Маг-целитель исправляет мир

Размер шрифта:

Том 11. Глава 7 — Героиня исцеления

Ночь. Спокойствие. Время для отдыха. Для девушек героя сей поздний час именно этим и был. Сецуна, Клехия, Рихарза, Флер и Элен мирно спали в одной широкой кровати. Легли бы там и Кир с Аллой, да вот неожиданный «подарок» для младшей принцессы в виде знака героя выбил их из колеи.

— Кир… – подала голос богиня. Она вырвала мага-целителя, который даже не удосужился снять с себя запачканную своей же кровью серую накидку.

— Нет, в первом мире такого не было, — ответил на витавший в воздухе вопрос юноша. Тогда мало того, что Элен так и не получила класса, не говоря уже о героическом статусе. И как будто этого было мало, стала принцесса именно целительницей. – Я проверю, — устало выдал герой, окрасив правый глаз в нефрит.

Раса: человек

Имя: Норн

Класс: герой-целитель

Уровень: 1

Мана: 46/46

Физическая атака: 5

Физическая защита: 6

Магическая атака: 7

Сопротивление магии: 8

Скорость: 7

Навыки:

— Целительная магия: 1 круг

Особенности:

— Ускорение регенерации маны на 10%

— Модификатор к опыту магии исцеления

— Модификатор опыта х2

— Бесконечный предел уровня

Предел уровня: ∞

Потенциал развития:

Мана: 139

Физическая атака: 50

Физическая защита: 50

Магическая атака: 103

Сопротивление магии: 125

Скорость: 120

Общий показатель: 589

Кир обомлел. Он увидел то же, что показало ему зеркало водной глади, когда он лишь получил свою метку, за исключением маны – её у Элен было больше, не в последнюю очередь благодаря скорлупе яйца Аллы и занятий с сестрой. Лисице даже не требовалось смотреть на девочку, чтобы понять, кем она стала на свой день рождения.

— Панакея, засранка! – выругалась рыжая бестия, заодно раздевая Кира. Начала Алла, естественно, с халата.

— Панакея? Причём тут богиня исцеле?.. – спросил герой, на что получил от ушастой лишь многозначительный взгляд упрёка. – А-а! – благо, понимание быстро настигло молодого человека. В частности, осознание, насколько же плохо его голова соображала.

— Да-да. А теперь, заваливайся к ним, а то с тебя уже крошка сыпется, — посоветовала Алла, что успела снять с Кира его жилет да верхнюю рубаху. – Ботиночки тоже мне снять? – съехидничала лиса вдогонку.

— Ха, я же не настолько стар, — ответил юноша, парой ловких движений освободив ноги. И всё-таки, чувствовал он себя не лучшим образом.

— Ничего не знаю, спи давай, — проворчала девушка, толкая героя улечься рядом с Флер. Отнюдь не к своему удивлению, маг-лекарь обнаружил, что сил пререкаться у него больше нет. Глаза закрывались. В мыслях каша. Наиболее разумным выходом из ситуации было улечься на краю, обнять обратившуюся зверьком Аллу, да и выпасть из жестокой реальности, хотя бы на несколько часов.

***

Свет. Сквозь окна в затенённую пробивались первые солнечные лучи. Кир вздрогнул, потянулся, раскрыл глаза, огляделся по сторонам. В широкой постели он был один, да и Сецуны не наблюдалось. По крайней мере, на первый взгляд.

— Не дёргайся, всю воду выльешь, — раздался голос Клехии из-за стены. В ванной она купалась в одной бадье с волчицей.

— М-м… Сецуна должна быть с… Киром, — недовольно заявила девочка. Ей так и не прильнуть к паху героя-целителя, ведь мечница потащила её отмываться от жира в волосах и крови на коже.

— Чистой ты ему понравишься больше, — наставительно сказала фехтовальщица. Вода отдавала красным, но это не мешало использовать её по назначению. Молодой человек, правда, этих подробностей не видел. Он встал, потрогал виски, понял, что чувствует себя гораздо пуще прежнего. Юноша размял плечи и огляделся.

