Том 7. Глава 5 — Чистка

Предательство – это слово уже некоторое время не покидало голову мага-целителя. С одной стороны, факт повсеместного пренебрежения светлыми идеалами его королевы не мог не напрягать его, а с другой – он уже знал и рассчитывал на подобный исход. Люди, демоны, нелюди, даже всевозможные дикие твари предавали соплеменников. Тот же Джеорал, который сейчас пребывал в ужасной раздробленности, был для остальных стран не более, чем лакомым куском мяса, от которого все так и хотели оторвать кусочек. Казалось бы, брат-человек…

И ведь демоны в этом отношении были не лучше. Исключительно благодаря стараниям Тафиаса, Рису и Руфуса всё ещё не переросло в гражданскую войну. Была бы Ева одна, история с геноцидом демонов повторилась бы.

После победы над Хакуо чернокрылая красавица была у всех на слуху: героиня, спасительница, новая королева. А теперь что? Добрая треть от бывших союзников желала убрать монархиню и весь её народ ради возвышения своего собственного племени. У подобных настроений, какими бы паршивыми они ни казались, были основания. Расы-фавориты дедушки Евы подверглись гонениям, истреблению, и оказались почти стёрты с лица земли. О былой силе чернокрылам остаётся только мечтать. Ни земли, ни достатка. Плевать, что одной из этого народа была сама королева демонов, такому слабому племени подчиняться никто не хотел.

Опасность прошла, и теперь ничто не сдерживало кодлу глупцов от того, чтобы утонуть в своих эгоистичных желаниях.

— Ну и придурки, — выдал Киргот, выглядывая в окно. Часы показывали два часа, но молодой человек всё ещё не спал.

Какими же нужно было быть мерзавцами, чтобы, вместо того, чтобы спокойно наслаждаться плодами победы и славой тех, кто помог победить Хакуо, пускай их роль и заключалась в том, чтобы выманить войска из Кинакрита, дабы те не пали жертвой Каладрия, поддаться жадности и потерять всё? Даже если предположить, что жабы-ассасины, к примеру, убьют Еву, то ведь ещё неизвестно, кто из кандидатов следующим обретёт право занимать Чёрный трон, и какие взгляды на даваемую им власть будут у следующих королей и королев. И что, так и будет эта чехарда продолжаться до бесконечности?

— Киргот… — сладко вымолвила сребровласая, щекой потираясь о грудь возлюбленного во сне. Последний даже не считал, сколько времени они провели вместе. Час? Два? Три? Сколько раз он её залил, пять, шесть? Не важно. Важно, что с ней герой-целитель наконец-то перестал быть бесплодным, и у них будет ребёнок. Теперь Ева не путешествовала с ним, как другие, она под надёжной защитой, да и популяцию чернокрылов надо было как-то да восстанавливать.

Киргот хотел детей, хотел дать им то, чего никогда не имел сам, и уберечь от того, через что довелось пройти ему. Интересно, однако, каким был бы их с Евой сын? Высокий сребровласый юноша с одним крылом? Всё-таки, о полукровках юноша довольно мало знал – практически ничего. Зато он точно знал, что он сможет подарить им свою отцовскую любовь, уберечь их мать и построить счастливое будущее. Молодой человек гладил монархиню по макушке, и воображал, как же с утра будет воплощать в жизнь свои планы.

…

Рассвело, свет осеннего солнца пробивался через окно, а мага-лекаря разбудила прошедшаяся по спине приятная дрожь.

— О, доброе утро, Сецуна, — спросонья произнёс маг-целитель, обнаружив под одеялом слизывавшую последние капли семени господина.

— Доброе. Сегодня как-то жиденько. Завидую Еве, получить столько любви… — как всегда без особых эмоций выговорила девочка. Герой исцеления мог сколько угодно восстанавливать и перекраивать своё тело, но вот со спермой так не получалось. Пришло время разбудить королеву.

— Киргот? Уже утро? – спросила монархиня, которую молодой человек слегка растолкал. Первым, что она увидела – это то, как ушастая воительница заканчивала чистить член своего возлюбленного. Обычная девушка устроила бы уже сцену ревности, но чернокрылая давно привыкла к этим чудаковатым устоям гаремной жизни.

— Похоже на то. Ладно, хватит развлекаться, пора работать. Ваше Тёмное Величество, позвольте мне избавить вас от изменников, — попросил герой, вставая на колени перед королевой. Это выглядело бы внушительно, если бы только это не происходило на кровати, в неглиже, да ещё и с недоумевающей Сецуной в своих меховых одеяниях на фоне.

— Дозволяю, мой рыцарь… Только, это, постарайся с ними помягче. Всё-таки, это наши союзники, — произнесла монархиня, получая поцелуй в обратную часть ладони. Юноша, возможно, и рад был бы проявить милость, вот только не когда дело касалось его девушек. С теми, кто хотел причинить им вред, разговор был очень короткий. Или длинный… в мрачных катакомбах.

Так или иначе, Киргот начал собирать разбросанную одежду и одеваться.

— Сожалею, но это невозможно. Ева, если не проучить их как следует, кто-то ещё вздумает, будто можно делать что угодно. Нужно действовать жёстко, и тогда на второй, максимум на третий раз, охочих до измены поубавиться. Я делаю это ради твоей же безопасности, и ради того, чтобы жертв было как можно меньше, нужно покарать подонков как можно жёстче. И да, они не наши союзники, они были ими, пока не обнажили на нас клыки, — настоятельно произнёс юноша, и под конец своей речи он был одет и во всеоружии.

Ева была значительно добрее Киргота, а потому, если не разъяснить ей как следует, то она могла и не понять, как важно ликвидировать предателей. Каждое слово мага-целителя отдавалось в ней болью. Много было тех, кто стремился воспользоваться милосердием сребровласой красавицы, и герой ненавидел их. Ева и дальше могла оставаться доброй, но вот он станет для врагов карой небесной.

— Это правда необходимо? – спросила девушка, вставая с кровати. Она шустро подобрала платье, чтобы надеть чёрно-красное одеяние на себя.

— Да. Чтобы тебя не убили. Потому что если у них получится, то зачем всё это было нужно? Всё, что мы отстроили развалится, порядок сменится хаосом, демоны начнут воевать друг с другом и с людьми. В конечном итоге тысячи жизней будет загублено. Снова, — решительно выговорил юноша, подправляя свою орихалковую саблю.