Глава 31

Февраль семенился мартом, и мои дни следовали размеренной, насыщенной рутине. Мои будни были тщательно структурированы: три-четыре часа интенсивных занятий, один-полтора погружающих уроков музыки и полтора часа, посвященных энергичным танцам и боевым искусствам.

Выходные были моим убежищем, предлагающим передышку от напряженного графика. Я часто искал утешения в ближайшем парке, где щебетание птиц и шелест листьев создавали безмятежный фон, пока я бренчал на своей гитаре. Несмотря на то, что я заводил знакомства на своих занятиях, ни одно из них не переросло в достаточно глубокую дружбу, чтобы быть заслуживающим упоминания.

Жизнь шла вперед, и я дорожил каждым ее моментом. Папа был глубоко погружен в производство «Гарри Поттера», часто летая между Ло-Анджелесом и Лондоном, чтобы убедиться, что все в порядке. Прослушивания были в самом, разгаре, вызывая огромное волнение у детей по всей Великобритании.

На данный момент роли Драко Малфоя и близнецов Уизли были утверждены, и оригинальные актеры повторили свои роли из моей предыдущей жизни. Что касается взрослых, то Мэгги Смит и Алан Рикман были утверждены на роли МакГонагалл и Снейпа соответственно. Было приятно видеть, что некоторые вещи остались неизменными.

Наконец, настал решающий день для финализации роли Гарри Поттера. Я стоял перед зеркалом в гримерной, полностью погруженный в свою трансформацию. Мантия Хогвартса сидела на мне идеально, волосы были уложены в характерный небрежный вид, а на лбу был тщательно нанесен культовый шрам в виде молнии. Мои натуральные черные волосы и зеленые глаза не требовали парика и контактных линз, что добавляло аутентичности моему образу.

— Трой, ты выглядишь именно так, как я себе представлял! — воскликнул Крис Коламбус, когда я вышел из примерочной, его глаза загорелись одобрением.

Я улыбнулся, но промолчал, обратив взгляд на другую важную фигуру в комнате: Джоан Роулинг, мать самого Гарри Поттера.

Наши глаза встретились, и я заметил, как в ее появились слезы, мерцающие от эмоций.

Не желая продлевать ее слезы, я вытащил деревянную палочку (свою волшебную палочку) и игриво произнес заклинание — Риктусемпра.

Она захихикала, ее слезы превратились в смех, звук, наполнивший комнату светом.

Моя улыбка стала шире от удовлетворения.

— Видишь, Крис? Эта палочка мне очень подходит. Мое заклинание сработало на Джо. Она выбрала меня.

Крис тепло улыбнулся, указывая на сценарий на столе.

— Почему бы тебе не прочитать нам несколько сток, Трой?

— Конечно, — я взял в руки сценарий, и внимательно прочитал данные мне страницы, ощущая всю тяжесть момента.

Это была сцена, где Гарри понимает, что Снейп отдал Хагриду яйцо дракона, чтобы тот рассказал о Пушистике, трехголовой собаке. Я сделал глубокий вдох, направляя любопытство и решимость Гарри, готовый воплотить персонажа в жизнь.

— Конечно, — начал я, позволив осознанию захлестнуть меня, и почувствовав едва уловимую перемену в своем поведении, как будто мысли Гарри были моими собственными.

— Что это? — Линда, директор по кастингу, исполняющая все остальные роли со словами, заговорила от имени Гермионы, ее голос был любопытным и обеспокоенным.

— Тебе не кажется странным, что Хагрид больше всего на свете хочет дракона, а тут появляется незнакомец, у которого он просто случайно есть? — спросил я, и мой голос был полон недоверия. — То есть, сколько людей просто бродят с драконьим яйцом в кармане?

Я позволил нотке разочарования просочится в мой тон, чувствуя недоумение Гарри и нотку самоупрека.

— Почему я не заметил это раньше?

Резко повернувшись, я обратился к Хагриду, мои глаза сузились от настойчивости.

— Хагрид, кто дал тебе яйцо дракона? Как он выглядел? — потребовал я, мой голос был настойчивым требуя правды.

Линда ответила, воплощая небрежную забывчивость Хагрида.

— Я не знаю, — прочитала она хриплым голосом. — Он не снимал капюшон. Никогда не видел его лица.

— Но этот незнакомец, вы с ним, должно быть, разговаривали, верно? — спросил я, воплощая исследовательский дух Гарри, наклонившись вперед, словно собирая воедино важную головоломку.

— Ну, он хотел узнать, за какими существами я ухаживал. Поэтому мы поговорили о Пушистике, — ответила она расслабленным тоном.

— Кажется, его заинтересовал Пушистик? — спросил я, чувствуя, как во мне нарастает понимание, а мой пульс участился, когда все части головоломки встали на свои места.