Високосный День

Римус опасался наступления полнолуния сильнее, чем обычно. Хотя Джеймс и Сириус заверяли его, что не станут влипать в неприятности, пока он будет в Визжащей Хижине, мальчик понимал, что есть высокая вероятность того, что, вернувшись, он обнаружит их на отработках или — того хуже — исключенными из школы. «Ну, во всяком случае, я не буду иметь к этому никакого отношения», — пытался убедить себя Римус, но, если честно, он не мог не признать, что какая-то маленькая часть его все же хотела, чтобы это было не так.

Опасения Римуса не были безосновательными — между Джеймсом и Сириусом существовала негласная договоренность, что как только Римус покинет замок, остальные гриффиндорцы отправятся на поиски пропавшего зеркала. Джеймс знал, что Римус ни за что не одобрит эту экспедицию, и понимал, что у того есть серьезные причины сомневаться в ее успехе. В конце концов была тысяча (если не больше) вещей, которые могли все испортить. И все же, несмотря ни на что, Джеймс верил в успех. Во-первых, если они отправятся в гостиную Слизирина в день полнолуния — високосный день — 29 февраля, а этот день всегда был счастливым днем для Джеймса. Кроме того, мальчик чувствовал, что на их стороне сам Дамбладор. Особенно крепко он в этом уверился после загадочного исчезновения профессора Тутмана, сразу после разговора в Большом Зале. Был шанс, что, если их поймают за кражей зеркала, директор придет на помощь. В конце концов, что значат несколько нарушенных правил, если на кону — судьба волшебного мира, верно?

Римус собирал вещи, стараясь отсрочить как можно сильнее свой уход. Он оглядел своих друзей. Сириус делал вид, что очень занят чтением конспектов по Трансфигурации, но на самом деле просто старался не смотреть Римусу в глаза. Джеймс лежал на кровати и баловался со снитчем, ловя и отпуская золотистый шарик. Иногда он искоса поглядывал на Римуса через плечо Питера. Четвертый же гриффиндорец стелил постель. Римус сделал глубокий вдох, перекинул сумку через плечо.

— Не лезьте в неприятности, хорошо? — попросил он.

— Конечно, — моментально ответил Джеймс.

Питер оторвался от своего занятия.

— Ты уходишь? Уже? — он посмотрел на часы. — Неужели уже так много времени?

— Почти ужин, — зевнул Джеймс, снова ловя снитч.

Римус кивнул.

— Блин, — сказал Питер. — Не удивительно, что я голоден.

— Ты всегда голоден, — заметил Сириус, не поднимая взгляда от пергамента.

Римус подошел к двери, но остановился, положив руку на ручку. Мальчик развернулся.

— Вы ведь не планируете лезть в гостиную Слизирина, верно? — спросил он.

Джеймс растеряно моргнул, пытаясь придумать убедительный ответ.

— С чего бы нам? — все, что он сумел придумать.

— Не притворяйся, — потребовал Римус. — Пообещайте, что не станете испытывать удачу, ладно? Люциус Малфой не похож на человека, с которым стоит шутить, — мальчик вздохнул и потянулся было к дверной ручке, но снова остановился. — И — чтобы вы не делали — не лезьте к Темному Лорду вообще. А еще вам стоит, наверное, избегать Снейпа потому, что вы рискуете разозлить Лили Эванс, а она в гневе страшна. И не бросайте Питера. Не портите исторические объекты. И не смейте вылетать из школы. — Мальчик умоляюще посмотрел на друзей, повернулся к двери, а затем снова к ребятам: — И не вздумайте что-либо утаить, когда я вернусь.

— И не подумаем, — ухмыльнулся Сириус.

* * *

Когда троица оставшихся первокурсников спустилась в гостиную, там был Билиус Уизли. Староста отряхивал снег со своих ботинок.

— Где был? — спросил у него Джеймс, наблюдая, как Билиус, наконец отряхнувшись, валится в кресло перед камином.

В гостиную тем временем входили другие заснеженные шестикурсники.

Билиус протянул руки к огню.

— Только что с Ухода за Магическими Существами, — объяснил он. — Изучали Гигантского Кальмара. Денька потеплее выбрать они, конечно, не могли. На улице лютый мороз. А вы куда собрались?

— На ужин, — ответил Сириус. — Увидимся там.

Мальчик поманил за собой Джеймса и Питера.

— Хорошо, — сказал Билиус и помахал ребятам, но со своего места не сдвинулся.

Ребята спустились на первый этаж. Питер двинулся было в сторону дверей Большого Зала, но вдруг понял, что его друзья идут в совсем другом направлении — в направлении лестницы, ведущей в подземелья. Сириус, закусив губу, наблюдал за поднимающимися на ужин слизиринцами.

— Я думал, мы идем ужинать, — прошептал Питер.

— Потом поужинаем, — также шепотом ответил Сириус.

Питер печально посмотрел на двери Большого Зала. Мальчик доносящийся оттуда запах свиных отбивных и бекона. Он вздохнул. Живот отчаянно забурчал.

— Скажи своему бездонному желудку, чтобы он заткнулся, — прошипел Джеймс, но тоже почуяв аппетитный запах, добавил: — Мы непременно поедим после, верно?

— Наверное, — пробормотал Питер.

Ему хотелось есть прямо сейчас. Особенно, если это отсрочит поход в гостиную Слизирина.