— Ты проснулся? Как спалось? – первой, кто к нему вышла, была Флер. Особых беспокойств после вчерашнего девушка не испытывала. Однако теперь в её левом глазу уже не было изумрудного света – радужная оболочка принцессы отныне была алой.

— Приемлемо, — ответил Кир, выбравшись из-под одеяла. – А где остальные? – спросил он, осмотрев комнату. Меч Такемиказучи лежал на столе, вместе с комплектом синеватых доспехов Клехии. Они «погибли», но защитных свойств это их не лишило.

— Элен у себя в кабинете с мамой. Аллочка с ними, — рассказала волшебница, подсев на кровать.

— Ты как? Глаз не болит? Может, косоглазие? Говори, не стесняйся, — сказал герой, взяв девушку за руки.

— Нет, ничего такого, — ответила она, чем навлекла на себя пристальный взгляд юноши. «Не ври мне» — сообщал он всем своим видом. – Хорошо, я только теряюсь немного, когда он сам включается. Аллочка сказала, что я научусь, и это пройдёт, — поведала Флер, призвав не самую устойчивую печать на свой зрачок. Мышцы подёргивались, а орнамент то и дело сменялся обыкновенной радужкой.

— Я рад, что с тобой всё в порядке, — облегчённо выговорил юноша, почесав себя у переносицы. В лице целитель практически не изменился. Пока что…

— Ты улыбнулся, — радостно подметила заклинательница, медленно пройдясь по скуле мага-лекаря. Его счастливое изваяние она видела сквозь пульсирующий резной глаз.

— Если хочешь, могу его сделать его зелёным, — сказал юноша, сдержанно подняв уголки глаз. Алый и изумрудный – полностью противоположные цвета, а потому на долю секунды Кир решил, что девушка захочет избавиться от контраста, оставить лишь силу предвиденья. Если бы…

— Ни за что! Это частичка тебя, и я хочу, чтобы она всегда напоминала мне о тебе, — чувственно проговорила девушка, погладив свой живот, вместилище ещё одного подарка от героя исцеления.

— Тебе не нужны никакие напоминания, я никуда не собираюсь исчезать, — игриво вымолвил Кир. Не прошло и мига, как он со сверхчеловеческой быстротой дёрнул колдунью к себе. Вероятно, используй она прозрение будущего, исход был бы иной. – Зато тебе нужен резной глаз, твоя реакция оставляет желать лучшего, — расценил юноша, едва ли не вцепившись в уста принцессы своим поцелуем. Кир и Флер наслаждались взаимной близостью.

— Ах! – простонала колдунья, с неохотой отстранившись от любимого – воздуха недоставало, а в глазах рябило. Однако как только она пришла в себя, в момент, когда хотела попросить ещё…

— Нечестно! – Сецуна выбежала из ванной: полностью голая, волосы распущены, а на лице гримаса ревности. Что удивительно, за ней в том же неприглядном виде выбежала и Клехия.

— Да, Кир! Я тоже хотела! Ты мне обещал! – воскликнула мечница, на пару с волчицей запрыгнув Киру в постель. Последний, в свою очередь, прильнул к уху сребровласой…

— А кто меня не дождался, а? Фух, — прошептал он, напоследок ещё и дунув.

— Ох… – от такого кожа фехтовальщицы покрылась мурашками, на лице появился румянец, а к соскам прилила кровь.

— У тебя тут морщинка. Давай исправлю, — отметил молодой человек, пройдясь по лбу мастера меча пальцем. Не успела она обидеться на это, однако, как… – Вот, теперь нет, — герой гордо заявил, как избавил девушку от этой неурядицы.

— Кир… – жалобно произнесла Сецуна, пессимистично размахивая хвостом. Уши прижаты, взгляд опущен – всё в ней так и кричало: «приласкай меня», что герой-целитель и сделал, обняв обеих своих воительниц.

