9 Том. Глава 7. Скульптура лунного света.

— Вот и настало время заняться созданием новой скульптуры.

Материалом для работы Виид выбрал большой валун, расположенный в углу пещеры.

После развития скульптурного мастерства до высшего уровня он неожиданно понял, что созданные из простых материалов скульптуры практически не дают опыта. Конечно, тут, на севере, можно было использовать лед, коего вокруг было навалом. Но при работе с ним неизбежно возникнут проблемы с выведением мелких деталей, поэтому сейчас он предпочел крепкий камень.

Виид неподвижно стоял и пристально всматривался в валун.

— Что же такое сделать?

Раньше бы он не стал колебаться и секунды. Виид бы сделал огонь! Ну, или что-нибудь другое, теплое или греющее. Потому что эффект от подобной скульптуры однозначно получится таким, какой ему сейчас нужен. Да и к тому же работать намного проще, когда не приходится задумываться о конечном результате.

Но с опытом у Виида изменилось видение.

— Скульптура не существует отдельно от всего. Не менее важны местонахождение и будущая жизнь завершенной работы.

Даже если создать скульптуру костра на холодной земле, получившийся эффект даст лишь небольшую защиту от холода.

Создание скульптур — не такое простое дело, как может показаться со стороны. Требуется проникнуться духом будущей работы, передать чувства, что витают в воображении создателя!

Виид признавал, что еще не достиг высот мастерства. Однако он уже хорошо понимал, насколько важны обстоятельства при создании новой работы.

— Какой бы ни была скульптура, но без чувств это — просто мертвая вещь.

В реальности Вииду уже приходилось создавать в ресторане статую старой женщины. Причем на глазах ее мужа, с которым она прожила всю свою жизнь.

Конечно же, тогда уровень его мастерства был просто ничтожным. И пусть в игре Виид создавал сотни, тысячи различных работ, в реальности ощущения оказались совершенно другими.

В получившейся скульптуре он нашел множество недостатков. Стоило только присмотреться, и можно было увидеть незавершенные детали, тонкие трещинки, пошедшие от чрезмерных усилий. А ведь все это — убийственные дефекты для завершенной скульптуры!

И все же та работа, изображение женщины, несмотря на всю ее простоту, смогла произвести глубокое впечатление на людей в ресторане. Так отчего же тогда? Все очень просто: она содержала в себе всю жизнь женщины, все ее прожитые годы.

Люди, которые не знали ее, видели лишь красивую скульптуру. Но для старика-мужа, который в счастье и горе бок о бок прожил с ней десятки лет, эта статуя передавала совершенно другое…

Лицо супруги стало неотъемлемой частью его жизни. И по мере завершения образа он видел в нем ту юную девушку, ту женщину, что подарила ему неисчислимое множество счастливых воспоминаний.

И даже если на мгновение представить, что тогда на месте Виида оказался бы выдающийся скульптор, одной только своей техникой мастерства он бы никого до такой степени не впечатлил.

Скульптура впитывает время и жизнь.

Так что каждая работа должна создаваться в соответствующих ей условиях и обстоятельствах.

«Нельзя пренебрегать местом. Нет, даже ситуацией. Надо отобразить всю мою жизнь. Положение, в котором я сейчас оказался «.

И в этот момент Виид понял, что будет ваять.

По ледяной долине, в глубоком снегу, шагали парень и девушка, отбившиеся от своего отряда. Страдающая, брошенная случаем умирать пара влюбленных.

Окружающая природа была крайне жестока. Метель не переставала идти ни на минуту, а вдалеке, скрытые снежными хлопьями, завывали стаи голодных волков.

— Ступай сюда.

Всем сердцем он желал спасти любимую.

Испытав неисчислимые муки, они в конце концов нашли глубокую пещеру, способную спасти от злобных волков. Но когда они избавились от одной напасти, их настигли другие: голод и, как и прежде, холод.

Нескончаемо прекрасная и добрая, одна единственная в мире, она прошептала ему:

— Мне холодно.

Однако парень не мог ничего, кроме как смотреть в ее печальные глаза.

Из-за тяжелого перехода и страшной усталости он теперь не был способен защитить свою возлюбленную. Они оказались в ужасной ситуации, на грани жизни и смерти.

«Эх, если бы можно было ее как-то спасти, я отдал бы все, даже жизнь, за такую возможность».

Несомненно, парень думал именно так. Но в реальности это были лишь никоим образом не осуществимые мысли, и девушка понимала это не хуже него.

И все же она не паниковала.

— Спасибо тебе…

— А? Что, милая?

— Спасибо за то, что ты остался рядом со мной. И… я люблю тебя.

