Глава 28

На следующее утро Гермиона решила, что лучшее, что она может сделать — это притвориться, что ничего не произошло. Скорее всего, Драко даже не осознаёт своих чувств, так зачем поднимать тему того, что он не в силах контролировать? Лучшее решение для всего этого — отрицать, отрицать, отрицать! Если она будет продолжать убеждать себя, что не любит его, в конце концов это перестанет быть правдой. Верно?

— Доброе утро, — улыбнулся Драко, схватил её и перекатил так, что Гермиона оказалась сверху, и пристально посмотрел ей в глаза, а затем нежно поцеловал.

Грейнджер вздохнула. Это будет сложнее, чем она думала.

— Что случилось? — спросил он, отстраняясь от неё.

— Ничего, — ответила она.

Гермиона вылезла из кровати и начала рыться в рюкзаке в поисках одежды. Малфой знал, что она врёт, но не стал задавать лишних вопросов. Гермиона имела право на личное пространство, хотя его убивало то, что он не знал каждой мелочи.

После того как оба оделись, они спустились на завтрак. Софи и Филипп уже были там и, как влюблённые идиоты, мило кормили друг друга.

— Вы вызываете у меня отвращение, — сказал Малфой, плюхнувшись на стул.

Гермиона села рядом с ним, и он обнял её за талию. Сначала она напряглась, но потом всё же расслабилась и прижалась к нему. Грейнджер понимала, что ведёт себя нелепо.

Мадам Розмерта подошла и принесла им обоим тыквенный сок ещё до того, как они успели сделать заказ.

— До меня дошли слухи, что вы сегодня уезжаете из деревни. Это правда?

— Да. Боюсь, Румыния зовёт, — ответил Драко.

— Уверена, здесь станет ужасно тихо, когда вы четверо уедете. Как же нам тогда развлекаться? — она подмигнула.

Гермиона улыбнулась.

— А чем Вы занимались до нашего приезда?

— Знаешь, я даже не уверена. По-моему, вообще ничем особенным.

Розмерта приняла заказ у Драко и Гермионы и направилась на кухню. Несколько минут спустя сова мистера Олливандера влетела в трактир вместе с несколькими посетителями и бросила письмо на их стол. Софи подняла его и начала читать, пока жевала блинчики.

— Эво мевто кафетса новотидса оцевь давеко.

— Сначала прожуй, дорогая, — сказал Филлип, улыбаясь.

Софи проглотила кусок.

— Прости, дорогой. Я сказала, что это место находится очень далеко. Даже если мы отправимся прямо сейчас, то, скорее всего, доберёмся туда только после заката.

— В письме хотя бы указаны предполагаемые сроки? — спросила Гермиона. — Было бы неплохо узнать, продлится ли это задание всего один день или мы снова проведём где-нибудь больше недели.

— Вы уже предвкушаете, как избавитесь от нас? — пошутил Филипп.

Софи хихикнула и потёрлась носом о его щёку.

— Конечно, предвкушают, дорогой. Они хотят провести последние несколько недель наедине друг с другом.

— Это неправда, — защищалась Гермиона, хотя на самом деле именно так и было.

— Не волнуйся, Гермиона. Мы не обижаемся.

— Ага. Мы считаем вас такими же отвратительными, как и вы нас.

— Я действительно не понимаю, как такое возможно, — сказал Драко. — Мы хотя бы не сидим и не кормим друг друга с ложечки, не трёмся носами, как кролики. Ну, разве что, когда передразниваем кого-нибудь.

Лабелль закатила глаза.

— Видишь? Именно поэтому вы двое идеально подходите друг другу. У вас обоих есть чувство превосходства. То, что мы с Филиппом более ласковые, чем вы, не делает нас хуже.

— Отлично сказано, дорогая.

Филипп и Софи дали друг другу пять.

— Вот! Почему вы постоянно это делаете? — спросил Малфой. — Вы же влюблённые, а не члены студенческого братства.

