Глава 460

— Ай! Да нежнее ты! — простонала Рюко. Монома бережно держал ее разбитую, окровавленную руку, обрабатывая рану «Панацеей».

— И угораздило же, — хмыкнул Монома, качая головой. — Бывший Про-Герой, а кулаками махать толком так и не научилась.

— Еще как научилась, — сквозь зубы процедила Рюко, морщась от боли, когда жидкость коснулась свежих ссадин. — Просто ее физиономия оказалась на удивление твердой.

Как раз в этот момент в просторном пентхаусе башни Матани в Нью-Йорке привычно полыхнуло искаженным пространством, и на пороге материализовался Горизонт. Его взгляд сразу упал на Рюко, ссутулившуюся у кухонного острова, и Моному, который все еще колдовал над ее рукой.

— Что тут у вас стряслось? — голос Горизонта был спокоен, но в нем слышалась застарелая усталость.

Взгляд Рюко, до этого потухший и злой, мгновенно впился в Горизонта. Она с силой выдернула руку из хватки Мономы и, не говоря ни слова, стремительно, почти хищно, двинулась к нему.

«Вот дерьмо», — успела мелькнуть у него единственная мысль, прежде чем она со всего размаху влепила ему ладонью в грудь.

Он не шелохнулся, ясно видя бурю долго сдерживаемого гнева и затаенной боли на ее лице. Вместо этого, в тот самый миг, как ее ладонь коснулась его груди, он высвободил мягкий, но мощный поток целительной энергии, одновременно принимая удар и окутывая теплом ее поврежденную руку.

Он тут же обнял ее, крепко прижимая к себе, не давая вырваться, хотя она поначалу и пыталась, слабо колотя его кулаками по спине.

— Полегчало? — тихо спросил он ей в макушку.

— Пусти! Не хочу я с тобой сейчас разговаривать! — выпалила она, но парадоксальным образом лишь крепче вцепилась в него, утыкаясь лицом в его плечо.