Глава 63

Глава 63. Меч Города Мечей.

Луна была высоко в небе, проливая свой холодный свет на древний город. Внезапно меч Ци взлетел в облака, мгновенно разрезая облака.

В этот самый момент, все меченосцы города ощутили это. Их лица побледнели от изумления, когда каждый из них осознал, что Меч Города Мечей, готов сделать свой ход в первый раз.

Почитаемый меч города Мечей. Легенда среди меченосцев. Никто и никогда не видел его в бою, но даже мысль о его существовании, уже вселяла страх в их сердца.

«дзинь дзинь дзинь».

Мечи в их руках начали резонировать с могущественной энергией Ци, каждый из которых летал в воздухе, независимо от желания хозяина, чтобы положить начало легенде.

Это была неописуемая сцена. Мир на мгновение замер, когда бесчисленное количество мечей дрожали в своих ножнах и начинали резонировать друг с другом.

Через секунду, несравненный меч поднялся над морем мечей, и не останавливаясь, полетел к западу с вереницей мечей за ним.

Все знали, что меч в городе Мечей не ворвался в царство Сяньтяней. Тем не менее, это не повлияло на его силу.

В этом городе мечей, самым сильным человеком считался тот, кто обладал этим мечом; даже появление Мю Ченьсюэ не могло изменить этот факт.

Граница Сяньтяней была видна всему миру. Но все это было ничем перед этим мечом.

Перед этой живой легендой, все было незначительно, за исключением того, что только путь меча имел значение.

Во всем мире, бесчисленное количество людей могли увидеть его в отдаленных горизонтах, путь мечей освещал путь этому мечу, когда он бросился к западу.

«Он здесь».

Внутри первого Храма внутреннего ночного культа, пробудился непобедимый Монарх войны, его глаза широко раскрылись, прежде, чем вглядеться вдаль, видя через бесчисленное количество препятствий, наблюдая за быстрым прибытием меча.

Он согласился на эту битву с мечом и сегодня был крайний срок этого соглашения.

Среди экспертов, те кто имел квалификацию, чтобы принимать участие в этой битве с мечом, было не так много и находились они далеко друг от друга. Для этого меча, такой достойный противник имел очень важное значение.

«Лязг».

Прямо перед глазами верующих в Первой святыне, меч приземлился с металлическим грохотом. С холодным выражением лица и развивающейся от ветра белой рубашкой, он ждал спокойно перед храмом, чтобы его противник прибыл. Вглядываясь прямо ему в глаза, едва ли можно было уловить следы человеческих эмоций в его мече.

Массивные ворота Первой Святыни открылись со скрипом, раскрывая значительную фигуру Монарха, который прошел вперед с мечом Опустошения Небес. Взглянув на меч перед ним, в его взгляде читалось чувство торжественности.

«После тебя» спокойно сказал Му Бай.

Монарх сделал шаг вперед; внезапно, взорвалась огромная волна угнетающей ауры, что и послужило началом для их битвы.

«Дзинь».

Силуэт Му Бая переместился на доли секунды, прежде, чем внезапно появиться перед влиятельным человеком. Не двигая руками, окружающая энергия Ци слилась вместе в атаке на противника.

Монарх поднял высоко свое копье в воздух и быстро опустил его вниз, что привело к разрушению бесчисленных мечей Ци, одновременно раздвоив Му Бая.

Но когда пыль осела, он снова стоял на своем же месте, как будто он и не перемещался.

Меч Города Мечей был проявлением воли. Расстояние было ничем перед его волей, поэтому это не имело значения перед его мечом.

Именно по этой причине легенда Города Мечей была настолько сильной; никто не мог сравниться с этим мечом, будь то скорость, точность или сила.

Непобедимость Монарха была заложена в огромной силе его боевых искусств, которая могла противостоять мечам и ножам. Как поговаривали, его тело было бессмертным, способное выжить с любой раной, даже смертельной.

В этом мире не было никого, кто мог бы победить Монарха, и конечно же не было того, кто мог бы убить его.

Независимо от того, был ли это меч или другие пять Сяньтяньских мастеров, каждый из них имел то, что делало их непобедимыми. Поэтому даже недавно возвышенный Сяньтянец был их частью.

Му Бай никогда не совершенствовал ни один из Небесных свитков до этого, даже свиток перемещения, который он отдал Мю Ченьсюэ. С его скоростью никто в мире не мог сравниться, даже Мю Ченьсюэ, которая совершенствовала свиток, не могла сравниться с ним.