Филипп и Софи переглянулись и ухмыльнулись.

— Правда хотите знать? — спросил Прайор.

Драко и Гермиона вопросительно посмотрели друг на друга, а затем кивнули. Они не могли представить, что ответ окажется каким-то слишком неприличным. Это же просто хлопок ладонями, а не какие-нибудь настойчивые поглаживания.

— Ну, в первый раз, когда мы переспали, было очень трудно сохранять настроение, потому что вы двое очень громко ругались, — начала Софи.

У Гермионы тут же всплыло воспоминание. Утром после её большой ссоры с Драко во Франции Софи и Филипп говорили, что слышали их спор, но не могли разобрать, о чём именно речь. Теперь она поняла почему — слова терялись между стонами.

— Когда вы наконец заткнулись, мы одновременно достигли пика, поэтому дали друг другу пять.

— И с тех пор это как-то прижилось, — рассмеялся Филипп.

Гермиона непонимающе уставилась на них.

— То есть… каждый раз, когда вы спите…

— Да, мы даём друг другу пять в конце, — сияя, ответила Софи. — Вам тоже стоит как-нибудь попробовать. Вы оба такие пылкие, так что для вас это всё будет похоже на игру.

— А я думал, это и есть игра, — ухмыльнулся Малфой.

Все рассмеялись.

После завтрака они поднялись наверх за своими рюкзаками и мётлами. Перед уходом Драко нашёл мадам Розмерту и дал ей ещё несколько галлеонов. На этот раз она принимала их ещё менее охотно, но он настоял. В конце концов она сдалась и проводила их до самой двери. На прощание мадам Розмерта обняла и его, и Гермиону, а затем прижала Гермиону чуть крепче и прошептала:

— Ты — лучшее, что с ним случалось, дорогая. Не бросай его.

Гермиона ничего не ответила. Она лишь улыбнулась хозяйке трактира и ушла.

Софи не ошиблась, сказав, что пункт их назначения действительно находится очень далеко. Им уже доводилось преодолевать и большие расстояния, но

обычно им хотя бы помогала сеть летучего пороха или портключ. К тому же это место было очень хорошо спрятано. Чтобы добраться туда, им пришлось пересечь множество неизведанных территорий.

Когда они наконец прибыли, солнце уже начинало садиться. Драконья ферма располагалась в горах, у чёрта на куличках. Это было огромное каменное сооружение, которое, казалось,

тянулось на многие мили. Ворота были высокими и украшены искусной резьбой,

изображавшей сцены сражений волшебников с драконами.

— Нам постучать? — спросил Драко, опуская метлу возле входа.

— Не вижу причин этого не сделать, — ответила Софи, приземляясь рядом, и тут же принялась колотить в двери.

Не прошло и нескольких секунд, как створки распахнулись, и наружу вышла знакомая белокурая ведьма. Увидев их, она улыбнулась.

— О, привет. Мы уже виделись в пустыне, — сказала она, протягивая руку. — Я Джен.

— Да, мы помним, — сказала Гермиона, первой пожимая ей руку. — Как поживаешь?

— Замечательно! Особенно теперь, когда вы все здесь. Мы весь день ждали вашего приезда.

Малфой подозрительно прищурился.

— Почему?

Джен одарила их озорной ухмылкой.

— Ну, вы все здесь в некотором роде знаменитости. Всем очень понравилась статья о вас в «Ежедневном пророке». Особенно Эннели.

Софи застонала.

Джен посмотрела на неё, затем перевела взгляд на Филиппа.

— Это правда насчёт вас двоих? Эннели просто вне себя от злости. Никто из её семьи не смог связаться с Честити и узнать, правда это или нет. Она словно исчезла со всех радаров.

— Исчезла? — спросил Филлип, выглядя обеспокоенным. — Её мама пыталась с ней связаться?

— Думаю, да, но ответа так и не получила.

