Первый матч сезона

За уроками и домашними заданиями первокурсники Гриффиндора даже не заметили, как пролетел октябрь. Джеймс, Сириус, Римус и Питер почти закончили составлять карту первых двух этажей, отметив все значимые коридоры и объекты на двух огромных кусках пергамента, которые теперь хранились в сундуке Сириуса. И все-таки, несмотря на все приложенные усилия, мальчики не были уверены, что проверили и зарисовали все помещения. Им казалось, что еще оставались пропущенные ими части замка. Главной причиной этого был Филч. Казалось, он способен перемещаться из одной части школы в другую за считанные секунды.

— Может он трансгрессирует? — предположил однажды Джеймс, когда ребята возвращались в школу после урока полетов.

Римус отрицательно махнул головой.

— Билиус говорил, что на территории школы это невозможно. Поэтому занятия по Трансгрессии проходят в Хогсмиде.

— Тогда черт возьми, как он это делает? — пробормотал крайне озадаченный Сириус.

С каждым занятием первокурсники летали все лучше и лучше, но пока к уровню Джеймса приблизился только один человек — Лили Эванс, оказавшаяся прирожденной летуньей. В прочем, это мало кого удивило — девочка добивалась отличных результатов почти по всем предметам. Профессор Слизнорт просто обожал ее, не уставая нахваливать каждое приготовленное ею зелье. Да и другие преподаватели часто хвалили ее за успехи в учебе.

— Почему бы нам просто не короновать ее и не покончить с этим? –недовольно пробурчал Сириус, когда профессор МакГонагалл на очередном занятии продемонстрировала классу идеальную свистульку, трансфигурированную Лили из настоящей птички. — Это даже не остроумно. Любой бы додумался.

Джеймс и Сириус тем временем постепенно обретали славу несколько иного рода благодаря своей невероятной способности попадать в неприятности (и с честью из них выпутываться). Сами мальчишки постоянно проворачивали всякие штуки, и учителям приходилось приглядывать за ними не только во время занятий, но и в перерывах между ними. Возмущенные крики попавшихся в расставленную ребятами ловушку или ставших объектом их шуток стали нередким явлением в гостиной Гриффиндора. Одной из любимых шуток самих ребят стал тот раз, когда, применив к Питеру заклинание, обнаруженное Сириусом в какой-то книге, они создали над ним небольшое дождевое облачко. Было весело, ровно до тех пор, пока не стало ясно, что контрзаклинание работать должным образом не хочет. Пришлось идти к профессору МакГонагалл. Та была очень недовольна и даже сняла у Гриффиндора пять баллов.

Самой обсуждаемой в школе темой второй половины октября стало начало квиддичного сезона. Первой должна была состояться игра между командами Гриффиндора и Пуффендуя. Разговоров много было еще и от того, что обе команды сменили своих капитанов — старые выпустились в прошлом году. Событие предстояло невероятно захватывающее. Захватывающее вдвойне ведь состояться матч должен был в день перед Хелловином, а сразу после матча — большой праздничный пир.

День матча выдался пасмурный. Время от времени начинался противный мелкий дождь, но это не остановило ребят. Никакая скверная погода не могла заставить Джеймса и остальных пропустить игру. И не только их. Казалось, на трибунах собралась почти вся школа, облачившаяся в галоши и дождевики. Некоторые — и в их числе Джеймс — наложили на себя водоотталкивающие чары.

Несмотря на дождь, на трибунах царило оживление. Сириус притащил с собой коробочку Берти Боттс, и ребята коротали время до начала игры, поедая их. Мальчики смеялись, обменивались бобами и подначивали друг друга съесть те, что выглядели наиболее странно и невкусно. После того, как Питер, несмотря на все уговоры, отказался есть один из самых подозрительных бобов, ребята заскучали. По счастью, именно в этот момент по трибуне прокатился восторженный гул.

Мадам Трюк вышла на поле. Открылись двери раздевалок. Появились команды — сначала Пуффендуй, потом — Гриффиндор.

— Добро пожаловать на первый матч Кубка Хогвартса по Квиддичу 1971! — комментатором был четверокурсник-когтевранец по имени Оскар, которого Джеймс узнал потому, что тот как-то раз остановил их во время составления карты первого этаже. — Этот сезон открывает матч Пуффендуй-Гриффиндор.

Трибуны взорвались аплодисментами. С трибуны Слизирина донеслись не самые лестные комментарии в адрес команды Гриффиндора.

— Придурки, — пробормотал Сириус, с неприязнью глядя на серебристо-зеленый угол стадиона.

— Новые капитаны Уолли Джонс и Дерек Белл пожимают друг другу руки. Снитч на поле! Мы начинаем! — голос Оскара звенел от восторга, пока от описывал происходящее на поле.

Джеймс и Сириус встали на скамейки, крича и маша игрокам руками. Дерек Белл был потрясающим загонщиком. С невероятной скоростью он лавировал между других игроков.

— Квоффл у Белла, — голос Оскара катился над трибунами. — Обходит Джаспера Кенсингтона. Почти у ворот. Бросок. И… Счет десять — ноль в пользу Гриффиндора.

Гриффиндорская часть трибун буквально взорвалась, когда брошенный Дереком мяч пролетел через золотое кольцо в дальнем конце поля. Джеймс подпрыгнул от восторга. Даже сидевшие немного в стороне от других гриффиндорцев Лили и Алиса выглядели впечатленными и тоже аплодировали. Алиса пришла сюда, в первую очередь чтобы поддержать своего старшего брата, сильно волновавшегося из-за своей первой игры в роли капитана. Лили пошла за компанию с подругой. Взгляд Джеймса случайно остановился на аплодировавшей Лили. Мальчик улыбнулся.

Сириус проследил за взглядом друга, широко улыбнулся и громко заявил:

— Только представь, приятель, уже в следующем году все эти аплодисменты достанутся тебе.

Джеймс рассмеялся. Лили недовольно посмотрела в их сторону.

— Ты станешь звездой, — как ни в чем ни бывало продолжил Сириус. — Все захотят с тобой общаться. От девчонок отбоя не будет.

Лили фыркнула и отвернулась.