— А можно… я тоже? – спросила колдунья. Всю свою одежду она с себя заранее сняла, что поставило юношу в неловкое положение – отказать, смотря в разноцветные глаза принцессы будет попросту некрасиво.

— Ну и что с вами делать? Идите ко мне, — предложил Кир, готовый удовлетворить всех троих своих. Клехия с Сецуной бросились к его члену, Флер возжелала расцеловать героя. На фоне утреннего балагана из головы мага-целителя совершенно выпало то, что Элен теперь новый герой-целитель. Либо же это было сном?..

***

Не было. Реальность ударила Кира под дых, когда Элен протянула ему свиток опознания. Норн – герой-целитель.

— Ха-ха… С днём рождения, — произнёс юноша, внимательно разглядывая сверкающие письмена на зачарованной бумаге. Маг-лекарь, по которому было весьма трудно сказать, что он только что оставил за собой троих девушек, доведённых до уровня истощённых тряпок.

— Спасибо, Кир, — равнодушно поблагодарила его девочка. В её кабинете было неожиданно опрятно, бумаг на столе почти не было. Королю Панакеи не составило труда сложить два и два, чтобы распознать в этом исключительную заслугу Рихарзы, что сидела по левое плечо от дочери, с любопытством наблюдая за реакцией юноши. Женщина не проявляла к молодому человеку беззаветной преданности или безумной любви, однако её симпатию он заслужить смог, что та и дала понять целителю, подмигнув тому.

И тут из-под стола выпрыгнула Алла. Лисица запрыгнула розововолосой даме на руки, гордо воссев на её ладонях.

— Привет, Алла, — поприветствовал её Кир, попутно подняв руку. Что бы та ни делала на полу, герой даже спрашивать об этом не хотел.

— Да, приветики, — беззаботно ответила богиня, прежде чем поднять мордочку к лицу Рихарзы. – Уходим, бабушка, им надо поговорить, — сказала ушастая. – И да, не забудь супчик покушать, а то совсем высохнешь.

— Конечно, — согласилась барышня, направившись к выходу. – Пойдёмте, — там она обратилась к Джону, что нёс караул у двери.

— Как прикажете, миледи, — согласился он, и все вместе они покинули кабинет.

— И вот, мы одни, — сказал Кир, попутно поставив напротив стола для себя кресло, куда он и уселся опосля. В конечном итоге, между ними повисла тишина. Принцесса размеренно дышала, герой молча ел серебряной ложкой борщ с мясом, а свиток опознания лежал письменами книзу.

— Кир, кем я была в прошлом мире? До того, как ты вернулся назад во времени, — полюбопытствовала Элен, оборвав вставшее между ними безмолвие.

— Принцессой, стратегом, заговорщицей, моей единственной союзницей. Но по классу – никем. Уж точно не героем, — ответил маг-целитель, отложив тару. Юноша прекрасно понимал, что наместницу волновала именно последняя часть ответа, однако порыв заставил его проговорить всё.

— А теперь я – герой-целитель. Расскажи мне, Кир, каково это? И главное, как ты обрёл такую силу? – спросила девочка, закинув ногу на ногу. На колено она опёрла локоть, а там уже ладонью придерживала щёку. Левой же рукой новоявленная героиня начала накручивать локон своих волос вокруг указательного пальца – первый признак её задумчивости… И волнения.

— Каково… Первое, что тебе следует понимать – ты теперь всегда будешь идти бок о бок с болью. Ты будешь чувствовать все страдания, страх и агонию, что пережили те, кого ты будешь исцелять. Всё то, что они вынесли за всё время, пройдёт через тебя в одно мгновение. Это быстро, но ты сознание можешь потерять от шока. Ты будешь переживать если не всю их жизнь, то точно самые яркие куски, и это ещё хуже, чем боль. Временами я ощущаю себя уже не собой, а кем-то другим. Порой, мне приходится гнать эти мысли из головы, бежать от чужих воспоминаний. Мне отлично помогает секс, но иногда хочется забыться в чём-то крепком – не смей, — произнёс свою долгую речь Кир. Он ни с кем никогда не делился тем, каково это – быть героем-целителем. Теперь же Элен получила эту благословенную и одновременно проклятую метку. Юноша готов стать принцессе наставником в её начинаниях.