— Это на неё не похоже…

Софи выглядела глубоко оскорблённой тем, что Филипп так беспокоится о своей бывшей жене. Сам Прайор этого не заметил, зато заметили Гермиона и Драко. Они переглянулись и понимающе кивнули друг другу, после чего Гермиона сказала:

— Не могла бы ты показать нам, куда идти, Джен? Путь был долгим, и мы все очень устали.

— Ох… — Джен посмотрела на Филиппа, затем на Софи и поняла, что уже получила ответ на свой вопрос. — Ой, да, конечно. Следуйте за мной.

Они прошли за ней через ворота, которые магическим образом закрылись за их спинами. Компания двинулась по длинному каменному коридору, устланному зелёно-золотым ковром. Прямо над их головами парили зачарованные факелы.

В конце концов они подошли к двум большим деревянным дверям, которые распахнулись сами собой при их приближении. За ними находилась комната с несколькими огромными каминами, которые, казалось, были спроектированы специально для каминной сети. Отсюда вели ещё несколько дверей. Они прошли через самую дальнюю слева и оказались в другом, более узком коридоре. Джен провела их к третьей двери справа. За ней находилась гостиная, где собралось около дюжины человек. Когда они вошли, все оторвались от своих занятий, заулыбались и зааплодировали.

— Нам всем очень понравилась статья о вас! — выкрикнул какой-то волшебник.

— Пожалуйста, скажите, что вам удалось врезать тому фашисту в лицо! — крикнул знакомый светловолосый волшебник, внешне похожий на Джен.

Все помнили, что его звали Джей.

— Конечно, врезали, — гордо заявила Софи.

Филипп улыбнулся ей и взял за руку. Не прошло и секунды, как дальняя дверь распахнулась, и в комнату влетела Эннели, а по пятам за ней шёл Чарли. Она сразу встретилась взглядом с Филиппом, а затем перевела взгляд на их с Софи сцепленные руки. Ни один из них даже не попытался это скрыть.

— Ну конечно, — фыркнула она. — Именно такого дня мне сейчас и не хватало.

Не удостоив их больше ни единым взглядом, она направилась к одному из диванов и плюхнулась на него. Казалось, Чарли собирался пойти за ней, но вместо этого подошёл к Джен и новоприбывшим.

— Здравствуй, Гермиона, — сказал он, даже не взглянув на неё. — Надеюсь, у тебя всё хорошо.

— Эээ… да, очень хорошо, спасибо. А как ты поживаешь?

— Тоже хорошо, — Чарли искоса взглянул в сторону Драко, который демонстративно смотрел куда угодно, только не на него. — Джен, дальше я сам ими займусь. Тебе, наверное, стоит пойти проверить, как там Эннели.

Джен кивнула и попрощалась, после чего ушла к своей подруге на диван.

— Пожалуйста, следуйте за мной, — сказал Чарли, проводя их через дверь, из которой только что вышел.

Они прошли ещё через несколько дверей и коридоров, пока не оказались в небольшой комнате с четырьмя односпальными кроватями.

— Надеюсь, вы не против разделить комнату. У нас сейчас немного не хватает места из-за летних стажёров.

— Оу, нам будет весело! — воскликнула Софи. — Нам вчетвером ни разу за всё лето не приходилось жить в одной комнате, даже когда мы пользовались палатками.

Она сразу же заняла кровать у окна. Гермиона взяла ту, которая стояла напротив кровати Лабелль,

а Драко и Филипп расположились на кроватях рядом со своими ведьмами.

— Эмм… Филипп, ты не будешь возражать, если я поговорю с тобой наедине? — спросил Чарли.

Прайор посмотрел на Софи, которая пожала плечами.

— Ты можешь сказать, что хочешь, при всех. Все здесь знают о нашей с Эннели ситуации.

