Часть 89

Дейнерис не хотела иметь ничего общего с Севером. Это было холодное место, это было место, где она потеряла всё. Она потеряла своих детей, она потеряла Эйгона и она потеряла Джона.

Её лорд-муж не прикасался к ней с той самой ночи накануне рокового утра. Они пробыли здесь гораздо дольше, чем она ожидала. Дейнерис вспоминала месяцы после того, как потеряла Рейлу. Королева была такой печальной и опустошённой. Джон отсутствовал неделю, а потом стал таким добрым. Он спал с ней и держал её всю ночь в течение двух недель, пока она плакала. Тогда наступила реальность. Джон был нужен в Вулфхолле, поэтому теперь он был весь в разъездах. Джон больше не оставался в её покоях, но навещал её днём. Он навещал мать, играл с Риконом и Эддардом, а потом приходил к ней, и они проводили вместе несколько часов. Они не разговаривали. Казалось, они оба были сломлены.

Дейнерис обычно спала целыми днями, когда он отсутствовал. Она не могла находиться рядом с Риконом или Эддардом. Они были слишком юны, а она жаждала чего-то, чего, казалось, никогда не сможет получить. Леди Старк всякий раз помогала ей встать и привести себя в порядок. Она мыла её и уговаривала позаниматься вместе с ней чем-нибудь. Дейнерис качала головой и возвращалась в постель. Леди Старк присоединялась к ней и пела. Свекровь заплетала ей косу и через несколько часов уходила.

Прошло почти три года с тех пор, как она прибыла на Север. Зима почти закончилась. Это длилось всего год. Лорд Старк сказал, что это была самая короткая зима, на что Серсея лишь вежливо кивнула.

Этого было достаточно. Барристан, Миссандея и Джорах хорошо справлялись в Королевской Гавани, но ей нужно было вернуться. Это был её долг. Это был её трон, и она пробыла в этом забытом крае достаточно долго.

Джон снова уехал. Она будет готова, когда он вернётся. Дейнерис знала, что он останется. Хватит, довольно. Она достаточно долго оплакивала Рейлу, Эйниса и его. Она должна была вернуться.

Дейнерис дождалась леди Старк и приняла её предложение прогуляться.

— Должна признать, сегодня прекрасный день, – сказала она.

Они шли. Дейнерис наблюдала, как Дрогон и Визерион кружат в небе.

— Полагаю, Рейгаль сейчас с Джоном.

— Так и есть. Он улетел на ней в Вулфхолл, – кивнула леди Старк.

Дейнерис вздохнула.

— Я потеряю и её тоже, – мягко сказала она.

Леди Винтерфелла молчала. Она была добра, добрее, чем она когда-либо ожидала от этой женщины. В тот момент Дейнерис приняла решение.

— Я уезжаю через неделю.

— Джон вернётся не раньше чем через две недели, – ответила свекровь.

— Это к лучшему, – кивнула Дейнерис.

Она подумала об этом, и ей было бы не так больно, если бы они с Джоном больше не разговаривали.

— Согласна, – закончила Серсея.

Леди Старк выглядела спокойной, не счастливой, но невозмутимой.

— Вы двое не принадлежите друг другу, – продолжила женщина. – Лёд и пламя не должны смешиваться.

Дейнерис больше ничего не сказала. Женщина была права. Джон больше не хотел её, и было слишком больно смотреть на него. Она не могла дать ему ничего, кроме горя. Она не могла иметь от него детей. Он слишком любил эти земли. Это было к лучшему. Королева Таргариен оставит всё это позади.

— Если я оглянусь назад, то пропаду, – тихо молвила она.

Леди Старк оставила её на попечение чардеревьев и драконов. В какой-то момент Дрогон спустился. Дейнерис нежно погладила его. Визерион не приземлился. По большей части он не обращал на неё внимания. Его всадник исчез. Дейнерис не оплакивала Эйгона должным образом. Она не чувствовала в этом необходимости. Он исчез из её жизни так же быстро, как и появился.

Королева вернулась в свои покои и написала письма, чтобы подготовиться к отъезду. Это было за день до того, как она должна была оседлать Дрогона и улететь. Она решила, что полетит. Она не хотела брать ничего из Винтерфелла.

Дейнерис прошлась по садам, а потом по богороще. Сегодня она простится с Рейлой. Королева должна была отправиться в путь рано утром. Джон похоронил их дочь под красивым деревом.

Она углубилась в чащу и увидела его. Он сидел под деревом.

— Я не знала, что ты вернулся, – осторожно сказала она, подходя к месту упокоения дочери.

Джон грустно улыбнулся ей.

— Я ещё не был в Винтерфелле. Сначала мне нужно было навестить её, – сказал он и махнул рукой в сторону.

Дейнерис подошла и села рядом. Теперь ей придётся встретиться с ним лицом к лицу. Несколько минут они молчали. Королева первой нарушила молчание.

— Завтра я отправляюсь в Королевскую Гавань, – сказала она лёгким тоном.

Она умоляла Богов дать ей силы не плакать. Джон взял её руку и поцеловал.

— Как скоро мы уезжаем? – осторожно спросил он.

Дейнерис была потрясена.

— Ты оправишься со мной?

Её муж кивнул.

— До тех пор, пока я нужен тебе, – тихо закончил он.

— Ты не должен, – нахмурилась королева.

Было бы лучше, если бы они пошли разными путями.

— Ты моя жена.

Он снова попытался взять её за руку. Тогда Дейнерис почувствовала гнев. Она немного резко оттолкнула его.