— Что не мешает тебе быть сильнее всех в мире. Ты буквально сражаешься с богами и побеждаешь их, — заявила девочка, пристально всматриваясь в лицо молодого человека. Ведь сейчас он предстал перед ней собой настоящим.

— Сильнее всех смертных. Да и то, я не сразу дошёл до этого. Для начала, я должен был привыкнуть к боли, у меня это заняло месяц… Месяц в темнице под наркотиками и ещё один, чтобы это окончательно закрепилось как навык, который можно вычитать в свитке опознания. Я практически бессмертен, убить меня можно только акцентированным ударом в голову или сердце. Старость мне не страшна, а ещё я могу получить любые навыки, попросту дотронувшись до человека, нелюдя или демона, забрать часть их опыта. Как и ты теперь. У тебя, однако, нет божественного оружия, которое само тебя лечит, да и к ядам ты ещё уязвима, — поведал Кир, подняв голову с пальцев. Даже несмотря на свой практически божественный статус, сейчас он, в противовес своему возрасту, напоминал уставшего и измученного жизнью старика.

— Значит, лучшее, что я могу сделать – это исцелить тебя? – спросила Элен, сев ровно. Она призвала пучок благотворной энергии в ладонь. Героической магии исцеления не нужно было обучаться – базовые знания уже дала сама Панакея. Оставалось лишь совершенствовать посредством практики.

— Да. Это логично и разумно. Для тебя это самый быстрый способ стать сильнее и узнать всё, что тебе может понадобиться, — с горькой ухмылкой ответил герой-целитель. Никакого ехидства, только сочувствие, потому как он понимал, что так или иначе, принцессе придётся скопировать его познания, чтобы не быть обузой в развернувшейся войне богов, ведь её статус уже не позволял отсиживаться в тылу.

— В чём загвоздка? – спросила принцесса, уже сама осознавшая, в какое ужасное положение поставили её небесные силы.

— Ты умрёшь от болевого шока. Во мне память сотен душ, а вместе с ними и их страдания. Но самое весёлое – это четыре года бесконечных страданий с тремя психопатами. Ты действительно хочешь знать, какой бы стала твоя сестра, не вырви я её из под власти одержимого Маргурта? – выговорил маг-целитель, мрачно насупив брови.

— Времени нет, Кир. На кону стоит слишком многое, — возгласила героиня исцеления, хлопнув по столу. Бумаги затряслись, некоторые даже свалились на пол, пустая тарелка перевернулась, но Элен в данный момент это совсем не волновало.

— Я знаю. Поэтому начни с девочек. Сначала Сецуна, потом Флер, потом Клехия. Не трогай Аллу и Рихарзу, твоя мама успела побывать божеством. Заглядывать ей в голову без подготовки – тут можно свихнуться, — предостерёг маг-лекарь, размяв плечи.

— Ты совсем не волнуешься, что я могу вернуть себе память? Ты держишь при себе потенциальную угрозу, которая теперь ещё и может заменить тебя практически во всём! – воскликнула героиня, тыча в лицо Кира своим знаком.

— Я уже говорил тебе, что если ты станешь моим врагом, всё и так пропало. То же самое, если ты погибнешь. Поэтому, я не советую тебе исцелять себя лично – в это время тебе придётся лично управлять всеми процессами своего тела. Ошибёшься – покалечишь себя или вообще умрёшь, — ответил юноша. Король понимал, что все проблемы прежней Норн шли от её семейных размолвок, и сейчас, когда мать с сестрой рядом с ней, всё могло быть иначе. Не позволял он себе также и грубостей по отношению к своим любимым.

— Зато всё получается у тебя. Это возвращает нас к тому, с чего мы начали, — произнесла Элен, давая понять, какой из этой дилеммы единственно правильный выход.

