Глава 100

«Не желаете ли… чаю». нервным голосом спросил официант. Официант был заворожен красотой указанной женщины, и именно поэтому он оступился, сказав «чай», хотя у него были только красные вина.

Но это привлекло внимание женщины. Упомянутая женщина была азиатского происхождения, черные волосы цвета ворона, розовая кожа, слегка загорелая, она ни в коем случае не была исключительной. Но в своем цельном синем платье, плотно облегающем ее фигуру в форме часовых стекол, она была очаровательна, тем не менее.

Женщина улыбнулась его попытке, подумав, что это еще один глупец, который хочет завлечь ее. Мужчина был привлекателен, и она это признала. Что ж, здесь было тихо, ей становилось скучно, так что она могла бы немного развлечься.

«Почему бы нам не пойти в сторону и не выпить чаю… о котором ты говорил». промурлыкала она, обнимая официанта за плечи. Официант проглотил комментарий, так как женщина была слишком близко к его лицу. Он чувствовал даже ее дыхание.

Прежде чем официант успел ответить, женщина взяла его за галстук и повела за собой, отведя официанта в угол. Оглядевшись, она увидела, что там никого нет. Она втолкнула его внутрь женского туалета.

Обхватив руками бедра, она продемонстрировала уверенную улыбку. «Раздевайтесь», — сказала она.

«Прошу прощения?» — спросил официант, задыхаясь, так как его брови покраснели от ее слов.

«Раздевайся». повторила она, улыбаясь. Демонстрируя свою стройную фигуру, она указала на него длинными серебряными ногтями.

.

Тем временем в другом месте Фелиция чихнула. «Эх…» она потерла нос. «Надо было добавить больше подкладки в костюм», — ворчала она, зашивая свой рваный костюм. Она вздохнула, это был уже пятый шов за неделю. К счастью, большинство ее ран были не глубокими, но бегать в рваной одежде было нельзя.

На улице было прохладно. «Хорошо, что Макс сказал, что поможет с моим новым костюмом». пробормотала она, глядя вверх. Подумав о Максе, она нахмурилась: «Почему у меня покалывает кошачье чутье?» — спросила она, а потом пожала плечами. У нее были дела поважнее, чем беспокоиться о своем любимом шоколадном мальчике.