по юридическим каналам, а это значит, что больницу предупредят о расследовании, попросят передать документы и истории болезни, в общем дадут шанс сотрудничать.
— Во время которого они уничтожат все улики.
— Они, конечно, попытаются. Уничтожить медицинские записи не так-то просто, чтобы не выглядеть подозрительно, но они могут свалить всю вину на нескольких человек и покрывать тех, кто выше.
— Мы не можем с этим согласиться. — сказала Сиенна. — Вся эта ситуация идёт от самого верха.
— Я боялась, что так и было. Вы сказали, что это происходит систематически. В таком случае вам понадобятся дополнительные доказательства. Вам нужно разоблачить их. Анализов крови вашего друга для этого недостаточно. Они могут сказать, что это был несчастный случай, халатность, и я сомневаюсь, что вы захотите, чтобы город опознал одного из ваших членов.
— Чего будет достаточно? Сомневаюсь, что они собираются обсуждать свои коварные планы в открытую, где мы можем их записать.
— Не знаю. Видеозаписи должно быть достаточно как для медицинских экспертов, так и для широкой общественности. Мы достаточно легко поддаемся на уговоры, — сказала она. — Если вы найдете хоть малейшее доказательство недобросовестной работы, достаточно распространенной, чтобы выйти за рамки халатности, мы вызовем бурю. Что же касается общественности… Думаю, подойдёт всё, что угодно, лишь бы оно было подкреплено заключениями экспертов.
— У вас есть совет, что нам следует искать? — спросила Сиенна.— Мы почти ничего не знаем о больницах, медицине и лекарствах. Вы — эксперт.
— Я понятия не имею!
Жон попробовал более мягкий подход. — Как вы думаете, что будет искать расследование под руководством Совета?
— Хм… — Женщина свела брови. — Думаю, в первую очередь это будут документы о поставках препаратов. Им приходится заказывать препараты, которые они используют, и подозрительно большое количество определенного вида привлечет внимание. Вам лучше держаться подальше от информации о пациентах. Помимо того, что она охраняется законом, у вас могут быть большие неприятности из-за попытки получить к ней доступ, и вы точно не сможете предоставить её в качестве доказательства.
— А как насчёт финансовых документов?
— Это может сработать. Если они зарабатывают деньги определенным способом, то это будет видно, если цифры будут неправдоподобными. Но они всё равно могут утверждать, что в основном работают в районах с низкими показателями здоровья. Лучше всего, если вы обратите внимание на лекарства, которые они используют. То, что они дали вашему другу, не является стандартным, и если вы узнаете, что это за лекарство, и найдёте его количество, другие пациенты смогут сдать свои анализы крови в разных клиниках. Эти результаты станут тем гвоздем в крышку гроба, который вам нужен.
Это было хоть что-то. Им снова придётся пробираться в больницу, а этого ему хотелось меньше всего. Их дело не было похоже на те предыдущие, которые они выпоняли раньше, ведь там предприятия закрывались на вечер. Больница же была открыта и хорошо освещена двадцать четыре часа в сутки.
— А что с нашим другом? — спросил Жон. — Стоит ли ему принимать таблетки, которые они предложили, или это опасно?
— Сейчас опасно всё. Я хотела бы сказать, что он должен игнорировать то, что ему прописали, но есть вероятность, что это противоядие тому, что ему давали раньше. Если он не примет его, ситуация может ухудшиться.
— Они сказали ему вернуться в больницу завтра, если симптомы сохранятся. — Жон проверил свой свиток и увидел, что уже за полночь. — Или сегодня. Безопасно ли?
— Не знаю. Я хочу сказать, что они не будут настолько безрассудны, чтобы устроить ему серьёзную проблему. Всегда есть пациенты, которые не обращают внимания на симптомы, и им не нужны подозрительные смерти в их записях. С другой стороны, если они уже готовы нарушить закон подобным образом…
Тогда они не могли ничего предположить. Дерьмо.
/-/
— Ты… Ты хочешь, чтобы я вернулся…
Сан хрипел на заднем сиденье фургона, держась за живот и обильно потея. Выглядел он неважно. Ни в малейшей степени.
— Я не хочу, чтобы ты приближался к ним. — сказал Жон. — Но мы опасаемся, что симптомы могут сохраниться, пока они не вылечат тебя. Они ведь этого и добиваются, не так ли? Вытягивать из пациентов деньги.
— Я… я не очень богат…
— Как только у нас появятся доказательства, что это место мошенническое, я сомневаюсь, что кто-то будет платить по счетам. — Жон заколебался. — Это твой выбор, Сан. Есть шанс, что всё рассосется, если ты не будешь обращать на это внимание. Или мы можем вернуть тебя в Бикон, чтобы ты обратился к тамошнему врачу и вывел из организма всё, что в тебя ввели. Я не собираюсь заставлять тебя возвращаться к ним.