— Тогда ладно, — сказал Чарли, оглядывая комнату. — Я просто подумал, что тебе стоит знать, почему Эннели сейчас так расстроена. В то утро, когда вышла статья, Честити связалась со своими родителями через камин. Она была в истерике, но, прежде чем они успели понять, что происходит, она вдруг что-то заметила позади себя, запаниковала и исчезла. С тех пор о ней никто ничего не слышал.

— Они думают, что ей кто-то причинил вред? — спросила Софи, делая шаг вперёд. — Зандикус, конечно, тот ещё ублюдок, но я не верю, что он не способен на жестокость по отношению к ней. Я уверена, что ничего серьёзного не случилось, Филипп, — сказала она, успокаивающе положив руку ему на плечо.

— Кто-нибудь пробовал проверить его дом? — спросил Филипп, выглядя одновременно обеспокоенным и растерянным.

— Да, но дома никого нет. Похоже,

они уехали куда-то после Хогсмида, но никто не знает куда. Эннели очень

расстроена. Её семья никогда не доверяла Зандикусу.

— Понимаю… — сказал Филипп, тупо уставившись в пол. — Спасибо, что сказал. Я уверен, что у Эннели нет желания со мной говорить, поэтому, если ты что-то узнаешь…

— Я сразу же дам тебе знать.

— Спасибо, — сказал Филипп, опускаясь на ближайшую кровать.

Софи села рядом с ним и успокаивающе погладила его по спине.

— Всё будет хорошо, мой дорогой, — прошептала она ему на ухо. — Я уверена. Честити объявится.

В комнате зазвенел колокольчик. Все, кроме Чарли, оглянулись в поисках источника звука.

— Это значит, что пора на ужин, — сказал он. — Нам сюда, — Чарли жестом указал на дверь.

Софи встала и направилась к выходу первой, потянув Филиппа за собой. Драко последовал за ними, но прежде чем Гермиона успела выйти, Чарли схватил её за руку, наклонился и прошептал:

— Рон видел статью.

У Гермионы перехватило дыхание, и она посмотрела на Чарли широко раскрытыми глазами.

— Моя семья пыталась скрыть её от него, как и предыдущую, но, как оказалось, он видел и ту тоже. На этот раз он был слишком зол, чтобы делать вид, что ничего не произошло. Мне жаль.

Гермиона открыла рот, чтобы что-то сказать, но в этот момент Софи заглянула в комнату:

— Вы идёте?

— Да, — сказала Гермиона, а затем прошептала Чарли: — Поговорим об этом позже.

Чарли кивнул и вышел, ведя их всех в главный обеденный зал.

Это место было похоже на мини-Хогвартс. Все здесь были примерно одного возраста и сидели за одним длинным столом, уставленным золотыми тарелками и кубками. Но вместо зачарованного потолка, который создавал иллюзию неба, здесь была движущаяся фреска с изображением драконов, сражающихся с волшебниками и ведьмами. Каждые несколько минут Гермиона поднимала взгляд и видела новую сцену. В какой-то момент ей даже показалось, что одним из волшебников там был Чарли.

— Это колдо? — спросила она, наблюдая, как нарисованный Чарли уворачивается от огненного шара.

— Вроде того, — ответил реальный Чарли, взглянув вверх. — Это создала одна из наших бывших сотрудниц. Все эти сцены взяты из её воспоминаний. Мне кажется, там я проявляю больше геройства, чем было на самом деле в тот день, — он рассмеялся. — Это была одна из моих первых миссий. Мягко говоря, она прошла не очень удачно.

В середине ужина Эннели встала и направилась в гостиную. Филипп не сводил с неё глаз. Когда она ушла, он посмотрел на Софи, та кивнула. Он встал и пошёл за ней.

Теперь настала очередь Лабелль наблюдать за ним.

— Софи, ты нормально ко всему этому относишься? —спросила Гермиона, наклоняясь и шепча ей на ухо.

— Конечно, — неубедительно ответила она. — Естественно, он беспокоится о своей бывшей жене. Когда-то она была очень важна для него.