Это признание в любви однозначно стало для парня лучшим подарком за всю его недолгую жизнь. И он из последних сил свершил, казалось бы, невозможное! Сделал рывок к любимой и крепко-крепко ее обнял.

— И я тебя люблю.

И какими бы холодными ни были небо и земля, сердца двух влюбленных не могли замерзнуть. Обняв друг друга, они разделили теплоту своих тел, став в тот миг единым целым.

— Да-а, такая композиция просто идеальна.

С ножом Захаба в руке Виид подошел к валуну.

И начал высекать первые детали.

Придав округлую форму камню, он понемногу создавал будущий контур скульптуры. В его воображении это будут те двое влюбленных, так трепетно заботящиеся друг о друге.

Разумеется, с реальной ситуацией, в которой они сейчас находились, эта работа имела совсем мало общего.

То, что Виид и Со Юн оказались на севере вместе, — просто неоспоримый факт. Но они уж точно были не одиноки. Альберон, виверны, Золотой человек и Ледяной дракон постоянно находились возле них.

— Глупцы, не умеющие сражаться! Эти бездари, да они вообще ни на что не способны! — тихо бурчал себе под нос Виид.

То, что он вчерную использует своих оживленных слуг, то, что у Альберона, наследника престола ордена Фреи, он практически сидел на шее, Виид, конечно же, не замечал.

Но не только в этом заключалась несхожесть ситуаций в творимой скульптуре и жизни.

Дистанция между Со Юн и той ослабленной девушкой, которая пробуждала в парне инстинкт защитника, была просто огромной. Волею судьбы Виид шагал вместе с берсерком, страшным убийцей — Со Юн, способной одним ударом обезглавить сразу несколько монстров.

И завывания оголодавшей волчьей стаи в их случае говорили лишь об одном: об ужасе и слезной мольбе этих созданий, желающих остаться в живых. Ведь они были просто вкусной пищей, которую ловили и готовили эти страшные «нелюди».

Виид был тем, кто, несмотря ни на что, в любой ситуации не только не останется голодным, но и обеспечит едой десятки других людей. Он приспосабливался везде.

— Да и, в общем-то, в искусстве иногда необходимо пренебрегать действительностью.

Даже великий герой, спасший свою страну в критический момент, отлучается время от времени в туалет. И кто знает, может быть, именно там, в том самом месте, он выстроил свой гениальный план, что привел к победе и славе. Вот только, даже если это и так, ни один мастер никогда не запечатлеет столь житейскую сцену в своем произведении.

С каждым движением ножа валун понемногу преображался. Все четче и четче проступала общая форма будущей работы.

Когда Со Юн вошла в игру, наступило утро. Сражения велись периодически в течение дня, поэтому она подключалась тогда, когда наступало время охоты.

Снаружи пещеры уже ярко светило солнце, и температура, пусть и немного, превышала ночную.

— Ну что ж, раз все тут, пора на охоту.

Виид в сопровождении виверн и друзей отправился в Долину смерти. Пока светило солнце, они все вместе охотились, ну, а ночью он в одиночестве занимался скульптурой.

Через несколько дней, проведенных в таком темпе, работа, наконец, приняла точные и любому человеку понятные очертания. Мужчина и женщина обнимали друг друга с такими выражениями на лицах, будто вот-вот разрыдаются от неизвестного зрителю горя.

Но Виид, глядя на скульптуру, чувствовал какую-то незавершенность.

— Объятий оказалось недостаточно.

Скульптура двух обнимающихся влюбленных не передавала те чувства, что он хотел в ней увидеть. От пары исходила только неопределенная грусть.

Виид всерьез задумался, чего же не хватало его работе.

— А что бы было, если бы я оказался на его месте?

 

И чувства накрыли Виида. Как же это было прискорбно — наблюдать за тем, как постепенно твоя любимая умирает от покидающего тело тепла. И от того, что он не мог ничего предпринять, и они вот-вот расстанутся навсегда, его сердце разрывалось на части.

Испытав на себе потерю родителей, Виид хорошо понимал, как больно тому выдуманному парню. И, на основе своих ощущений, он вынес решение:

— Эта скульптура никуда не годится.

Виид работал над ней в течение нескольких ночей, но как только осознал результат, сдался без единой капли сожаления. Понимая, что нужного эффекта не получится, он спокойно оставил незавершенную скульптуру, нашел новый валун и снова принялся, как и прежде, ваять по ночам.

Вторая работа во многом повторяла предыдущую. Опять он высекал обнявшуюся в последнем порыве пару. И казалось, что время потрачено напрасно. Делая скульптуру похожей формы, Виид практически не получал очков опыта.