— Спустя где-то так полтысячи прошедших мимо меня калек, оно получается само собой. Ты же – мой первый министр, важное лицо, тебе нельзя днями напролёт визжать на весь замок, — выговорил герой-целитель, а пока он говорил, девочка встала с места и потянулась руками вверх.

— Хаа… Воистину неловкое положение. Проклятые боги! Я теперь даже немного понимаю Фарана, — удручённо сказала принцесса, подойдя к Киру вплотную. Силой амулета она развернула его стул спинкой к рабочему месту, выломала подлокотники и уселась юноше на колени.

— Элен? – слегка удивился юноша.

— Заткнись и возьми меня, Кир, — потребовала героиня, незамедлительно начав расстёгивать пуговицу за пуговицей. Однако терпения на все у неё не хватило, и после третей из пяти, наместница монарха попросту сбросила одеяния через голову, швырнув их себе на стол.

— Ты совсем перестала называть меня «братик», — уже искренне улыбаясь отметил молодой человек. Очевидно было, что все установки в его отношении слетели окончательно. Как бы Элен ни хотела оставаться «собой», перемены в характере на фоне тяжких потрясений уже никуда не уйдут.

— Ваше Величество, будьте добры, прикройте рот и займитесь делом, — скомандовала принцесса, промежностью потираясь о выступающий из штанов бугор. Киру предстала перед глазами колыхающаяся грудь – следствие растущего организма при здоровом питании. Он бы прямо сейчас присосался к ним, да только ниже пояса уже невыносимо поджимало, будто бы и не было тех трёх раз всего полчаса назад.

— Снимай, — улыбчиво приказала принцесса Норн. Её надменный тон должен был бы вызывать ничего, кроме раздражения, но молодому человеку такое разнообразие нравилось. Расстегнуть пояс было легко, спустить штаны уже сложнее, однако он справился. Яркое солнце падало на лицо девочки, подчёркивая румяность на её слегка припухлых щеках. Наместница тёрлась половыми губами о головку эрегированного члена, каждым своим движением демонстрируя контроль над ситуацией. Даже когда Кир присосался к её соблазнительно торчащим соскам, это было лишь потому, что она завлекательно потрясла грудью.

— Хаа… – первые стоны вырвались изо рта Норн. Происходила ли эта агрессия из-за обиды, ведь в очереди на мага-целителя она уступила даже своей отыскавшейся матери? Либо же так она готовилась к труднейшему моменту во всей её жизни? Что бы это ни было, Киру только и оставалось, что подарить девочке наиболее яркие впечатления. И вот, спустя пару минут неторопливых прелюдий, принцесса взяла героя за член и с размаху насадила на него своё обманчиво хрупкое тело.

— Гх! Аах! – крикнула Норн, задавая ритм. Вверх и вниз, вверх и вниз – в сексе героиня хотела убежать от своего страха. Заглянуть в сердце Кира означало навлечь на себя невыносимую агонию. Но не это пугало девочку – там она страшилась увидеть себя – истинную себя. Смазки недоставало, даже остатки семени не помогали делу, влагалище жгло изнутри, а вместо какой-либо радости наместница ощущала только боль.

— Хватит! – громко потребовал маг-целитель. Он не двигался, однако принцесса готова была насиловать себя, лишь бы в страданиях убежать от страха. Много ли удивительного в том, что она совсем его не слушала?

— Элен! ЭЛЕН! – пытался достучаться до неё юноша. Всё без толку, лишь натужные стоны, больше похожие на яростный рык были ему ответом. Кир решил, что этого достаточно.

— НОРН!!! – взревел герой, крепко прижав принцессу к себе. Настолько сильно, что та даже пошевелиться не могла. – Хватит уже.

— Хаа… Хаа… Хаа… Нет!.. Мне нужно… достичь… – через силу говорила девочка. Пускай в военном и политическом деле ей равных не было, но вот в любви и переживаниях? Здесь ей опыта недоставало.

— Ничего у тебя так не получится. Ты лишь делаешь себе больно, — прошептал молодой человек, всё так же не отпуская Норн, как бы сильно она ни старалась вырваться.

