Глава 260: Гипноз

– Что, мать вашу, тут произошло, пока меня не было? – спросил Питер, и все разом начали жаловаться.

…

Выслушав все жалобы, Питер вздохнул, собирая кусочки головоломки воедино.

– Позвольте мне всё обобщить, – говорит Питер, когда все закончили ныть. – Все началось из-за того, что вы не смогли поделить, кто где спит?

После ухода Питера Грут смог разнять Квилла и Ракету, но мелкие споры на этом не закончились.

Вскоре пришло время делить спальные места, а на корабле было всего две спальни.

Само собой, Квилл, будучи влюбленным идиотом, предложил гостевую комнату Гаморе, оставив свою спальню в качестве единственного варианта для деления.

К счастью, Дракс не возражал и уснул на одной из скамеек, похожих на диван, рядом с Грутом, которому не требовалась кровать для хорошего сна.

Трудность возникала только с Ракетой, который отказывался спать где-либо еще, кроме кровати Квилла, и не хотел делиться с ним.

Квилл тут же отказался, и между ними завязалась драка, которая в конце концов разбудила всех.

Грут был единственным, кто разнял потасовку, хотя и получил при этом небольшие повреждения.

Пока Питер пытался найти решение, Квилл и Ракета украдкой поглядывали на Дракса и изо всех сил старались сдержать смех.

«Кажется, они обрисовали Дракса ещё до драки», – подумал Питер, увидев на лбу Дракса нарисован член. – Дракс, иди и умойся.

– А? – он смущенно хмыкнул, потрогав свою щеку. – У меня на лице осталась еда?

Послышалось негромкое хихиканье обоих задир, что привело Дракса в еще большее замешательство.

– Увидишь, просто сходи в ванную, – говорит Питер, и Дракс уходит, недоумевая насчет происходящего.

– Пока он отмывает граффити, я добавлю на корабль несколько комнат, чтобы у каждого было свое спальное место, – говорит Питер, когда из соседней ванной раздается громкий крик.

– Негодяи! – Дракс был в ярости.

Прежде чем отправиться переделывать корабль, Питер посмотрел в сторону Квилла и Ракеты, которые занервничали, услышав реакцию Дракса на их маленькую шалость.

– На вашем месте я либо извинился бы и надеялся на прощение, либо прятался, пока он не успокоится, – советует Питер, уходя.

– Квилл! Ракета!

–––––––––––––––––

За следующий час, благодаря знаниям Питера в Мистических искусств, он быстро переделал корабль, превратив две спальни, а также некоторые неиспользуемые складские помещения в 6 спален среднего размера с собственными ванными комнатами.

По одной для каждого члена экипажа.

Хотя Питеру не так уж и нужна была комната, поскольку он мог легко переместиться домой и переночевать, он на всякий случай сделал одну и для себя.

«Можно будет отдать её Мантис, если она присоединится к команде», – подумал Питер, заходя в кабину пилота и замечая, что оживленная космическая планета Ксанов становится все ближе и ближе. – Похоже, вам еще не скоро удастся заснуть.

– Что ты сделал с моим ребенком?! – воскликнул Квилл, увидев, наконец, все комнаты, построенные Питером.

До этого момента он был слишком занят, прячась от Дракса, чтобы заметить изменения.

– Что? Если мы собираемся быть командой, то каждому нужна своя комната, – просто сказал Питер.

– С какого это времени мы стали командой? – жалобно спросил Квилл. – Моя спальня вдвое меньше прежней, а большая часть кладовки исчезла!

– Тебе не нужно было столько места, а кладовка была совершенно пустой, с самого начала, – возразил Питер, пожав плечами.

– Да не в этом дело! – в отчаянии воскликнул Квилл, когда из пульта управления послышался слабый писк.

– Мы получили входящий звонок от корпуса Фашистов! – восклицает Ракета, не решаясь ответить на вызов.

– Отвечай, – Питер оставляет Квилла с его истерикой и присоединяется к Ракете у большого экрана, который загорелся как раз к его приходу.