Глава 98

Повисла короткая пауза, прежде чем нынешний премьер-министр наконец нашёл в себе мужество заговорить:

— Король Артур, каковы ваши намерения в отношении Соединённого Королевства? Вы действительно объявляете себя абсолютным монархом демократической нации?

Вопрос был ожидаем, хотя я и не думала, что он задаст его так скоро. Тем не менее, мой ответ не изменился. Я отвернулась от него и посмотрела прямо в камеру:

— Да, я король, и моё слово — закон.

Премьер-министр слегка подался вперёд, его взгляд стал острым:

— А как же правительство? Монархия у нас уже веками выполняет лишь символическую роль. Вы предлагаете нам отказаться от демократии и вернуться к… феодальному правлению?

Я вновь повернулась к нему. Мой шлемированный взгляд упёрся в него:

— Нет, вы неправильно поняли. Я не предлагаю, я утверждаю. Я возьму власть в свои руки. Я буду править — с правосудием, честностью, справедливостью, с теми ценностями, которые определяют мою сущность как короля и рыцаря.

Лицо премьер-министра напряглось — вес моих слов явно выбил его из равновесия:

— Но, при всём уважении, король Артур, наша страна изменилась. Демократия — это воля народа. То, что вы описываете — централизованная власть — противоречит современным принципам управления.

— Мы здесь не для обсуждения этого вопроса, а чтобы ответить на вопросы народа. Давайте продолжим. У кого ещё есть вопрос? — отрезала я, пресекая дискуссию в зародыше.

Я не собиралась обсуждать это с ним; я знала, он никогда не согласится. Даже если бы и захотел, он бы этого не признал — просто не смог бы.

В конце концов, я разрушала институт, который давал ему власть. Как он мог с этим смириться?

Но я рано поняла, что просто обязана взять власть в свои руки. Без этого я бы никогда не смогла действовать так, как считала нужным; лишь как истинная правительница, королева этой земли, я могла сделать то, что должно быть сделано.

— Ваше Величество. Я принц Эдвард, представитель королевской семьи нынешней эпохи. У меня множество вопросов, но один особенно тяготит моё сердце. — начал принц.

— Наши легенды описывают вас как скромного короля, в чьём сердце жили справедливость и честь. Мы только что увидели Круглый Стол — символ вашего смиренного правления, доказательство того, что вы не желали сидеть во главе стола, не желали возвышаться над своими рыцарями.

— И всё же, — продолжил он, — теперь вы сидите на великолепном троне, окружённая рыцарями. Мы сидим ниже вас. Это противоречит тому, что мы знаем о вашей природе. Скажите, неужели старые сказания ошибались?