Глава 1211

Мифическая родословная

– Как ты…

Дицюнь была поражена, и даже подумала, что это кто-то другой выдает себя за Су Пина. Парень рос почти так же быстро, как и она.

– Ты снова блуждаешь по земле?

Су Пин не мог не улыбнуться. Эта птица вызвала у него сильное знакомое чувство. В прошлый раз они случайно встретили друг друга, и вот снова это произошло, это было действительно совпадение.

Дицюнь нахмурилась и с недовольным видом произнесла:

– Что ты имеешь в виду под блужданием? Я ищу еду!

– С таким же успехом можно сказать, что ты блуждаешь.

– Ты, ты, ты…

– Я, я, я, я, я вернулся. Прошло много времени. Ты, кажется, набрала много веса.

– Много веса?

Дицюнь вскрикнула, как будто кто-то только что наступил ей на хвост. Перед ней появилось зеркало, сделанное по правилу воды, в котором отражалась она сама. Она оглядела себя с ног до головы, заставив сердце Су Пина учащенно забиться.

Хотя он и любил покрасоваться, он должен был признать, что она действительно очень красива.

Дицюнь некоторое время еще смотрела на себя и вздохнула с облегчением. Затем она отбросила зеркало и с презрением посмотрела на Су Пина.

– Ты шутишь? Никто не может быть так красив, как я. Тебе нужно поменять глаза.

Су Пин ничуть не рассердился. Он улыбнулся и сказал:

– Я здесь, чтобы поговорить со старейшиной вашего клана. У меня есть несколько вопросов относительно конституции, которую я пробудил здесь. Я надеялся, что он сможет меня просветить.

Дицюнь подняла брови, а затем строго произнесла:

– Просто спроси меня, если у тебя есть вопросы. Нет нужды спрашивать старейшину о таких пустяках.

– Что ты имеешь в виду…

Су Пин замолчал, заметив, как поднялись ее брови. В конце концов, он был здесь, чтобы обратиться с просьбой. Ситуация требовала скромности.

– Ты можешь сказать, какая у меня конституция? — спросил Су Пин.

Дицюнь презрительно усмехнулась, когда Су Пин задал вопрос, но затем приняла строгое выражение лица.

Она внимательно наблюдала за происходящим с золотым пламенем в глазах, похожим на миниатюрных фениксов. Ее наблюдение заняло много времени, и в конце концов она потрясенно произнесла:

– В твоем теле есть несколько могущественных родословных. Все они ведут прямо к хаосу!

Она не помнила, чтобы видела в теле Су Пина такое количество могущественных родословных. На этот раз его изменения были слишком значительными, как внутри, так и снаружи.

– Они ведут прямо к хаосу? – удивился Су Пин, поняв, что Дицюнь говорит о сущностях богов и душ.

– Именно так. Они находятся на верхнем ярусе, который ответвляется от хаоса. Над ними находится хаотическая мифическая родословная. Судя по родословным в твоем теле, если ты позже разовьешь хаотическую мифическую родословную, она должна быть одной из самых мощных, почти такой же, как у Золотых Воронов…, — сказала Дицюнь с некоторым недовольством.

– Почти так же хороша, как твоя?

Су Пин был весьма подозрителен.

В ярости Дицюнь ответила:

– У Золотых Воронов самая продвинутая родословная, рожденная в глубинах хаоса. Она настолько впечатляет, что почти достигает нашего стандарта. Ты действительно думаешь, что ты настолько хорош?

– Нет…

Су Пин не хотел спорить с птицей. Он снова спросил:

– Как именно я могу достичь хаотической мифической родословной?

– Хмпф!

Дицюнь была удивлена и довольна тем, что он сдался. Она с гордостью сказала:

– Ты спросил правильного человека. Только я и старейшины знают этот главный секрет. Все мифические существа родились в природе, как и прародитель нашего клана. Если носители других родословных хотят подняться и стать мифическими существами, есть только один подход.

– И какой же?

– Переделать себя!

«…»

Видя, как он закатывает глаза, она сердито добавила:

– Ты думаешь, что ты смешной? Я не шучу. Чтобы получить хаотическую мифическую родословную, ты должен переделать себя, удалив все примеси и сохранив только чистейшую мифическую силу.

Су Пин нахмурился и спросил:

– Как именно я могу переделать себя?

Дицюнь взглянула на него.

– Почему я должна тебе это говорить?

– …Что нужно сделать, чтобы ты мне рассказала?

– Зависит от твоего поведения. Умоляй меня! — гордо сказала Дицюнь.

Су Пин потерял дар речи. Почему эта птица так высокомерна? Неужели никто не умолял ее раньше? Ну, может быть, не люди. А вот многие птицы — точно.

Су Пин беспомощно произнес:

– Хорошо. Считай, что я умоляю.

– Что ты имеешь в виду? Это просьба или нет?