Глава 2

—4 Года—

-Я чувствую себя по-другому… но ничего не происходит… — Лоу печально пробормотал.

В четыре года, его родители обучали только на дому, сейчас Лоу Матани был без рубашки, с нечесаными короткими волосами, размахивал руками и бил кулаками по воздуху, безуспешно пытаясь активировать свою причуду.

— Хм, — его отец, доктор Корасон, постучал себя по подбородку, изучая ребенка. — Стой спокойно, — сказал он, прежде чем наклониться и использовать свою причуду сканера на Лоу. — Твое тело изменилось, у тебя определенно есть фактор причуд и больше митохондрий на клетку, чем вчера. Попробуй это, — Корасон вытянул руку ладонью к Ло, медленно повторяя движение активации своей причуды.

— Ммм, — Лоу скопировал движение и сфокусировался, но ничего не произошло. Когда он собирался заплакать от такой несправедливости, его отец сказал:

— Может быть, у тебя причуда Кику, попробуй сделать вот это, — Корасон взмахнул рукой в движении камень-ножницы-бумага.

Копируя своего отца, Лоу был разочарован во второй раз, обнаружив, что его рука не превратилась в оружие, как у его матери.

Он и раньше видел, как тренируется его мать, с ее причудой в Арсенале она может превратить свои конечности в оружие, от мечей до мощных винтовок с высокотехнологичными прицелами.

Расстроившись, Лоу продолжил трясти руками вверх и вниз, размахивая ими все более и более сердито.

Видя, что его сын вот-вот заплачет, Корасон нахмурился и протянул руку, удерживая мальчика и привлекая его внимание.

— Лоу, этого достаточно, — сказал Корасон.

— Н-но, моя причуда…

— Не имеет значения, в чем твоя причуда, — сказал его отец. — Ты мой сын, и это уже делает тебя лучше всех остальных, даже если бы ты был без причуд, это бы не изменилось.

-Но, — Лоу посмотрел в пол и сжал кулаки по бокам. — Вы с мамой всегда используете свои причуды, я тоже хотел помочь вам двоим.

-Хм, — Корасон гордо улыбнулся своему сыну. — Если это все, чего ты хочешь, то тебе, конечно, не нужна причуда. Она конечно не помешает, но тебе это не нужно, чтобы быть авантюристом, как твоя мама. И тебе определенно не нужна причуда, чтобы быть врачом.

-Но это помогает, — упрямо сказал Лоу.

-Да, она пригодилась бы, но независимо от того, насколько сильна причуда, все, что она может сделать, это превратить тебя в одного из тех глупых героев или злодеев в этом обществе, но даже Всемогущий не может проникнуть в ад и вернуть кого-то обратно, — гордо улыбнулся Корасон. — Но мы можем это сделать, — он протягивает сыну руку, чтобы тот взял ее. — Я могу научить тебя всему, что знаю сам, и сделать тебя самым близким к богу существом.

-Быть богом, — пробормотал Лоу про себя, видя своего отца в совершенно новом свете. Протягивая руку, Лоу радостно улыбнулся: — Да, научи меня!

— Ха-ха-ха, — Корасон поднял своего сына на руки. — Я начну планировать все дополнительные уроки, которые тебе понадобятся, с сегодняшнего вечера!

— А?!- радостное настроение Лоу сразу же становится не таким уж и радостным.

Так начался путь к тому, чтобы стать лучшим врачом в мире.

—5 Лет——

— Ты действительно квалифицирован, чтобы делать это? – мужчина, изодранный царапинами, пулями и синяками, обратился к Лоу. Сидя на металлическом стуле, мальчик осторожно извлек полдюжины пуль из ноги мужчины.

-Не разговаривай, — сказал Лоу через свою хирургическую маску. Одетый в уменьшенную версию больничного халата и хирургическую маску, он походил на ребенка, играющего в больницу.

— Я просто не уверен, насколько комфортно я себя чувствую к… ААААА! — Мужчина вскрикнул от боли, когда Лоу прижал большой палец к теперь пустой пулевой ране.

— Я сказал, заткнись, — огрызнулся ребенок на своего пациента, заслужив озадаченный взгляд взрослого мужчины. — Я не желаю слышать сомнений в своей профпригодности от грабителя банков со сверхскоростью, которого каким-то образом подстрелили.

Мужчина просто отвел взгляд, чувствуя боль от слов ребенка.

