Глава 15: Рождество

19 декабря 1998 года

В замке воцарилась тишина. Так тихо здесь не было с самого сентября. Но в этой тишине больше не было того бескрайнего одиночества, которое Гермиона прежде ощущала. Теперь тишина казалась более близкой, уютной и даже умиротворяющей. Она размышляла об этих переменах, лёжа в постели, и ей совсем не хотелось покидать тёплое одеяло, пока за окном мягко падал снег, а под боком громко мурлыкал Живоглот.

Джинни вместе с большинством учеников уехала домой в пятницу. Остались лишь немногие восьмикурсники, которые могли трансгрессировать домой прямиком из Хогсмида. Среди них были Драко и Тео, остальные слизеринцы отправились на поезде. Сама Гермиона собиралась отправиться в Нору после обеда в канун Рождества и пробыть там до Дня подарков. Это казалось разумным компромиссом.

В окно настойчиво постучала сова. Гермиона её не узнала: это была не ЧианЧин от Пэнси и не огромный филин Драко. Она выскочила из кровати, чтобы забрать письмо, и, скормив птице пару совиных крекеров, поспешила закрыть окно, спасаясь от холода. Ей потребовалось некоторое время, чтобы разглядеть почерк на конверте, но как только она поняла, от кого это письмо, тут же с нетерпением его вскрыла.

Дорогая Гермиона!

Был очень рад получить от тебя весточку. У Флёр всё хорошо; утренняя тошнота прошла, стоило закончиться первому триместру. Спасибо, что прислала разбавленное аконитовое зелье — с ним полнолуния переносятся куда легче.

Что касается твоей просьбы, у меня есть две новости — хорошая и плохая. Заклинатели за последнюю неделю так и не смогли расчистить значительную часть поместья Малфоев. Они застряли в восточном крыле, где была сосредоточена основная масса тёмных артефактов. Однако на территории поместья есть каретный сарай. Я осмотрел его лично. Это более поздняя постройка, и на этой неделе мне удалось полностью очистить его от следов тёмной магии. Он невелик, но там есть всё необходимое для жизни. Надеюсь, эти сведения пригодятся тебе в твоих начинаниях. Жду встречи через несколько дней.

Всего доброго, Билл Уизли.

P.S. Упомяну об этом лишь здесь, так как уверен, что тебе это уже порядком надоело, но мне очень жаль, что вы с Роном расстались. Пожалуйста, знай, что для нас с Флёр ты всегда останешься частью семьи, несмотря ни на что.

Гермиона расплылась в улыбке, словно сумасшедшая. Она выхватила новое перо и чистый лист пергамента.

Кингсли!

Я знаю, что вы человек, который ценит действия превыше всего, поэтому перейду сразу к делу. Министерство Магии в неоплатном долгу за мои поступки во время войны, и сейчас я намерена потребовать его возвращения. Позвольте Нарциссе Малфой отбывать домашний арест в каретном сарае на территории поместья Малфоев, пока основной дом не эксплуатируется. Меня заверили лучшие в мире заклинатели, что каретный сарай абсолютно безопасен и очищен от тёмной магии. Я знаю, что бюрократия — зверь медлительный и своенравный, но что-то мне подсказывает, что вы — именно тот человек, который сумеет с ним совладать.

С наилучшими пожеланиями,

Гермиона Грейнджер, кавалер ордена Мерлина первой степени.

Гермиона засуетилась, натягивая брюки и ботинки, даже не потрудившись собрать волосы в пучок. Она проводила взглядом сову, исчезающую в снежной пелене, и в груди у неё всё трепетало от радостного волнения и надежды. Но тут особенно резкий порыв ледяного ветра выдул всё тепло из её кардигана, и она поспешила покинуть совятню, пока не замерзла до смерти.

***

Позже Гермиона, прогуливаясь по маггловскому Лондону в компании Тео и Драко, поймала себя на мысли, что это нечто за гранью реальности. Расскажи ей об этом кто-нибудь раньше, она бы ни за что не поверила. Она показывала им свои самые любимые уголки города: зимние ярмарки и тесный магазинчик грампластинок, который когда-то обожал её отец. На лице Тео появилось выражение, очень похожее на то, что обычно бывало у самой Гермионы при виде библиотеки.

— Я догоню через минуту, — пробормотал он и нырнул в узкий лабиринт виниловых пластинок и кассет.

Драко и Гермиона зашли в кафе. Она заказала ему мятный латте, себе — черный кофе, и расплатилась за напитки своей кредитной карточкой. Гермиона чувствовала на себе его любопытный взгляд, но предпочла дождаться, пока они сядут за столик, прежде чем пускаться в объяснения.

После краткого введения в основы маггловской кредитной системы, Драко зажал пластиковую карточку между двумя пальцами и осмотрел её с крайне сомнительным выражением лица.

— Пожалуй, это и впрямь удобнее, чем таскать с собой галлеоны, — наконец признал он.

