Глава 152

Леон откинулся и облокотился на стойку бара. Он окинул взглядом оживленный зал, наслаждаясь болтовней и прочим шумом.

Игривая улыбка тронула уголки его рта.

Он поговорил с хозяином бара, Стариной Майком. Тот рассказал ему об истории появления бара, близлежащих городах и даже о местной культуре. Этот старый ковбой был крепким орешком, из тех, кто держит заряженное ружье под стойкой — на случай, если в его бар заявится бурый медведь.

Но под суровой внешностью Майка скрывалось доброе сердце. Он дал Леону множество советов, в основном о том, чего следует остерегаться молодому человеку.

Леон внимательно слушал болтовню Старины Майка, пока их не отвлекла эффектная женщина, вошедшая в помещение.

Красивая женщина привлекла внимание почти всех в баре – посетителей и официанток, которые смотрели на нее завистливыми взглядами. Увидев ее, Леон сунул руку в карман и вытащил золотую монету с изящной резьбой. Не оборачиваясь, он положил ее на стойку.

Увидев удивленный взгляд Старины Майка, Леон объяснил:

— Это тебе за причиненный ущерб. И не тянись к тому здоровяку под стойкой.

— Подожди, что?

Старина Майк выглядел озадаченным.

Но в следующий момент Старина Майк понял, о чем говорил Леон. Женщина, одетая в яркий свитер, прошла в бар и щелкнула пальцами.

Щелк!

Щелчок прозвучал как раскат грома для всех остальных. Посетители инстинктивно зажали уши, потрясенные силой звука. Все они бросали удивленные взгляды на женщину.

Но один мужчина с растрепанными волосами, зловещим взглядом и отсутствующим выражением лица просто сделал глоток алкоголя.

— Простите, парни, вечеринка окончена, — сказала она с вежливой улыбкой. — Прошу вас покинуть заведение.

Некоторые посетители, пьяные и раздраженные, нахмурились от ее слов. Несколько мужчин потянулись к пистолетам, висевшим у них на поясе. Они дружно сделали шаг вперед, готовые поставить ее на место.

Но как только они это сделали, женщина пронзила их взглядом. Ее яркие глаза покраснели, когда волна ошеломляющей силы захлестнула всех присутствующих.

Смелые мужчины замерли и мгновенно протрезвели от ее ужасающего, почти осязаемого присутствия.