Пора допросов

— Девчуля! — Алья, практически с налёта запрыгивая на тахту, хватает Маринетт за руки. — Выкладывай!

— Эм, выкладывать?

— Не строй дурочку. Ты поцеловала Кота Нуара!

С губ Маринетт срывается стон, и она встаёт, дабы выскользнуть из хватки Альи.

— Это пустяк, ясно? Это ничего не значило.

— О-о, да ты краснеешь.

Маринетт накрывает ладонями предательские щёки.

— Это ничего не значит. Можно краснеть из-за… из-за чего угодно!

— Ага.

— Говорю тебе!

— Тебе понравилось, — отмечает Алья с блеском в глазах. — Признайся.

Лицо Маринетт горит пуще прежнего.

— Это было исключительно профессиональное решение, чтобы его поклонницы от нас отстали, и…

— Неа, тебе понравилось. — Алья наклоняется, хлопая ресницами. — Ты считаешь его красаааааавчиком. Ты хочешь поцеловать его снова. Ты…

— Хватит! Остановись! — До невозможности красная Маринетт буквально затыкает Алье рот. — Родители тебя услышат.

Алья отпихивает её руки.

— Я думала, они знают про Кота Нуара. Серьёзно, как они теперь-то могут не знать?

— О, они знают, но это не значит, что я горю желанием приглашать их поучаствовать в этом разговоре.

Никому не нужно было, чтобы повторился инцидент с презервативом. Никому – и точка.

— И вообще, я не хочу говорить о Коте, — продолжает Маринетт. — Мне нужно решить, что надеть на ужин с Адрианом и его отцом.

— Беее, ты всё ещё сохнешь по Лютику? Девчуля, у тебя прямо под носом красавчик-кошак, которому ты явно нравишься…

— Поправочка: он любит Ледибаг. Он мне сам в этом признался.

— Возможно, он так и сказал, но ты всё равно определённо ему нравишься.

Щёки Маринетт снова краснеют. Она вспоминает поцелуй. Его мягкие губы; как обтянутые перчатками пальцы скользили по её щеке, когда он поцеловал её в ответ.

Бабочки в животе и бегущие по телу мурашки.

— Н-ну, это не играет никакой роли. — Она отворачивается, занимая себя разбором одежды, которую выгребла из шкафа. — Потому что я люблю Адриана и только Адриана. А теперь помоги мне выбрать, что надеть.

Алья вздыхает.

— Белую рубашку и синий сарафан.

— О, ты права! Это подойдёт идеально.

— Да-да, я великолепна. Вспомни об этом в следующий раз, когда я буду давать тебе советы насчёт отношений. Например, знаешь, когда я говорю, что Кот Нуар…

— О, ты только взгляни на время! Мне стоит поторопиться, пора переодеваться!

Маринетт стягивает с себя топ и пытается надеть рубашку, но её рука и голова застревают в неудобном положении. Вот же блин. Она пытается вслепую отыскать нужные отверстия. (И спотыкается, врезаясь в ширму, тем самым едва её не обрушивая). Наконец она освобождает голову. Алья смотрит на неё с таким видом, словно борется с желанием приложить руку к лицу.

— Я смогла, — сообщает Маринетт.

— Девчуля, — лишь произносит Алья, слегка покачивая головой.

— Что?

— О, мне казалось, всё и так понятно.

Плечи Маринетт опадают.

— Уф, ты права. Я такая растяпа. Я испорчу весь ужин, я просто чувствую это.

— Не испортишь.

— Но…

Алья встаёт и кладёт руки ей на плечи, ободряюще пожимая их.

— Всё будет хорошо. Габриэль Агрест выбрал именно твою работу на конкурсе, верно? Видишь, начало уже положено. Он уважает твой дизайнерский талант, и я уверена, что он точно так же зауважает тебя.