Единственным отличием, ради которого все это и затевалось, было то, что парень и девушка теперь широко улыбались друг другу самыми прекрасными в мире улыбками.

— Когда приходит время покидать мир, нужно улыбаться. Ведь это последнее, что может показать другому человеку твою любовь.

Родители умерли, когда Виид был совсем маленьким, а в последний раз он их видел во время посещения операционной в больнице. Тогда он закатывался громким плачем, а по лицу бежали горькие слезы.

Сколько раз после этого Виид сожалел о том поведении, теперь и представить сложно.

— Надо было улыбаться. Мне просто надо было показать свою лучшую улыбку.

Он бы хотел тогда показать родителям, что с ним все будет нормально, и что вместе с сестренкой у бабушки они не пропадут. Но сделать этого Виид уже не мог, и потому на всю жизнь сохранил в своем сердце саднящее хуже занозы сожаление.

— Улыбка — самая что ни на есть лучшая вещь на свете.

Виид создавал скульптуру такой, чтобы двое влюбленных улыбались друг другу счастливейшей в мире улыбкой. Полной любви и веры будущее.

Однако это нисколько не уменьшало печальную атмосферу, идущую от работы. Ведь парень с девушкой обнимались, чтобы поделиться частичкой своего тепла, и в этой позе навсегда и застыли.

Дзынь!

Дайте название завершенной скульптуре.

Медленно отведя нож в сторону, Виид произнес:

— Горячие сердца.

Он дал скульптуре такое название, потому что оно полностью передавало сложившуюся в этом ледяном месте ситуацию и оттого очень нравилось Вииду.

Подтвердите название: Горячие сердца. Верно?

— Да.

По правде говоря, Виид испытывал небольшие угрызения совести, давая такое название завершенной работе. И причиной их было только одно — лица влюбленных.

Поначалу он совершенно не осознавал, что за детали выводил на скульптуре. Вспоминая прошлое, он так расчувствовался, так погрузился в воспоминания, что в какой-то момент обнаружил, что парень вышел один в один похожим на него.

Ну, почти похожим: пережив множество испытаний, начиная со смерти родителей, Виид в какое-то время утратил способность улыбаться от чистого сердца. А вот в скульптуре ему удалось передать ту самую, настоящую и светлую, улыбку, что он дарил в прошлом своим близким друзьям и родным.

Но ладно бы только парень был похожим на Виида. Проблема оказалась куда серьезней: ведь лицо девушки принадлежало Со Юн! Казалось, будто кто-то во сне сделал слепок и аккуратно перенес его на скульптуру. И вышла она такой прекрасной, что ни одному человеку на свете не придет в голову сравнивать ее красоту с какой-либо другой девушкой.

Изготовив за последнее время множество скульптур Со Юн, теперь даже с закрытыми глазами Виид мог представить ее образ и вывести все вплоть до последней детали.

«Упс…»

И хотя после осознания свершенного ему было непросто завершить работу, Виид все же решил оставить все как есть. И даже больше: полученное творение теперь ему настолько нравилось, что он не мог представить на месте парня и девушки кого-либо другого.

Дзынь!

Грандиозная работа лунного света! Вы завершили скульптуру «Горячие сердца».

Двое влюбленных, застывшие в месте, где стынет дыхание. Скульптура, изображающая горячую любовь двух людей, которых не может разлучить даже смерть.

Столь выразительную работу не стыдно выставить напоказ даже в королевском музее. Несомненно, ценность данной скульптуры со временем будет только расти. И, что особенно ценно, молодой мастер смог воссоздать уже, казалось бы, забытую технику создания скульптур лунного света.

Эта работа войдет в историю мира.

Художественная ценность: 12600. Работа выдающегося скульптора Виида.

Особые эффекты: У всех, кто посмотрит на «Горячие сердца», скорость восстановления маны и здоровья увеличивается на 20% в течение дня.

Устойчивость к холоду повышается на 40%.

Здоровье возрастает на 25%.

Все характеристики повышаются на 20.

От работы исходит такой жар, что можно обжечься, если к ней прикоснуться.

Опыт, получаемый в составе отряда, возрастает на 6%.

Влюбленные, представшие перед скульптурой, могут получить особое благословение — «Горячие сердца».

Данный эффект не сочетается с действиями других скульптур.

Количество созданных Грандиозных работ лунного света: 1.

Скульптурное мастерство перешло на 2-й высший уровень.

Техника становится изумительно тонкой и детальной.

Вы получили опыт в ремесленном навыке.

Уровень навыка «Понимание скульптур» повысился на 1.

Слава поднялась на 460.

Характеристика Искусство увеличилась на 30.

Обаяние повысилось на 7.

