Глава 227

На следующее утро после разговора с сестрой Наташу проинструктировали о том, что от нее ожидается после возвращения в Щит. В том числе о том, что ей можно говорить, а что нельзя даже под страхом смерти.

Она не была уверена, что Фьюри поверит в ту ложь, которую ей придется ему сказать, но точно знала, что, как только она вернется, и она, и подразделение Фонда Риччи окажутся под пристальным вниманием.

Наконец ей выдали ошейник с бомбой, гладкий и похожий скорее на чокер. Он был модифицирован таким образом, чтобы срабатывать, если его неправильно снять. Это означало, что она могла заявить, что ей позволили уйти, потому что она не могла ничего разболтать.

Когда же спецы Щита снимут его, она сможет рассказать тщательно подготовленную историю, чтобы заслужить доверие Фьюри и успокоить его. В конце концов, никто не мог просто так отпустить шпиона, если не был уверен, что тот не сможет говорить.

Они рассчитывали, что если покажутся заносчивыми и Фьюри подумает, что сможет их перехитрить, то он сразу же перестанет относиться к ним серьезно. Лично она считала, что шансы на успех велики.

…

Выйдя из дома, Наташа оглянулась на особняк Риччи.

Когда она впервые согласилась на это задание, чтобы работать под прикрытием в семье Риччи, она и подумать не могла, что теперь, спустя несколько месяцев, ей придется работать под прикрытием уже в Щите, состав ее союзников очень поменялся.

Однако, как она неоднократно убеждалась, работая на Фонд, мир полон неожиданностей.

Наташа начала идти, следуя протоколу эвакуации, который она составила вместе с Клинтом. Вскоре она пришла в переулок, расположенный в нескольких кварталах от особняка. Там она быстро нашла спрятанный телефон.

— Паук на ветру, ищу ястреба, — как только звонок соединился она произнесла код, который они придумали, и почти сразу же тот снова прервался.

Пройдя в другой конец переулка, она не сразу увидела, что перед ней остановилась машина. Как только она села в нее, та сразу рванула с места.

Она молчала всю дорогу, просто сидела, пока они ехали к следующей точке.

Так продолжалось некоторое время: Наташа выходила из машин и садилась в другие, заходила в здания и выходила из них, переодевалась — в общем, делала все, что нужно, чтобы запутать следы.