— Хаа… Ты сам сказал – теперь мне всю жизнь идти с ней бок о бок! – жалобно воскликнула розововолосая. Сбитое дыхание, раскрасневшиеся глаза, дрожь – всё говорило о том, что скоро она расплачется, и Кир, не будь дураком, понимал всё.

— Это не повод себя мучить. Просто расслабься. Расслабься, отдышись и дай мне позаботиться о тебе, — ласково проговорил юноша. От мужского достоинства ничего не осталось, сохранять эрекцию в таких условиях он попросту не мог.

— Хаа… Хаа… – принцесса лишь тяжело дышала, прилагая все силы, чтобы не проронить ни слезинки. Слёзы делали её слабой, капризной, крикливой. Все те черты, что не мог себе позволить ни правитель, ни герой. Однако тёплые объятия Кира давали ей надежду, чувство безопасности, покой. Они просидели так десять минут, неподвижно, беззвучно. Аж пока Норн не встала с места…

— Я готова, Кир. Возьми меня, — попросила зеленоглазая, облокотившись о свой же стол, выставив задницу к молодому человеку.

— Да, — кратко ответил герой. Однако прежде чем вонзить свой член, юноша склонился на колени, и высунул язык. Обеими руками он обхватил облачённые в высокие чулки ноги, и принялся вылизывать. Сначала губы: левую, правую, обе, а затем клитор. И только потом ворвался во влагалище.

— Ах… Ах… – наконец-то принцесса застонала от удовольствия, а не боли. Её голос дрожал, ноги подкашивались, а шторм в разуме наконец-то обратился мягким штилем. Громадные волны отчаяния сменились приливом радости. Её белоснежные зубы постукивали друг о друга, между ног разразился жар. И вот, наконец…

— А-А-АХ!!! – первый оргазм, да ещё и с мощной струёй. На контрасте с недавним самобичеванием – один из лучших во всей её жизни.

— Вот видишь? Гораздо лучше, — отметил юноша, помогая героине усесться на свой же стол.

— Про… должай, — расхлябанным голоском скомандовала Норн, раздвинув перед магом-лекарем свои ноги.

— Когда почувствуешь, что уже близко – пожри меня. Не бойся, я… помогу! – сказал Кир, резво вонзив член прямиком в распалённую щель.

— Ах! – вскрикнула целительница, а ведь молодой человек только начал двигаться. Своими толчками он шатал стол, разбрасывал бумаги, портил документы государственной важности. Однако что есть государство, когда Норн была для него сейчас целым миром? Что есть держава с её мирской суетой, когда назревало полноценное рождение нового героя?

— Норн, я люблю тебя, — признался Кир, раз за разом пронзая беззащитное лоно принцессы. Казалось бы, она даже не услышала его, однако…

— Ах!.. Я тоже… Тоже люблю тебя… Ты… Ты вернул мне сестру!.. Вернул маму!.. – сквозь стоны вымолвила принцесса. Она содрогалась, спазмы блаженства обхватили её целиком. Весь мир сейчас был сосредоточен на них двоих, на том, как он врывался в хнычущее липкими слезами влагалище.

— Фух… Фух… – Кир и сам начал тяжело дышать. Ягодицы приятно побаливали, а член ощущался как раскалённый прут. Он не мог оторвать глаз от лица Норн: как она захлёбывалась в криках, как заливалась краской, как растрепались её розовые волосы. Казалось бы, во всём мироздании нет более захватывающего, более живописного и душещипательного зрелища.

— Ах!.. ААХ!!! –сладострастно взвопила героиня исцеления. Время почти пришло, ещё немного, ещё чуть-чуть и настанет столь важный момент.

— Давай. На счёт три!.. – воскликнул молодой человек, наращивая темп, как только можно.

— А-А-А-Х!!! – безудержно выкрикнула девочка. Лавинообразный оргазм захлёстывал её сознание, сосредоточиться было практически невозможно. Однако она держалась. Юноша поднял руки со стола, протянул их принцессе, кивнул.