Официантка поставила напитки на стол. Гермиона глубоко вдохнула аромат крепкого кофе и удовлетворённо зажмурилась. Она редко баловала себя, но кофе с капелькой сливок был её любимым напитком. Драко же выглядел совершенно довольным своим «сладким безобразием» и едва не осушил половину чашки за один присест.

— Какая у тебя любимая праздничная традиция?

Его вопрос застал её врасплох. Драко очень редко задавал ей такие прямые вопросы. Обычно это она выпытывала у него подробности о его детстве в мире магов. Разумеется, она кое-что знала из рассказов Рона и Джинни, но было что-то невероятно захватывающее в том, как рос наследник древнего чистокровного рода. Каждый его ответ порождал ещё десяток вопросов, и ей часто приходилось силой заставлять себя замолчать.

Гермиона отпила свой кофе, чтобы выиграть время на раздумья.

— Катание на коньках с родителями.

— Это там, где по льду скользят на лезвиях, да?

— Именно. Рядом с моим домом был пруд. Он полностью замерзал только ближе к концу зимы, иногда уже после Рождества, поэтому родители водили меня на катки в Лондоне. Один был возле Музея естественной истории, другой — в Гайд-парке. Мы проводили всё утро на льду — катались, падали, смеялись, а потом пили горячий шоколад, смотрели на рождественские огни и ходили по магазинам.

— Ты могла бы меня научить?

— Кататься на коньках?

Он кивнул. Гермиона внимательно посмотрела на него. Драко от природы был спортивным — и на метле, и на земле. Скорее всего, он схватит всё на лету, и это даже немного раздражало. Было ли хоть что-то, что давалось бы ему с трудом? Порой Гермиона искренне завидовала его грации, которая казалась совершенно естественной.

— Ты в детстве брал уроки танцев? — вдруг спросила она.

Драко ничуть не удивился резкой смене темы, что Гермиона находила бесконечно милым.

— Ну да, несколько лет. Как и все чистокровные моего возраста. Я перестал заниматься, когда мне было четырнадцать.

— Мы можем пойти сегодня… Покататься на коньках, — уточнила она. — Мы недалеко от Гайд-парка. Давай найдём Тео и отправимся туда.

Через сорок пять минут Гермиона уже стояла на катке рядом с Драко. Тео решил переждать в стороне — он был занят тем, что менял кассеты в своём новеньком Walkman’е. Драко потребовалось некоторое время, чтобы поймать равновесие, но, следуя советам Гермионы, он довольно быстро освоился.

Гермиона каталась спиной вперёд, наблюдая за его успехами. По мере того, как уверенность росла, он начал набирать скорость, но слишком сильно наклонился вперёд и рухнул на лёд. Гермиона остановилась и посмотрела на него сверху вниз.

— Ты в порядке?

Драко застонал.

— Проклятье, Грейнджер, это больно. И в чём тут, по-твоему, веселье?

Она цокнула языком.

— Я видела, как ты падал с метлы куда сильнее. Вставай.

Он пробурчал что-то про синяки. Гермиона подождала, пока он, цепляясь за бортик, поднимется на ноги. Потом, оглянувшись через плечо, она незаметно наложила несколько смягчающих чар практически на всё его тело.

— Попробуй ещё раз, — сказала она, улыбнувшись так ободряюще, как только смогла.

— Научи меня скользить задом.

Гермиона приподняла бровь.

— Я знаю, что у тебя манеры получше этих, Малфой.

Улыбка Драко расплылась во всё лицо.

— Значит я снова «Малфой»?

Она вызывающе приподняла подбородок.

— Только когда ты плохо себя ведёшь.

Что-то мелькнуло в его взгляде, и самодовольная ухмылка сменила улыбку.

— А как же ты называешь меня, когда я веду себя хорошо?

Гермиона давно убедила себя, что его заигрывания — не более чем поддразнивания. Тот поцелуй на прощание после вечеринки Тео был просто дружеским жестом. Ему нравились их словесные перепалки, и он просто хотел смутить её настолько, чтобы последнее слово всегда оставалось за ним.

Эта мысль придала ей храбрости: она посмотрела ему прямо в глаза и произнесла низким, с придыханием, голосом.

— Драко.

Взгляд Драко замер на её губах, и в его лице промелькнуло нечто такое, чего она не смогла разгадать. Прежде чем он успел ответить, Гермиона развернулась и ускользнула от него прочь. На этот раз последнее слово останется за ней — просто потому что она катается быстрее. Он бросился следом, поначалу двигаясь неуверенно, но с каждым толчком действовал всё решительнее.

Когда они сдавали взятые напрокат коньки, он задел её руку своей.

— Знаешь, поначалу я решил, что ты сумасшедшая: скользить по льду на ботинках, к которым привязаны, по сути, ножи… Но это оказалось довольно весело.

— А уж как мне понравилось смотреть, как ты раз за разом приземляешься на свою пятую точку! — она подумала, что ему наверняка пришёлся бы по душе хоккей.

Надо будет как-нибудь показать ему. Есть ли в Англии хоккейная команда? Она понятия не имела. В хоккее она разбиралась не лучше, чем в любом другом виде спорта, будь то маггловский или магический.