— Ха-ха-ха, — рассмеялся Корасон, раздвигая антибактериальные занавески и входя в рабочую зону, одетый в ту же одежду, что и его сын. — Правильно, нужно держать пациентов в узде, — сказал мужчина. Только что закончив со своим собственным пациентом, членом той же команды грабителей, в которого тоже стреляли, он пришел сюда узнать нет ли каких трудностей у его сына.

-С ними все будет в порядке? — пациент спросил у Корасона.

— С вами, идиотами, все будет в порядке, — Корасон небрежно отмахнулся от беспокойства мужчины. -Появился новый герой, да, Бекас?

-Ага, — буркнул мужчина. — Его пули попадают точно в цель, что в значительной степени обесценивают мою скорость.

Слушая разговор обоих мужчин, Лоу также старался сосредоточиться на своей работе. Он добрался до пятого пулевого отверстия и поднял скальпель.

«Еще немного,» – подумал он.

Когда он собирается сделать последний разрез, впервые активировалась его причуда. Его зрение стало голубым, как будто он смотрел сквозь тонкое стекло. Двигая скальпелем, он едва сделал разрез в несколько сантиметров, но, к его ужасу, вся нога его пациента была отсечена.

-Что?! — воскликнул он в шоке.

Пациент даже не почувствовал пореза, там, где кровь обычно должна течь фонтаном, оказалась словно невидимая стена, позволяющая видеть внутренности, не вредя при этом телу. Словно какой-то фокус.

Оба мужчины, наконец, заметили, что произошло. Они посмотрели на пол и увидели, что нога просто лежала там с еще одним пулевым отверстием, которое нуждается в обработке.

-А… — пациент мгновенно замолк, так как Корасон немедленно вытащил свой электрошокер и лишил его сознания — полезное устройство для любого врача, который имеет дело с преступниками.

— Лоу? — спокойно спросил доктор, видя, что его сын застыл в шоке от того, что он сделал. — Лоу, почему бы тебе не позволить мне разобраться с этим, а ты пока приведи себя в порядок, твоя мама должна прийти домой сегодня вечером, помнишь…

Лоу безжизненно кивнул, все еще в шоке, и молча вышел из комнаты.

Когда ребенок ушел, Корасон поднял ногу и перенес ее на операционный стол. Без колебаний он достал скальпель и сделал два больших надреза.

Видя, что порезы появляются без каких-либо отклонений, он отложил скальпель и ощупал область, где Лоу отделил ногу от пациента. Он увидел кость, окруженную плотью и мышцами, кровь все еще текла по венам, как будто тело все еще было цело.

Он прижал палец к кости, но заметил, что, похоже, существует невидимая стена, препятствующая выпадению крови и других всяких важных штук из открытой раны-.

«Хм, она нормально кровоточит, когда я ее режу, поэтому он не модифицировал тело пациента. Точка отсечения не брызжет кровью кровью и, кажется, запечатана чем-то. Кровь все еще циркулирует, что означает, что технически нога все еще подключена к телу, какая невероятная причуда …»

Когда Корасон закончил изучать конечность, пациент начал просыпаться, заставляя доктора вздохнуть.

«Нельзя допустить, чтобы эта информация просочилась наружу,» подумал он, подходя к запертому шкафу и набирая кодовую комбинацию. Достав маленький шприц с прозрачной жидкостью, он подошел к мужчине и вонзил шприц в яремную вену и без эмоций в водит в его кровь смертельную жидкость.

— Жаль, что эти пулевые ранения сломали тебе позвоночник, ха, ты почти справился, ну что ж… — он пожал плечами, наблюдая, как человек умирает.

Взяв ногу, он переносит ее к телу, и без сопротивления она снова прикрепилась к телу.

Его глаза снова расширяются от удивления, когда он ощупывает область, где было разделение.

— Даже не могу сказать, что здесь что-то произошло, — пробормотал он с явным удивлением в голосе.

Корасон тщательно прибрался, размышляя над причудой, свидетелем которой он только что стал. Работая с тысячами злодеев со всевозможными причудами, он никогда не видел ничего подобного.

«Причуда, которая позволяет вам свободно манипулировать другими людьми подобным образом, разъединять их и снова соединять по своему желанию. И все это без их согласия, это действительно идеально подходит для врача,» — улыбнулся Корасон и опустил взгляд на свои руки.

Он не может удержаться от смеха, когда до него дошла вся абсурдность происходящего.

— Все эти столетия говорили, что у нас, хирургов, есть нечто, близкое к руке Бога… Но у моего сына действительно есть Рука Бога, — его смех разнесся по всей комнате и это последнее, что услышал умирающий пациент.