— ТРИ!!! – и заорал, что есть мочи!

— ИСЦЕЛЕНИЕ!!! – возгласила Норн. Яркая фиолетовая вспышка вытеснила весь солнечный свет, Кир засиял ярко-зелёной аурой. В первый миг ничего, но потом…

— А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А!!! – раздался истошный вопль. Принцессу разрывало изнутри, мясо срывалось со сломанных костей, каждая венка, каждый сосуд в её теле будто бы извергал адским пламенем, огромная фигура с пушкой за спиной разрывала ей анус, разбивала лицо до кровавого месива, душила. Каждый день, каждую ночь… Женщина выбивала на ней каскад синяков, перемалывала кости, топтала там, где больнее всего. БОЛЬНО! ПОЧЕМУ МНЕ ТАК БОЛЬНО?!! СПАСИТЕ!!! – раздавалось в её сознании. Горько, одиноко, холодно! КТО НИБУДЬ!!! Девочка ползла, наконец-то! Наконец-то! СЕСТРА! СПАСИ МЕНЯ! Однако помощи не пришло. Напротив, противно расхохотавшись, эта пародия на дорогого ей человека втоптала её в грязь. Череп трещал от каблуков, тело разрывало от отчаяния.

— Не бойся, не бойся, любимая! Я держу тебя! – помощь пришла, извне. Кир пустил в ход своё исцеление, не чтобы скрепить раны или вернуть конечность… – Ха… А-А-А-А-А!!! – он встал девочке на защиту. Принял свою же боль, встал между ней и ИМИ. Три ужасные фигуры во власти её короля измывались теперь над ним, в то время как она могла лишь смотреть. Смотреть! Смотреть! СМОТРЕТЬ!!! Как они травят его, как заставляют принимать на себя чужую боль, как изо дня в день он мучается, продумывая план спасения.

— НЕТ… НЕ НАДО! ПРЕКРАТИТЕ-Е-Е-Е!!! – кричала она, слёзы лились рекой, однако Кир не размыкал рук, не разрывал их связи.

— Н-нет… Смотри… С… мот… ри… – сквозь зубы просил он. Не просил – требовал, приказывал. Не оставлял ей другого выбора – все его познания о своём и чужих телах, все навыки, все знания, весь инженерный и алхимический гений – всё это не принадлежало ему, однако каждое слово, каждый образ впивался в мозг подобно ржавому железному гвоздю, их было тысячи. Ради неё он принял их все. Чтобы она увидела советы Буллета, он терпел чудовищную головную боль канонира. Чтобы Норн увидела их единственный раз вместе, Кир корчился под молниями Флер. Чтобы принцесса увидела, как он обратил Еву в прах, как преобразил этот проклятый мир, он терпел попадания алых лучей смерти.

— …если ты это и сделаешь, ты же забудешь всё! – крикнула женщина с волшебным посохом.

— …ничто не сотрёт мою боль… Я ИСЦЕЛЯЮ ЭТОТ МИР!!! – ответил герой-целитель, высвободив в свет всю силу философского камня.

— Смотри, Норн, всё это тебе пригодится, — сказал Кир, положив ладонь девочке на плечо на фоне исчезающего в ослепительно-белой вспышке мира. – Смотри, а остальное я приму на себя.

Он проснулся, пошёл собирать яблоки, пообщался с Анной, своей приёмной матерью. Ведомый голосом осколка своей души, Кир обрёл себя, вспомнил всё и уступил главенство над телом своему жестокому «я» из прошлого мира. Герой-целитель заранее начал готовить тело к дурману, встретил Флер, поехал в Столицу, ещё не разрушенную, получил одобрение одержимого короля. Там горничные, что хвастались Норн близостью с юношей, насиловали его – выбора здесь не было. Потом… Потом была Клехия – его первый роковой провал, и безразличие Флер…

Двадцать восемь ударов – Леонард действовал наверняка. Грудь, лицо, голень, рёбра – всё в трещинах и переломах. Норн не могла сдерживать слёзы, однако таким было желание Кира. Живот, губа, челюсть, селезёнка, печень, щека – синяки, побои, страдания. В живот с ноги, раз за разом, раз за разом. Стоны, хрипы, вздохи – двадцать восемь ударов, после которых целый месяц сексуального насилия, чужой боли в бреду наркотического тумана.

