Глава 75

Глава 75. Положение в лагере.

Три дня убийств сильно подорвали моральный дух войск. К счастью, появление Чжан Сунь привело к исчезновению этой депрессивной ситуации.

Чжан Сунь не была похожа ни на одну предыдущую императрицу — она была дочерью военного маркиза, что не вселяло на нее страх на поле битвы. Немного отдохнув она вызвала к себе единственного оставшегося генерала.

Первоначально в этой армии было назначено три генерала. Однако с убийством двух, остался только один. Но из-за его преклонного возраста, его главная роль в армии состояла главным образом в стабилизации морального состояния войск.

«Ваше Величество”.

Войдя, старый генерал немедленно встал на колени, его глаза слезились и наполнились чувством вины.

«Пожалуйста, встаньте, генерал Лин».

Чжан Сунь поспешно помогла старому генералу подняться на ноги. Безоговорочно прослужив клану Чжан Сунь более 30 лет, такое проявление уважения не было тем, что она могла принять, даже если она была Императрицей.

«Он отец того офицера Линя, который во дворце», — прошептала Цин Нинь.

Услышав это, он слегка удивился, но затем он все понял. Не удивительно, что об офицере Лине так хорошо заботились! Мало того, что он не был наказан после того, как сбежал, он фактически получил повышение по службе.

По правде говоря, этот офицер тоже не был плохим человеком. Его темперамент нравился Нин Ченю, и после столь долгой разлуки он даже начал скучать по нему.

Подняв старого генерала на ноги, Чжан Сунь повернулась к подростку, чтобы представить его. И все же, увидев его в оцепенении, она сразу же разозлилась и сильно треснула его по затылку.

«Почему ты еще не поприветствовал старшего генерала Линя?»

Придя быстро в себя, Нин Чень быстро поприветствовал старшего. «Приветствую, старейшина генерал Линь»

«Это он?» — спросил генерал со слегка смущенным взглядом.

«Нин Чень, сэр генерал, должен знать его имя».

«Ох? Молодой человек, который взорвал дворец Чженцзи? Правду говорят, что герой выходец нового поколения». Старый генерал, чувствовал себя слегка смущено. Глядя на действия ее величества она, очевидно, не видела в этом подростке слугу, а скорее всего напоминали родственные отношения с племянником.

Услышав это, Нин Чень неловко улыбнулся. Из всего, что он упомянул, почему это так смутило Нин Ченя. У него было огромное количество достижений, таких как погружение руки в этот котел с маслом, и, и … это единственное о чем он вспомнил.

Видя эту улыбку, Цин Нинь быстро «похлопала» его по плечам; всякий раз, когда они видели его улыбку, Чжан Сунь и Цин Нинь всегда чувствовали себя крайне неловко, как будто у них была аллергия на это.

Нин Чень снова поморщился.

Тем не менее, этого была просто болтовня. Тревожное выражение сразу же появилось на ее лице, когда Чжан Сунь спросила генерала: «Генерал, как обстоят дела на поле битвы?»

«Ваше величество, великая армия монголов в 300 000 человек расположена в 200 ли (100 км) от лагеря и готова к нападению», — четко ответил генерал.

200 ли. Услышав это, сердце Нин Ченя сжалось. Отбросив свое смущение, он с тревогой спросил: «Когда об этом сообщили?»

«В полдень другой разведчик только что подтвердил эту информацию».

Голос генерала звучал немного неуверенно, как будто он был не уверен, что сказал что-то не так.

«В чем дело !?» Зная характер Нин Ченя, такая непристойность не была похожа на мальчика, поэтому она подняла голос, чтобы поторопить подростка.

«Сегодня вечером в лагере может быть скрытая атака!», — серьезным голосом ответил Нин Чень.