Скульптура «Горячие сердца» вошла в историю скульптурного мастерства. Одаренные скульпторы, сумевшие лицезреть данную работу, могут рассчитывать на небольшое повышение мастерства.

В награду за создание Грандиозной работы лунного света все характеристики увеличиваются на 4.

* * *

Со Юн, как всегда, на следующее утро присоединилась к игре.

Если не накапливались шкуры монстров, которые нуждались в сортировке, или не требовалась помощь, например, в мытье посуды, то она всегда приходила в одно и то же время.

Раньше Со Юн частенько пропадала и могла появиться в игре только на следующий день. Но с того момента, как она присоединилась к выполнению заданий на севере, ни единого опоздания у нее не было.

Вернувшись в место, где за стенами правил страшный холод, она неожиданно для себя оказалась в пещере, продуваемой теплым ветром.

— … ?

Оглядевшись по сторонам, Со Юн обнаружила скульптуру, которой, определенно, раньше тут не было. Парня, одетого в очень легкий костюм. Он обнимал женщину, облаченную в рубашку с короткими рукавами, так не подходящую для здешней северной обстановки.

«А скульптура красивая».

Со своего места Со Юн видела только лицо парня и спину женщины. Парень, конечно же, очень походил на Виида.

«И как ему удается так удивительно улыбаться?»

Она слегка наклонила голову на бок.

У мужчины не было ничего, кроме легкой одежды, но от его улыбки становилось тепло на сердце. И горячий ветер как раз дул со стороны статуи.

— …

Со Юн растерянно взирала на работу.

«Действительно, искусно сделана».

Настолько точно и выразительно, что поверить в то, что она создана из простого камня, было попросту невозможно. Да еще и еле заметное свечение придавало скульптуре какое-то удивительное очарование.

Мужчина улыбался, но облик его и возлюбленной говорил о том, что эти двое старались прижаться друг к другу как можно ближе в поисках тепла и любви. Работа невольно заставляла всколыхнуться сидящие глубоко внутри чувства.

«Такую скульптуру мог сделать только человек с горячим сердцем».

С завистью Со Юн посмотрела на спящего возле скульптуры Виида.

Всесторонне развитый человек. Умеет прекрасно готовить и превосходно выживать даже в таком богом забытом месте, как это. В то же время скряга, который пойдет на многое ради одной лишней монетки. Но все равно при этом человек, в отличие от многих, обладающий… доброй душой и сердцем.

Она считала, что он хороший человек.

И в этот момент спящий все это время Виид неожиданно вскочил со своего места.

— Похоже, я переутомился и отрубился на минутку. Ох, надеюсь, она еще не пришла?

И тут, заметив Со Юн, он в одно мгновение побледнел и задрожал всем телом, как будто перед собой увидел самое страшное в мире привидение.

— Ой, а когда ты пришла?..

Страх не отпускал Виида, потому что если она увидела лица скульптуры, то сейчас вот-вот случится нечто ужасное!

Однако Со Юн всего-навсего стояла на месте с обычным бесстрастным выражением на лице. Хотя про себя девушка считала, что Виид замечательный, внешне она никоим образом этого не показывала.

«А меня никто никогда не полюбит так, как изображено в скульптуре».

У Со Юн щемило в груди. Уже несколько лет она ни с кем не разговаривала. Хотя глубоко внутри очень хотела вести беседы и много-много говорить. Но страх сковывал сильнее любых цепей. Страх боли, что ее никто не полюбит, что сердце будет разбито.

Она уже привыкла не показывать своих чувств. Если никто не имеет доступа к твоему внутреннему «Я», то и навредить никогда не сможет.

И все же можно было сказать, что с Виидом она теперь проводила довольно много времени. И еще что тот праздничный фестиваль в деревне Мора стал для нее первым радостным событием за очень долгое время. И совместное проживание в пещере…

По меньшей мере, Со Юн не ощущала неловкости находясь рядом с Виидом. Но выражать свои чувства ей было так же невероятно тяжело, как и раньше. К тому же Виид уже достаточно много узнал о ней, и подпускать его еще ближе к своему «Я» она не хотела.

«Фу-х, похоже, она не видела».

Оценив реакцию Со Юн, Виид смог предположить, что лицо девушки пока еще для нее остается тайной. И тогда он поспешил громко прокричать:

— Пора на охоту! Идемте скорее!

Не проявляя ни единой эмоции, Со Юн последовала за ним к выходу.

Но перед тем, как покинуть пещеру, она обернулась назад. Ей очень хотелось еще раз взглянуть на скульптуру. На лицо Виида, который широко улыбался и обнимал девушку.

Оставить комментарий