— Я думаю, она имела в виду, что он остался наедине с девушкой, с которой трахался всего полтора месяца назад, — сказал Малфой, тоже наклоняясь к ней.

Лабелль закатила глаза.

— У Энненли ничего на меня нет. Я не переживаю.

Формально она была права. Эннели была симпатичной, но Софи с ней и близко не сравниться. Кроме того, Филипп выглядел абсолютно влюблённым. Он бы никогда не причинил ей боль. Но Гермионе не нравилось, как Дэниел наблюдал за Софи с другого конца стола. Судя по всему, он всё ещё был настроен получить своё. Софи, казалось, ничего не замечала. Она слишком переживала за Филиппа, чтобы обращать внимание на остальных людей в комнате.

После ужина все поднялись из-за стола и направились в гостиную. Когда они пришли, Эннели сидела в кресле одна. Софи сразу подошла к ней и спросила, где Филипп, как будто между ними не было никакого напряжения. Не поднимая взгляда, Эннели сказала, что он вернулся в их комнату. Лабелль немедленно ушла.

Гермиона и Драко были измотаны, но хотели дать Софи и Филиппу время побыть наедине, поэтому остались в гостиной ещё ненадолго. Ни один из них не проявлял особой нежности, учитывая тот факт, где они находились, но после того, как Гермиона нашла книгу на одной из полок и начала читать, она неосознанно прислонилась к Драко, а он обнял её за плечи. И только когда Чарли умчался оттуда, они поняли, что, возможно, нарушили какие-то негласные правила. Хотя в тот момент всё казалось совершенно естественным.

— Итак, ваши друзья… насколько у них серьёзно? — спросил Дэниел, присаживаясь рядом с ними.

Гермиона на мгновение оторвала взгляд от книги и решила, что пусть с этим разбирается Драко.

— Достаточно серьёзно, что тебе не стоит пытаться делать то, о чём ты сейчас думаешь, — ответил он.

— Ну, не может же быть всё настолько серьёзно? В прошлый раз, когда я их видел, они даже не замечали друг друга.

— Вообще-то именно в ту ночь они и начали замечать друг друга, — сказала Гермиона, перелистывая страницу.

Дэниел высоко поднял брови.

— Правда? Я знал, что должен был остаться там и трахнуть её. Если бы не Эннели.

Эннели, которая всё ещё сидела в кресле неподалёку, закатила глаза.

— Ради Мерлина. Ты же знаешь, что я бы тебя никогда не сдала. До сих пор не понимаю, почему ты меня послушал.

— Я не собирался рисковать. Я люблю эту работу. Кроме того, та ночь закончилась не так уж и плохо, да? — он ухмыльнулся Эннели, и она мгновенно покраснела.

Гермиона и Драко переглянулись и усмехнулись. Похоже, ещё одна пара тоже провела ту ночь вместе впервые. Но, в отличие от остальных, у Дэниела и Эннели секс был, судя по всему, одноразовый.

— Пожалуйста, не напоминай, — попросила Эннели, ещё глубже вжимаясь в кресло.

Через минуту она немного выпрямилась и посмотрела на Драко и Гермиону.

— Ребята, могу я вас кое о чём спросить?

— Валяй, — сказал Драко, проводя рукой по волосам Гермионы.

— Когда… — она вздохнула. — Когда Честити увидела, что Филипп и Софи вместе, как она отреагировала?

Малфой пожал плечами.

— Без понятия.

Грейнджер закатила глаза. Никогда нельзя поручать мужчине женскую работу.

— Сначала она разозлилась и обвинила его в измене.

— Если я правильно помню, её подначил Зандикус, — добавил Драко.

Гермиона кивнула.

— Но после всей этой драки она выглядела очень расстроенной. Даже заплакала, когда увидела, как они целуются.

— Я так и думала, — сказала Эннели, безучастно глядя на огонь.

— Так… насчёт моих шансов с Софи.