Глава 184: Его чувства
Глава 184: Его чувства
Предавала и ранила его?
Услышав такое, Чэнь Жун захотелось рассмеяться. И все же, когда она увидела его одинокие глаза и окровавленную, грязную фигуру, этот красивый и бесчувственный мужчина почему-то показался ей холодным и одиноким, несмотря на теплое солнце над головой. В его взгляде чувствовалась опустошенность человека, живущего в вечной пустоши, никем не понятого и не сопровождаемого.
Глядя на него таким, ее глаза невольно защипало. Она наклонила голову, чтобы ветер высушил глаза… Возможно, она никогда не знала этого человека, чьи кости жаждали нежности. Когда-то она думала, что он сделан из железа и никогда не окажется побежденным. Но она ошибалась. В обеих жизнях он всегда был один, его душа всегда блуждала и искала тепла, несмотря на то, что у него было.
В своей прошлой жизни она использовала неправильный способ привлечь его внимание. Несмотря на все свои старания, она не сумела заставить его оглянуться на нее.
В этой жизни она отпустила его и свою собственную одержимость. И все же этот непреднамеренный и подсознательный отказ был тем, что заставило ее войти в его сердце.
Подумав об этом, Чэнь Жун почувствовала, что она действительно причинила ему боль. Точно так же, как он причинил ей боль в прошлом, теперь она вошла прямо в его сердце, а затем отвергла его, нанеся ему самую большую рану.
Ее губы подрагивали, но в отличие от прежнего, в этот раз Чэнь Жун не чувствовала себя счастливой.
Придержав свои развевающиеся на ветру волосы, она намеревалась заговорить, когда вновь услышала его голос:
— А Жун, если…
Его голос звучал глухо и мрачно.
— Если обнаружишь, что беременна и тебе некуда идти, тогда найди меня.
Чэнь Жун резко подняла голову и обернулась, посмотрев на него.
— Мужун Кэ действительно не прикасался ко мне, — сказала она, встретив его одинокий взгляд. Ее голос звучал довольно беспомощно. Она тоже знала, что любая женщина, попавшая в руки Ху, в лучшем случае переспит с их генералом наедине или, что чаще всего, станет игрушкой для их капитанов и солдат… Это была норма, которой не могла избежать ни одна женщина. Вот почему и Жань Минь, и Ван Хун не думали, что для нее все прошло иначе.
— У тебя слишком сильная воля, — продолжал Жань Минь, пристально глядя на нее, острым, как нож взглядом. — Если не могла терпеть Чэнь Вэй, то могла бы найти меня и сказать мне все. И все же ты переспала с Ван Хуном из-за такой мелочи. Ты оставила меня, А Жун.
В его голосе сквозила печаль, и он казался еще более беспомощным, когда сказал, что она оставила его.
Губы Чэнь Жун дрогнули. Она знала, что если бы искренне хотела выйти за него замуж, то могла бы найти его, когда услышала о Чэнь Вэй. Возможно, он и не послушал, но она должна была попытаться.
Жань Минь уставился на нее. Увидев, как она склонила голову и ее подрагивающие губы, он сказал:
— Я не хотел зацикливаться на твоей потере целомудрия, я все еще хотел жениться на тебе… Но ты отказал мне. А Жун, твое сердце сделано из железа и камня.
В этот момент он поднял глаза к небу, и его красивое лицо грустно улыбнулось.
— Я родился в семье Ху и принял врага за своих соотечественников. Несмотря на спасение бесчисленных членов клана, я всегда получаю презрение. Но все это не имело для меня значения… потому что ты подарила мне такое счастье, которое заставило меня думать, что жизнь может быть полной. А потом ты поступила со мной таким образом. А Жун, как я ненавидел тебя тогда, как я хотел убить тебя.
Чэнь Жун прикусила губы, ее голова опустилась еще ниже.
Горло Жань Мин дрогнуло. Он закрыл глаза, чтобы скрыть боль и одиночество в них. Его губы шевельнулись, и хрипло произнесли:
— На этот раз я тоже хотел отпустить тебя. Но когда подумал о том, что ты находишься в плену у Ху, как те тысячи женщин Цзинь, которых я видел, плачущих под этими проклятыми Сяньбэями, я не мог усидеть на месте.
Чэнь Жун отступила на шаг, поклонилась и церемонно пожелала ему благополучия. Ее эмоции были слишком сложными, и она почувствовала комок в горле. Кроме этого, она не знала, что еще можно сделать.
— Я рад видеть, что ты вернулась целой и невредимой, — снова прозвучал хриплый голос Жань Миня.
После этих слов он посмотрел на нее и добавил:
— Женщина, запомни мои слова. Если тебе некуда идти, ты можешь прийти ко мне. Как человек чести, я не буду над тобой насмехаться. К твоему ребенку тоже будут относиться как к моему собственному.
Сказав это, он пристально в нее вгляделся. Он смотрел так серьезно и настойчиво, что, казалось, хотел запечатлеть ее в своей памяти, но в то же время как будто хотел бросить на нее последний взгляд, прежде чем полностью забыть ее.