Глава 365

— Я почти закончил здесь, немедленно подготовьте следующего пациента, — произнес Горизонт в пустую операционную, держа скальпель над лежащим на металлическом столе мозгом.

Услышав его через коммуникатор, ассистент в больнице ответил:

— Вы оперируете уже почти двадцать часов подряд, разве вам не нужен отдых?

— Я могу проработать еще столько же, прежде чем мне понадобится сон, но у этих детей может не быть такого времени, — ответил Горизонт, не отрывая взгляда от своей работы.

Он осторожно коснулся мозга одним пальцем, еще раз определяя местоположение опухоли, затем бросил взгляд влево. На другом конце операционного стола лежала трехлетняя девочка с безболезненно отделенной головой. Её мозг был аккуратно извлечен и разделен точно посередине.

Горизонт наклонился вперед и увидел опухоль размером в половину шарика, прикрепленную к верхушке ствола мозга. Терминальный случай для любого человека, если только Горизонт не был их врачом.

Он осторожно направил скальпель, чтобы рассечь опухоль, медленно, бережно разрезая место соединения с мозговым стволом. Одной рукой он придерживал мозг, постоянно отслеживая биологическую реакцию на вмешательство.

После нескольких напряженных минут предельной концентрации Горизонт полностью удалил опухоль, позволив ей упасть на стол. Он сделал паузу, готовый среагировать, если тело по какой-либо причине отреагирует негативно на изменения. Но ничего не произошло, и взмахом руки он идеально восстановил её тело, сделав его даже лучше, чем прежде.

— Теперь последняя проверка, — пробормотал Горизонт, мягко касаясь её головы и проводя полное сканирование до генетического уровня.

Под визором он улыбнулся:

— Еще одно чудо завершено, — сказал он, прежде чем выйти из операционной.

В коридоре стояли три медсестры с дезинфицирующим оборудованием и каталкой для перемещения ребенка. Они улыбнулись, когда Горизонт вышел.

— С ней все будет в порядке, нужен только отдых и физиотерапия, чтобы справиться с мышечной атрофией, — сказал он, проходя мимо них.

Пока они занимались стерилизацией помещения и перемещением девочки в реабилитационное отделение, Горизонт осмотрелся, но не увидел второй группы медсестер со следующим пациентом — двухлетним мальчиком с дегенеративным костным мозгом, отчаянно нуждающимся в чуде.

Горизонт вздохнул и направился по коридору в нервный центр этого крыла больницы, наблюдая за суетой персонала.

— Где мой следующий пациент? — спросил он, заставив всех в комнате на мгновение замереть, прежде чем вернуться к работе.

— Горизонт, вы все еще здесь? — удивленно спросила его медсестра.

— А почему бы и нет? У меня еще есть жизни, которые нужно спасти.

— Но Центральный парк… мы думали, вы сразу переместитесь туда, — медбрат указал в сторону коридора, где на стене мерцал оранжевый свет.

«КОМНАТА!»

Горизонт расширил свою Комнату, охватив не только больницу, но и Центральный парк, расположенный через дорогу.

— Вау, я никогда не ощущал ничего подобного, — произнес он, подходя к окну с видом на парк.

На одном из бейсбольных полей сиял яркий оранжевый свет, который на мгновение потускнел. Горизонт наклонил голову набок, явно изучая то, что он чувствовал.

— Мы думали, вы знаете, — сказал медбрат. — Другие Про-Герои и спецназ уже прибыли на место.

— Нет, когда я оперирую пациента, он получает все мое внимание, — ответил Горизонт, глядя через парк на полностью расплавленное здание, которое правительство США арендовало для него. — Очевидно, что происходящее там требует моего внимания.