Глава 510: Федерация

Каир, 1 июля 2010 года.

Парящий город Каир сиял под полуденным солнцем. Он возвышался над песками Египта — земли, где когда-то зародилась человеческая цивилизация, — теперь же став живым символом прогресса объединённой Земли. Земли, что принадлежала Хаммеру и созданной им Федерации. Тысячи людей собрались на главной площади парящего мегаполиса, их голоса сливались в ровный гул ожидания — все ждали появления своего лидера. Для многих — Бога.

Хотя контроль над некоторыми регионами, например Ближним Востоком, всё ещё был шатким, весь мир уже признал его власть. Первый день июля — этот день — возвещал новое рождение человечества. Его восхождение как центра вселенной.

Огромные голографические экраны окружали площадь, транслируя происходящее миллиардам по всему миру. Символ Хаммера — зависший в воздухе, словно второе солнце, — отбрасывал свет на толпу. Над ними порхали дроны, снимая каждый угол сцены, не позволяя ни единому моменту речи Джастина остаться неувиденным.

За трибуной развевалось массивное знамя с эмблемой Федерации Хаммера.

Джастин вышел на сцену, облачённый в идеально сшитый чёрный костюм с едва заметными золотыми акцентами. Его появление вызвало рев оваций и крики толпы, гремевшие, как гроза. Его улыбка была уверенной, взгляд — острым, он охватывал взглядом море лиц. Он поднял руку, и шум медленно стих, оставив в воздухе напряжённую тишину, полную ожидания.

Он заговорил — голос его усиливали продвинутые звуковые системы, но всё равно в нём звучала естественная харизма и убеждённость, благодаря которым он стал богом для многих.

«Сегодня», — начал Джастин, голос его был ровным и твёрдым, — «мы отмечаем рассвет новой эпохи. Эпохи, в которой человечество больше не разделено границами, больше не расколото мелкими конфликтами наций и идеологий. Сегодня мы стоим как единое целое — не как американцы, русские, китайцы или кто-либо ещё — а как один народ. Как единое человечество».

Толпа взорвалась криками, и энергия этой массы была почти физически ощутима. Джастин сделал паузу, давая их восторгу разгореться, прежде чем продолжить.

«Когда я впервые обратился к вам здесь, в этом самом городе, я попросил вас представить себе мир без разделений. Мир, где каждый мужчина, женщина и ребёнок могут процветать. Сегодня этот мир — уже не мечта. Это реальность».

Он широко жестом указал на голографические экраны, где теперь транслировались изображения процветающих городов, восстановленных под управлением Хаммера, улыбающихся семей, технологических чудес, меняющих жизни. Его голос зазвучал с новой страстью.

«Каждая страна, каждая культура, каждая частица этой планеты теперь стала ценной нитью в полотне Федерации Хаммера. Но чтобы по-настоящему процветать, нам нужно отпустить то, что нас разделяет. Границы, флаги, национальная гордость — всё это пережитки прошлого. Сейчас важна лишь наша общая суть. Потому что во всей вселенной есть одна неизменная истина — люди, мы, превосходим всех!»

Эта декларация прозвучала как раскат грома, и толпа в восторге ответила, поднимая кулаки вверх. Взгляд Джастина скользил по лицам, и в нём отражалась гордость.

«Люди», — продолжил он, голос стал резким, стальным, — «хозяева своей судьбы. Мы прошли сквозь бесчисленные испытания — войны, голод, пандемии, глобальные кризисы, когда инопланетяне пытались удержать человечество, боясь нашего потенциала. И каждый раз мы восставали сильнее. Вместе, как единая раса, мы не просто выживем — мы покорим саму смерть!»

Толпа закричала, грохоча в унисон: «Хаммер! Хаммер! Хаммер!» — звук становился настолько мощным, что, казалось, дрожит сам воздух.