Глава 49

Глава 49: Холодный расчет

Когда лунный свет сиял через бумажные окна, он запечатлел скошенный силуэт убийцы на окне. Чувство протыкания чужого тела своим мечом было просто восхитительно, если не сказать больше. Это ощущение было похоже на разбивание хрупкого фарфора, удовлетворяющее до такой степени, что это могло разрушить его сердце.

Нин Чень никогда не думал о себе как о психопате, но, чтобы защитить свою жизнь, он не возражал против этой небольшой порочности.

«Хнгх.»

В дверях раздался стон, это был, без сомнения, женский голос.

Нин Чень не любил бить женщин, не говоря уже об их убийстве, однако, это не включает женщин, которые пытаются его убить.

С громким ударом он врезался в дверь инвалидной коляской, Чернильный меч указывал вперед, когда он устремился из своей комнаты наружу, женщина-убийца все еще была насажена на меч.

Внезапно вспыхнул блеск, когда ужасно стремительная стрела проскользнула сквозь воздух издалека, мгновенно сокращая промежуток между собой и им, с безупречным расчетом времени, которое отрезало любую возможность уклонения.

«Это опять ты!»

Глаза Нин Ченя сузились, из его быстро уменьшающихся зрачков вырвалось пламя гнева. Это уже в третий раз! Когда уже этот убийца даст ему отдохнуть?!

Он развернул свой Чернильный меч так, чтобы женщина, висящая на нем, оказалась на пути стрелы. Через секунду после этого стрела пронзила женщину, прежде чем быстро вышла с другой стороны ее тела.

Женщина просто задержала стрелу на мгновение, но этого было достаточно, чтобы Нин Чень отреагировал. Протянув левую руку, он поймал стрелу прямо за древко. Тем не менее огромная сила была не тем, что Нин Чень мог так легко остановить. Его тело сильно встряхнуло, когда ускоряющая стрела силой протащила его назад на три шага, прежде чем заставить его и его инвалидное кресло удариться в полуоткрытую дверь позади него.

* Хрггх *

Он на мгновение поднялся, пока из его левой груди не вырвалась струя крови, мгновенно окрашивая его одежду.

Половина наконечника стрелы проникла в его тело, прежде чем, наконец, энергия выстрела иссякла и стрела остановилась.

Его тело сразу же покрылось холодным потом от потери крови. В конце концов, он не был Ся Мяоюй, он не мог так легко поймать эту, похожую на пулю, стрелу.

Что касается его щита из женщины-убийцы, то она была, вне всякого сомнения, мертва, ее тело безжизненно упало на землю, когда жизнь покинула ее зрачки.

Вытащив стрелу из груди, он был поражен внезапным холодом. Если бы не эта женщина, то телом, лежащим на земле, был бы он.

«Этот убийца должен умереть».

Не дожидаясь, пока этот леденящий ужас пройдет, он решил убить этого человека. Только тот, кто непосредственно столкнулся с этой стрелой, знал, как страшна стрельба из лука этого человека.

Тем не менее, было кое-что еще, что он заметил: он никогда не видел, чтобы этот человек стрелял более трех стрел.

Более того, этот убийца ни разу не раскрыл себя.

В разгар нападения на Чжан Сунь, во время бегства, он много раз думал об этом. Если бы этот человек вышел вперед, чтобы остановить их в тот день, Чжан Сунь и он не выжили бы вообще. Но даже когда он втянул ее в шумную толпу, этот убийца не выстрелил второй стрелой.

Основываясь на этих фактах, весьма вероятно, что этот лучник не мог хорошо перемещаться. В тот момент, когда вы покинули его поле зрения, вы были в безопасности.

По совпадению, он сам не был самым подвижным человеком. К счастью, у него была отличная инвалидная коляска.

Через мгновение колеса его инвалидной коляски разогрелись, когда они вращались в мерцающем темпе, продвигая подростка вперед. Нин Чень ничуть не боялся, что его подстрелят, учитывая, что из лука особенно трудно прицелиться, когда дело доходит до движущихся целей.

Не говоря уже о том, что ему удалось проследить направление, из которого эта стрела появилась, благодаря женщине-убийце. В каком-то смысле она не погибла напрасно, учитывая, что ему, по крайней мере, удалось собрать эту информацию. Если бы не она, Нин Чень, вероятно, должен был бы сделать этот вывод в загробном мире. Стрелы этого человека были слишком быстрыми.

В Имперском городе мест, откуда можно было наблюдать за павильоном, было не так много. Основываясь только на этом факте, было не трудно сделать приблизительную оценку местоположения человека. Единственное, о чем он беспокоился, это о том, насколько сильны были телохранители этого человека.

Под холодным освещением зимней луны можно было увидеть черную тень, несущуюся сквозь ночь. Нин Чень должен был признать, что Старейшина Лу был поистине гениальным ремесленником; с его истинной Ци, толкающей его инвалидную коляску вперед, его мобильность превзошла все ожидания.

Холодный блеск промелькнул на его лице, когда он издалека смотрел на буддийскую пагоду.

В Великой Ся было не много буддистов, и он не был одним из этих немногих.

Буддизм поддерживал следующую жизнь, в то время как он больше беспокоился о своей нынешней жизни.

Если бы он действительно мог перевоплотиться, тогда он надеялся на мир во всем мире.

Пагода была высокой, освещенной. Тем не менее, она не была освещена свечами, но вместо этого светилась в отраженном лунном свете.

Говорят, что когда-то, в прошлые века, буддизм процветал на этой земле. Всякий раз, когда преуспевающий монах умирал, у них была возможность оставить реликвии среди своих останков.

Эта пагода существовала задолго до образования Великой Ся. Таким образом, в то время как в Великой Ся не верили в буддизм, они покорно поддерживали эту древнюю башню на протяжении многих лет.