Глава 386

Наташа и Клинт сопроводили трёх несчастных агентов к заранее подготовленному квинджету, и как только двери за ними закрылись он немедленно взлетел.

Не было времени на любезности или объяснения — им нужно было вывести агентов из города, и сделать это как можно быстрее. Каррингтон был лишь слегка напряжён, ведь он считал Наташу союзником из Гидры, но двое других были гораздо более нервными из-за происходящего и того, что им не давали никакой информации.

Они подозревали, что их разоблачили, но, поскольку их не отправили в камеры или к Фьюри, вскоре отказались от этой мысли и начали гадать, что же происходит на самом деле.

Пока квинджет летел на максимально возможной скорости, где то вдалеке была в разгаре массовая эвакуация гражданских, а также раздавались приказы оставаться в помещениях и не смотреть наружу.

Фонд SCP, сумев вычислить объект ярости SCP-096, точно спрогнозировал его маршрут. Это позволило определить, какие дома существо, скорее всего, разрушит, а какие останутся нетронутыми.

Благодаря этому не приходилось эвакуировать целые деревни, города и мегаполисы — только определенные улицы. Хотя операция по-прежнему оставалась масштабной, она стала более управляемой.

Кроме того, в распоряжении Фонда были местные власти, которые активно призывали всех укрыться в подвалах и спрятаться под столами. Населению сообщали любую информацию, которая могла бы помочь им не увидеть лицо Скромника.

Обычно операция такого масштаба неизбежно привлекла бы внимание СМИ, но на этот раз не было ни единого упоминания ни в местных, ни в национальных, ни в международных новостях. Даже в интернете почти не появлялись обсуждения эвакуации.

Все крупные социальные сети были тщательно очищены, а редкие сообщения на частных форумах и малоизвестных сайтах не могли привлечь достаточно внимания, чтобы вызвать вопросы о внезапной эвакуации.

На SITE-019 специалисты безостановочно отслеживали маршрут SCP-096 и его трёх целей, в то время как Наташа передавала им точные, постоянно обновляющиеся GPS-координаты.

Зная направление полёта и скорость квинджета, Фонд мог с максимальной точностью корректировать эвакуационные меры, минимизируя жертвы среди мирного населения. Тем не менее, несмотря на все усилия, избежать потерь не удалось.

Некоторые люди отказывались покидать свои дома и пытались сопротивляться, особенно учитывая, что американские граждане часто хорошо вооружены.

Фонд не мог позволить себе отказов и не колебался применять силу. Это привело к гибели гражданских и нескольких сотрудников Фонда. Под давлением вышестоящих чиновников местная полиция также начала действовать жёстче, что привело к перестрелкам между полицейскими и теми, кого они пытались спасти.

Таков хаос и безумие, сопровождающие побег объекта SCP из-под контроля. Здесь не было места милосердию или колебаниям. Только строгие протоколы Фонда SCP могли свести потери к минимуму, при этом обеспечив изоляцию и удержание объекта.

В это время в Трискелионе Ник Фьюри стал понимать, что его всё больше отстраняют от управления операцией. Как только цели SCP-096 были установлены, поток информации от Оплота практически прекратился. Казалось, что на него нагло переложили ответственность.

Все вокруг требовали объяснений — почему это он санкционировал массовые эвакуации целых городов, а затем внезапно отменил их.

Даже президент, с которым Фьюри недавно разговаривал и который поддержал операцию, внезапно снова вышел на связь, выражая полное недоумение происходящим.

И это было действительно пугающе.

Фьюри был уверен, что ранее говорил с настоящим президентом, а это означало, что, если тот не помнил ни их разговора, ни своего разрешения на операцию, его память была стерта.

Стирать воспоминания действующего президента США — это выходило далеко за рамки допустимого. Обращаться так с лидером свободного мира? Немыслимо!

Хотя Фьюри презирал многих политиков, он уважал цепочку командования, даже если она зачастую состояла из дураков и идиотов.

В глубине души он даже завидовал той свободе, с которой действовал Фонд, пока он сам был по рукам и ногам связан бюрократией.

Но это была мысль, которую он никогда не озвучил бы.