Лабиринт монстров. Глава 244

— Вскоре после этого я получил письмо из города А. Ее звали Линь Мэнцзюань. Мы были ровесниками. Она написала, что мое сочинение ее тронуло, и что она тоже росла с матерью-одиночкой. Адрес моей школы был указан внизу страницы, так что она написала туда, чтобы связаться со мной.

Машина ехала ровно, в салоне было тихо. Все были поглощены рассказом.

— Так мы и стали друзьями по переписке. Тогда я еще не пробудился и не знал, что города А не существует.

Уголки губ Сирани дрогнули в улыбке, когда он вспомнил то время простого счастья.

— Мы писали друг другу каждый месяц, рассказывая о своей жизни, и даже посылали друг другу свои фотографии. Когда интернет стал более распространенным, мы перешли на общение в сети. Она никогда не общалась со мной по видеосвязи, но иногда мы созванивались.

— Так продолжалось до моего третьего года в старшей школе. Я планировал навестить Линь Мэнцзюань в городе А летом. Она была рада и сказала, что с нетерпением ждет.

Сирань замолчал.

— Но потом ты пробудился, — Гао Ян догадался, что произошло дальше.

— Да. Мой учитель математики был пробужденным, и, узнав о моих планах, он незаметно убедился, что я человек, прежде чем рассказать мне правду об этом мире. Вскоре я пробудился с Талантом. В каком-то смысле мой учитель математики спас мне жизнь, — в глазах Сираня промелькнула тень печали. — Но вскоре после этого он умер. Возможно, его личность раскрыли. Я не знаю подробностей. Затем меня нашла гильдия Цилинь, и я присоединился к ней.

— Ты все еще общаешься с той девушкой, Сирань? — спросил Гао Ян.

Сирань кивнул.

— Да. Хотя я и отказался от идеи навестить ее, я все еще рассказываю ей о своей жизни, как друзья. Ничего о пробужденных, конечно.

— Ты когда-нибудь задумывался, кто она?

— Конечно. Может быть, она — программа или код. Может, искусственный интеллект. Может, неизвестное, таинственное существо.

— Но точно не человек, — решительно сказал Ронни.

— Возможно, я так и не узнаю за всю свою жизнь, кто такая Линь Мэнцзюань, — грустно улыбнулся Сирань. — Но иногда я думаю, что, может, это и к лучшему. Когда моя мама умерла на первом курсе старшей школы, я подумывал о самоубийстве. Именно ее постоянная поддержка помогла мне пережить тот тяжелый период. Я благодарен ей, кем бы она ни была.

Гао Ян замолчал. Он не был мастером в утешениях и сочувствии.

Но тут он вспомнил философию, которой жил офицер Хуан.