Глава 292

*Динь.*

{Сгенерирован внезапный квест <Я возьму только половину

переваренной вами энергии>.}

{Желаете принять его?}

{Д/Н}

Проклятье. Почему это происходит именно сейчас?

Желание взглянуть на окно квеста было непреодолимым.

Но я занят «Направлением чистой ци». Если бы я занимался циркуляцией ци в одиночку, это не было бы проблемой, но потеря контроля здесь может привести к серьезным внутренним повреждениям.

{Если вы не ответите в течение 5 секунд, квест будет автоматически отклонен.}

{Пять, четыре, три…}

«Принять мне, или нет?»

Даже название квеста как будто подталкивает меня прикоснуться к даньтяню господина Чой. На первый взгляд, это огромное количество энергии, гораздо больше, чем гапджа.

[Примечание: «гапджа» – традиционная корейская единица измерения, используемая для количественной оценки силы чьей-либо энергии. Обычно она не связана с определенным количеством энергии и является просто способом сказать «огромное количество». Однако «гапджа» фонетически схожа с «цзяцзы», которая обозначает 60-летний цикл в традиционном китайском календаре. Учитывая, что ГГ говорит (позже в этой главе), что его собственная энергия едва ли больше, чем гапджа, можно предположить, что автор имел в виду, что гапджа эквивалентна 60 годам].

– Два, один…

К черту, я не могу знать наверняка. Я ведь не умру, правда?

«Принять!»

*Динь.*

Это была удачная попытка. Когда на экране появилось уведомление о принятии квеста, я понял, что нужно делать.

{Дремлющая энергия взбесилась, а ее хозяин не может взять ее под контроль. Требуется ваше вмешательство!}

Знакомая ситуация.

Отрывочное воспоминание из моего пребывания в Муриме.

«Столетний женьшень».

С того момента, как я впервые открыл глаза в мире боевых искусств, мой даньтянь хранил энергию Столетнего женьшеня.

Это была та энергия, которую не смог усвоить третьесортный подонок Джин Тэ-Кён.

Тогда я понял, что если ты не сможешь принять дополнительную ци, то даже после употребления эликсира ты не сможешь сделать ее своей.

«Прямо как господин Чой».

По сравнению с третьесортным отбросом, он талантливый человек, но господин Чой, не владеющий техникой культивации маны, не способен контролировать колоссальную энергию, эквивалентную гапдже.

Квест поручил мне выполнять роль помощника в пищеварении.

«Но откуда у господина Чой такое огромное количество энергии?»

Чем больше я об этом думаю, тем больше это меня бесит.

Я трудился в самых низах боевого мира, едва набрав чуть больше гапджи, а этот человек сидит на горе незаслуженной силы в своем даньтяне.

«А, точно, его дедом по материнской линии был Чхон Тхэ-Мин».

Так вот как выглядит привилегия в царстве героев?

Я отбросил эту мысль; подобные размышления могут подождать. Я должен сосредоточиться исключительно на овладении этой огромной энергией.

На этот раз моя уверенность была непоколебима.

«Вперед!»

С помощью мысленно отданной команды я изверг Опаляющую энергию Ян, пронзая плотную ци, словно копьем. Грозные энергии бурно столкнулись.

*Бум-бум-бум.*

От их борьбы в даньтяне у господина Чой начались конвульсии.

* * *

Больничная палата превратилась в непроницаемую крепость, отгороженную от внешнего мира.

Дворецкий Ким, мистер Суровый Парень и Сон-Сон с интересом смотрели на двух молодых людей.

– Хмф.

– Ып.

– Ух.

– Кхы.

От каждого толчка предплечий Джин Тэ-Кёна по телу господина Чой пробегали мурашки.

– Ух! – его талия прогнулась, а из стиснутых зубов вырвался болезненный стон.

– Его позвоночник… он изгибается, как лук… – тихо произнесла Сон-Сон.

Лежа на кровати, господин Грубый Парень спросил.

– Что вы только что сказали, госпожа Сон?

– Ничего. Это просто грязно и завораживающе.

– А, вы имеете в виду черный пот?

– Да…

Сон-Сон многое хотела сказать, но прикусила язык и просто кивнула.

Черный пот, стекающий со всего тела господина Чой, действительно был и грязным, и завораживающим.

– Боже мой, что же это такое…