Сол 366

«Амицитас». Полёт 3. День миссии 372

«Арес III» Сол 366

– Это глупо.

– Я не собираюсь об этом спорить, – ответил Марк, работая гаечным ключом, в то время как Файрбол держал сопло двигателя (одного из тех, которые они сняли с посадочной ступени МВМ) вверх ногами над его обычной точкой крепления на двигателе «Амицитас». – Но если мы не хотим, чтобы эта штука перевернулась в воздухе, мы должны это сделать.

Файрбол не мог с этим поспорить. Сначала они просто подумали отправить ракетный двигатель, как он есть, все одну и четыре десятых тонны. В конце концов, у Марса ведь была настолько разреженная атмосфера, что её сопротивление можно было не учитывать, верно? Затем Старлайт Глиммер передала им цифры, полученные в ходе испытаний в Эквестрии, в частности, при запуске, который доставил Кризалис к новому гигантскому орбитальному кораблю. Марк сделал несколько быстрых приблизительных подсчётов и выяснил, что испытательный объект, вес которого составлял примерно восемь процентов от стартового веса корабля, использовавшегося во время полета Кризалис, покинет площадку с ускорением около семидесяти G…

…или, если выразить это в метрах в секунду, почти семьсот метров в секунду за секунду, если бы они использовали ту же систему. Даже с более умеренной системой, которую рекомендовала Твайлайт Спаркл, испытательный объект преодолеет марсианскую скорость звука уже примерно через две трети секунды после старта.

Файрбол знал, что он дракон скромного интеллекта, но даже он видел здесь две проблемы. Во-первых, любая способность Марса сбивать полёт с курса воздушным сопротивлением вступила бы в действие практически сразу, и поэтому двигатель должен был быть хотя бы слегка аэродинамичным, если они не хотели, чтобы он упал прямо им на головы в виде нескольких до боли тяжёлых кусков.

Во-вторых, даже при наличии аэродинамического обтекателя, который они пытались соорудить, только идиот согласился бы стоять где-то поблизости от того места, откуда эта штука стартует.

Всё это было очевидно. Но надевать сопло двигателя на саму камеру сгорания задом наперёд, чтобы открытый конец большей частью накрывал внутренности двигателя, было похоже на того пони — а ведь на каждой вечеринке такой пони найдётся – который думает, что это самая уморительная вещь на свете, если надеть абажур на голову. Снова.

Да, это был способ сэкономить на запчастях, хотя это теперь было не настолько актуально, поскольку они больше не собирались привинчивать эту ракету и двух её сестёр к МВМ «Арес IV», но вам не надо быть драконом, чтобы понять смысл накопления полезных материалов во враждебном, непредсказуемом мире.

И да, материал, из которого было сделано сопло, был специально разработан для того, чтобы противостоять огромным температурам, трению воздуха и всему, с чем пони, драконы или невменяемые чейнджлинги могли его столкнуть.

Всё это было правдой, и всё равно это выглядело глупо.

– Ну, вот и всё, – сказал Марк, резко дотягивая последний болт своим ключом с трещоткой. – Пойдём внутрь и сделаем ему носовой конус и стабилизаторы.

Для запуска они притащили двигатель в зону «Эпсилон», к востоку от пещерной фермы. Это не было абсолютной гарантией того, что вращение планеты с запада на восток предотвратит попадание двигателя в Дом в случае аварии, но это уменьшало шансы на это. Любой осечке в системе запуска потребуется немалая помощь, чтобы преодолеть скорость вращения Марса.