— П… Пожалуйста… Хватит… – заскулила несчастная принцесса.

— Уже… Уже скоро, — ответил ей измождённый Кир. В реальном мире он давно упал на стол, его трясло и лихорадило, но отпускать руку принцессы он упрямо не желал. Навыки Клехии, алхимия Валхиды, акселерация от слепой лучницы – всё это фильтрованным потоком изливалось в душу Норн. А когда он добрался до Флер, то девочка получила ещё и четвёртый круг магии. Принцесса во всех подробностях, от первого лица, рассматривала, как он насиловал тогда ещё героиню, это пробудило в ней… Нет, не презрение – жалость. Её сестра стала такой исключительно из-за проклятой дворцовой жизни, её «прелести» она постигла со смертью матери. Спасение Сецуны, схватка с Клехией, плач Фреи, марш распятых, смерть Леонарда и осознание гибели Анны, схватка в Колизее, встреча с Евой, кончина Кайлии, смерть Блейд, раскаяние волшебницы, битва в Браньке. Девочка наблюдала, а вместе с тем пропитывалась его навыками. Сопротивление ядам, боли, страху, магия стихий, тактики скрытности и промывки мозгов.

На этом каскад образов не заканчивался. Девочка смотрела, как Кир – тогда Киргот – чуть её не задушил, изнасиловал, изменил. Как мило после этого он беседовал с её сестрой, будто бы так и надо, как он впервые встретился с её матерью в её демоническом облике. Во сне. Она наблюдала за зверствами на испытании Каладрия, за гибелью Висофа, предательством Кэрола, рождением Аллы. Принцесса пережила поражение героя от Рихарзы, её же матери и обращённых ею героев. Увидела, каким монстром может быть маг-лекарь, когда ему переходят дорогу. Обезглавленный труп изнасилованной зайчихи, задушевная беседа с проституткой, первый бой против чёрных рыцарей. Ляпис, Кэрол, её слеза звёзд, белки праха, Тафиас со своей ордой, Хакуо, Буллет, Раналита…

В Раналите их подбили, однако никто, кроме Аллы, не видел, как обстояли дела на самом деле, как жестоко Киргот надругался над Марианной, как убивал её же друзей и соратников, как бросил её в толпу на растерзание.

— Как… Как ты мог?.. – едва выдавила из себя девочка, однако занавес так и не пал на эту трагедию. Сны с Буллетом, сила истинного героя, Афр Реол Раналита, тайный ход, схватка против отродий тьмы и их отца. И наконец, в моменте, как он добрался до Бринхилд…

— ХВАТИТ!!! – Норн попросту прекратила контакт. Принцесса распахнула глаза. Первое, что она заметила – это огромные лужи пота под ними двумя. Кир же…

— Кх… Хаа… – герой исцеления выглядел как иссушённая мумия, изо рта текла пена. Лишь болезненная дрожь давала понять, что он ещё жив. Наместница возложила руку на свою нагую грудь, она вспыхнула пурпурным, и Норн, совершенно не сомневаясь в собственных действиях, заполнила шесть доступных слотов под навыки на своём-то тридцать седьмом уровне следующим образом: магия разрушения, сопротивление боли, сопротивление ядам, сопротивление страху, всеосязание и зрение ястреба. Ну а затем принцесса на скорую руку набросила на туловище свой наряд, натянула на юношу штаны, да и вырвалась из кабинета, ветром пробежав мимо поражённых стражников.

— С тобой всё будет в порядке. Отныне я… Буду защищать тебя, — решительно поклялась Норн, теперь уже истинная героиня исцеления.

Маг-целитель исправляет мир

Подписаться
Уведомить о
0 комментариев
Межтекстовые Отзывы
Посмотреть все комментарии