Глава 378. Нoчное Нагоpье

У озера, покрытого черной ряской, стоял мрачный и темный замок. Его вершины на крыше напоминали копья стиля Древней Магической Империи.

Гарольд Хаммер с тяжелым мешком на спине, наполненным рудой, медленно шел к складу замка. Будучи еще несовершеннолетним гномом, он был не так силен, как его мускулистые взрослые сородичи, которые легко владели огромным тяжелым молотом, словно игрушкой. Мешок с рудой был действительно тяжел для него.

Однако Гарольд не жаловался на каторжную работу, поскольку, по крайней мере, он был жив. A сильные гномы были выбраны, чтобы стать пищей мастеров вампиров.

Этот замок принадлежал Великому Графу, которого звали Влад Сесил. Под его контролем находилось более сотни деревень гномов. Вампиры выбирали себе в пищу «чистую кровь и плоть», а остальных гномов заставляли выполнять всю тяжелую работу в шахтах и замке. Днем и ночью гномам-рабам приходилось добывать на нагорье для повелителя вампиров особый металл, который называли нидхэмским золотом, а также кардамонное железо и мифрил.

Казалось, гномы были обречены уже в тот момент, когда они рождались на свет. Они либо становились пищей для вампиров, либо рано умирали от изматывающего труда. Единственная радость была в том, чтобы найти свою любовь и завести детей.

Хотя Гарольд ни разу не покидал эту деревню у замка, он слышал, что гномы, живущие на севере, страдают также как они. Все гномы в горах страдали и жили, словно домашние питомцы.

Гарольд поднял голову и посмотрел на ночное небо и яркие созвездия над горами. Он был в растерянности и депрессии, его мучил вопрос, проживет ли он свою жизнь также, без всякой надежды, или когда-нибудь гномы вернут прежнюю славу.

На лице Гарольда отразилась резкая боль, когда толстый кнут оставил с левой стороны глубокую кровавую рану. Рана протянулась через характерный большой гномий нос до правой щеки.

— Шевелись!

Раздался злой голос, и тень от кнута мелькнула перед Гарольдом.

Да, у некоторых гномов был еще третий выбор. Они могли отвернуться от своих предков, вести себя с вампирами как послушные собаки и стать их слугами крови, которые отвечали за пытки своих собственных братьев и сестер.

Элегантные, привилегированные вампиры-графья не хотели наблюдать за шахтерами, работающими в грязных шахтах, и поэтому им нужны были слуги.

Любое объятие стоило им силы крови, и самые слабые вампиры просто истощались, если обнимались слишком много раз. Поэтому даже могущественные вампиры не желали заводить много детей.

Вот почему вампиров никогда не было много. Большинство их слуг были просто слугами крови, у которых вампиры выпили кровь, но ни не умерли. Они были просто их марионетками.

Слуги были сильны, как рыцари, но их сила не могла больше развиваться, а продолжительность жизни составляла лишь десятую часть жизни их хозяина, и они никогда не подняли бы восстание.

Гарольд взглянул на гнома, одетого в красивую одежду и держащего в руке кнут, потом опустил глаза и тихо ответил:

— Да, Дворецкий Уэлсс.

Бесчисленное количество гномов погибли от рук этого отвратительного предателя. Хотя Уэллс был всего лишь надзирателем, он требовал, чтобы его называли дворецким. Когда появлялся настоящий вампир-дворецкий, Галата, Уэллс опускался на колени, чтобы поцеловать ему туфли.

Рыжеволосый Уэллс сбрил свою бороду, потому что его хозяину, Владу, она очень не нравилась, и теперь на его лице виднелась бугристая кожа. Увидев красивую темно-каштановую бороду Гарольда, Уэллс взбесился. Подняв правую руку, он снова ударил Гарольда кнутом.

— О чем задумался? Гномам не нужно думать! Слышишь? Вонючий грязный гном!

Уэллс словно забыл, что он сам был гномом, теперь он считал себя достойным слугой благородного рода.

— Да, дворецкий Уэллс, — Гарольд еще крепче сжал мешок с рудой.